Шепот в стенах - Софи Клеверли

Идти с нами на крышу Скарлет отказалась наотрез, а мы с Ариадной не настаивали, понимали, что туда её больше ничем не заманишь. Сестру начинало трясти при одной мысли об этом месте.

Короче говоря, мы с Ариадной оделись как можно теплее (я даже взяла у Скарлет её шерстяную шапочку) и поднялись по петляющим школьным лестницам на верхний этаж, к ведущему на крышу люку. По счастью, последними его открывали мы, и с тех пор никто не удосужился прийти и проверить его. Одним словом, люк был не заперт. Мы подняли крышку и выбрались в ослепительно-белый мир.

Снег шёл сильнее, чем утром, кружил, ложился на лицо, и я повыше подняла воротник пальто.

– Осторожнее, Ариадна, – предупредила я. – Здесь длинный спуск по крыше, не поскользнись.

Она решительно кивнула в ответ.

Медленно, но уверенно мы продвигались по крыше, перебираясь через гребни и скатываясь вниз с противоположной стороны, миновали ряд дымовых труб и наконец добрались до другого люка.

Крышка люка была сделана из старых досок – потемневших, слегка подгнивших и источенных жучками-древоточцами.

– Крышка довольно дряхлая, – сказала я, повысив голос, чтобы перекрыть свист ветра. – Может быть, нам действительно удастся её сломать.

– Да, только чем бы её ударить, вот вопрос.

Я огляделась вокруг. Ближайшим подходящим предметом был валяющийся неподалёку кирпич. Откуда он вылетел – не знаю, не спрашивайте. Я подняла его, подула на пальцы, пытаясь немного их согреть, и обрушила его на крышку люка.

Ничего не произошло.

– Гадство, – сказала я.

– Гадство, – согласилась Ариадна. – Ну-ка дай попробовать.

И прежде чем я успела сказать хоть слово, она забралась на крышку люка и принялась бешено скакать на ней.

В следующее мгновение она рухнула вниз.

– Ариадна! – крикнула я в пробитую в крышке люка дыру. – Ты в порядке?

Тишина. Я напряглась, но испугаться как следует не успела, потому что из темноты донеслось:

– Э… да. – И через небольшую паузу: – По-моему, я свалилась на кровать!

На кровать?!

Опустившись на четвереньки, я уставилась в дыру и вскоре разглядела Ариадну – она лежала на матрасе среди деревянных щепок, которые ещё совсем недавно были кроватью, и весело махала мне рукой.

– Здесь невысоко, – крикнула она. – И матрас довольно хороший, упругий. Прыгай!

Я увидела, как Ариадна встаёт с матраса и отходит в сторону, освобождая мне площадку для приземления. Я сглотнула, отодрала несколько торчащих по бокам дыры щепок, присела, глубоко вдохнула и, закрыв глаза, прыгнула вниз.

Матрас, конечно, смягчил моё падение, но тряхнуло меня сильно, даже дыхание перехватило и зубы щёлкнули.

– Ух ты! – это было всё, что я смогла сказать.

Вскоре глаза привыкли к полумраку, и я смогла осмотреться. Помещение, в котором мы с Ариадной оказались, было ненамного больше нашей со Скарлет комнаты, и всё почему-то завалено сломанной мебелью. Кровати с перекошенными остовами, треснувшее зеркало в облупившейся раме, стул без одной ножки, громадный шкаф с повисшей на одной петле дверью. И всё это богатство было покрыто толстым слоем пыли и паутиной.

Заметив прислонённую к покосившемуся комоду лестницу и указав на неё рукой, я сказала Ариадне:

– Смотри, вот каким образом мисс Фокс сюда влезала и вылезала отсюда.

Ариадна кивнула и задумчиво проговорила:

– А знаешь, то, что здесь полно ломаной мебели, ещё не значит, что это не может быть одной из потайных комнат Шепчущих. Если у них был ключ, – она махнула рукой в сторону запертой двери в дальней стене комнаты, – или они знали, как пробраться сюда через верхний люк, это было бы отличным местом для их встреч. И почти полная гарантия, что никто из учителей их не обнаружит.

Она была права.

– Что ж, давай попробуем поискать здесь, – сказала я, поднимаясь на ноги и пытаясь стереть пыль со своего платья.

Ариадна начала копаться в обломках дерева, внимательно разглядывая всё подряд, я же решила для начала включить логику. Итак, если Шепчущие спрятали здесь что-нибудь секретное, то где они это спрятали? Правильно, внутри чего-то. Это значительно упрощало поиски, потому что во всей комнате имелось всего лишь несколько вещей, внутри которых можно было что-нибудь спрятать. А точнее, всего две вещи – комод и шкаф.

Я приступила к ящикам комода. Все они оказались пустыми, за исключением одного, в чём лежал старый носок, который я с отвращением отшвырнула прочь.

Значит, шкаф. Я не без труда распахнула закрытую, уцелевшую на петлях дверцу и заглянула внутрь. Там ничего не было.

– Гадство, – сказала я вслух.

Ариадна подошла ко мне, посмотрела.

– Погоди, а это что такое? – сказала она.

Я посмотрела туда, куда она показывала пальцем. Сквозь грязь и пыль проступала тонкая линия, идущая по дну шкафа вдоль всех его стенок. О боже! Я сразу догадалась, что это может быть, – к такому трюку очень любила прибегать Скарлет.

Я наклонилась, втиснула ногти в узкую трещину и с треском отодрала фанерный лист.

– Двойное дно! – восторженно ахнула Ариадна.

Двойное дно устраивают неспроста, как правило, в нём должно что-то храниться. Так оказалось и на сей раз. Маленькая книжка, вот что было спрятано в шкафу.

Моя подруга наклонилась и взяла её. Книжка была в очень хорошем состоянии – а почему бы и нет, если она все эти годы была надёжно защищена фанерой?

Что это за книжица такая, я узнала сразу же. Красная обложка, на которой золотом вытиснены грач и дуб.

– Книжка старосты!

Книжка старосты, и всё? Как бы не так! Кроме птицы и дерева на обложке кто-то красиво добавил чернилами:

«Шепчущие»

– Значит, минимум одна из них была старостой, – возбуждённо забормотала Ариадна. – Ах, до чего интересно!

– Ну, наверняка мы этого ещё не знаем. Давай посмотрим, что там написано, в этой книжке. Открывай!

Дрожа от возбуждения, Ариадна осторожно открыла обложку, взглянула на первую страницу, и…

…и у неё вытянулось лицо.

Глава двадцать первая

Скарлет

Я спокойно дожидалась в нашей комнате возвращения Айви и Ариадны. Ну, насчёт «спокойно» – это я, конечно, сильно преувеличила.

Я грызла ногти на руках, исчеркала несколько страниц в дневнике всякими разными завитушками, много раз вставала и, завернувшись в одеяло, начинала расхаживать по комнате.

Когда до обеда осталось всего пять минут, я стала думать, что должна пойти поискать их, но при одной мысли о крыше мне становилось не по себе, я бледнела, и меня начинало тошнить. Крыша была одним из моих «любимых» кошмаров. Иногда мне снилось, что я замурована в