Приключение в наследство - Кирилл Кащеев

– Деточка! – возмутилась Греза Павловна.

Бабки поглядели на Грезу Павловну, на девчонок, на Грезу…

– Отож! – мрачно пробурчала ближняя. – Така гадюка, ничего ее не берет.

Одинаково хищным движением близняшки скользнули в кухню, мгновенно оказавшись возле старух.

– А что именно должно было взять? – вежливо поинтересовалась Мурка.

Бабок ее вежливость почему-то напугала – они попятились, врезались в холодильник, холодильник на них рыкнул, бабки шарахнулись…

– Участковому пожалуюсь! – пригрозила ближняя.

– А на что? – еще больше заинтересовалась Мурка.

– Побили! Искалечили! Спасите! – завопила дальняя бабка.

– А синяки где? – Мурка все больше напоминала погруженного в занимательную проблему исследователя.

Вошедшая в раж бабка аккуратно стукнула себя клюкой в глаз.

– Что вы делаете? – Греза Павловна схватилась за щеки.

– С ума сходит, – хладнокровно объявила Кисонька, опуская мобилку. – Для участкового удар выглядит как-то неубедительно, – разглядывая абсолютно целый глаз, заключила она. – А вот для психиатра… – Кисонька продемонстрировала экран мобилки, где бабка раз за разом дергала клюкой.

С несвойственной возрасту шустростью дальняя бабка попыталась вырвать телефон, но Кисонька мгновенным движением спрятала мобилку в карман джинсов.

– Еще проверить остатки утреннего молока – это ж вы туда что-то подмешали, верно? – прикинула она.

– А якщо и мы – ничего не найдешь, вылила я все и крынки помыла! – с торжеством выпалила ближняя старуха.

– Бабушки, ну что ж вы на одни и те же грабли – а еще деревенские! – Мурка страдальчески вздохнула… и включила аудиовоспроизведение уже на своей мобилке. Бабки прослушали собственные слова и насупились.

– Не мы, а ты! Хоть в то меня не втягивай, и так из меня якусь сумасшедшую сделали, – пробурчала дальняя.

– И не я, внучка моя – Анжелика! – с явной гордостью за такое красивое внучкино имя выпалила ближняя бабка. – Вы шо, знов там на свои телефоны пишете? Она ж не со зла! Хлопец ей понравился, а он все больше с отой, городской девкой… – судя по недоброму взгляду на Грезу Павловну, имелась в виду Нюрочка. – Ось она и попросила у меня травок… таких… желудок чистить. Казала, не хочет, шоб он с городской девкой до лесу шел, а хочет, чтоб вернулся, а внучка моя тут как тут… Я ей казала: вернуться-то он вернется, ажно прибежит, а толку тебе с него такого? А она: дай да дай… Я и дала. А там думаю, в другой горшок теж подсыплю – шоб оця фифа не по лесу с дедом нашим прогуливалась, а с дому выйти не могла! – она ткнула узловатым пальцем в Грезу Павловну.

– Вам бы маникюр тоже не помешал, милочка! Хотя, боюсь, его придется делать садовыми ножницами, – участливо заметила та.

– Лика хотела напоить молоком Влада – но вот сюрприз, он не пьет молока! – вмешалась Кисонька. – Греза Павловна пила молоко, которое принес дед Арсений.

– Козел старый! – дружно объявили бабки.

– То-то вы за ним бегаете… простите – ковыляете. Желаете скотный двор расширить? – невинно обронила Греза Павловна.

– Таким образом, появилась неучтенная крынка с молоком… и травками, – одаривая уже всех трех старушек грозным взглядом, возвысила голос Мурка. – Которые и выпили Леша с Рюшей. Атака автоматчиков захлебнулась… молоком. Благодаря ревнивой старушке-диверсантке. Прикинь, как Леша с Рюшей офигели! Они всего лишь должны были притворится больными, оторваться от остальных, надеть камуфляж и напасть на… гм… ослабевшего Влада. А вместо этого Владу хоть бы что, зато сами они отравились!

– Ну и где они все? – устало спросила Кисонька. – Леша, Николай Дмитриевич, внучка Анжелика… и Влад с Нюрочкой?

– А они не выходили! – снова дружно объявили бабки. – Та шо мы вам, врать будем, колы мы у вас там в телефонах, – увидев скептические лица девушек, подхватила дальняя. – Вы только участковому не показывайте, а то он давно мне грозился… – бабка осеклась и тут же зачастила: – Не выходил никто, точно, в оба глаза глядела! – бабка на всякий случай пощупала ушибленный глаз. – Зашли, а обратно не вышли.

– Навить якщо б через окно на ту сторону, до машин вылезли, мы б их все едино потом увидели! – подтвердила ближняя бабка. – Куда им оттудова – хиба шо в речку?

Речка. За сельсоветом. В сельсовет вошли – и никто не вышел. Весь сельсовет – и все его нынешние обитатели, кроме самих Косинских и их гостей, – был большой ловушкой для кладоискателя Влада… который наверняка что-то знал о кладе Косинских!

– Он говорил насчет поисков у реки. На карте организаторов все осмотренные ими участки были возле реки. И аквалангист, – задумчиво пробормотала Кисонька. – Владов компьютер у нас, – не обращая больше внимания на старушек, она кинулась вон из кухни.

– Как ты его откроешь – Вадька еще часа три мобилку не включит? – заорала вслед Мурка.

– Ничего, есть тот, кто всегда на связи! – донеслось уже из коридора.

– Бабушки! И Греза Павловна, конечно… Не можете вести себя прилично – марш по домам! Увижу, что вы снова из-за мальчи… из-за дедушки ссоритесь – рассержусь. Сильно. – И, подкрепив внушение грозным взглядом, Мурка умчалась вслед за сестрой.

Бывший кабинет председателя Кисонька облюбовала под штаб – на столе уже стояло два включенных ноута, ее и Владов. Мурка ухватила свой планшет, нацепила наушники и подключилась в чат. Кисонька как раз заканчивала объяснять ситуацию Большому Боссу.

Некоторое время экран оставался пустым, потом по нему побежали строчки:

«Итак, милые леди, первая ваша попытка съездить в отпуск завершилась минами в аквапарке, вторая – массовым исчезновением людей. Если соберетесь в Лондон – предупредите заранее, чтобы мы успели эвакуировать королеву».

Мурка опасливо поглядела на Кисоньку – лицо у сестры вдруг стало как у несправедливо обиженного ребенка… а потом закаменело точно у статуи. Она сдернула наушники, швырнула их на стол и пересела на диван.

– Эй, он вовсе не имел в виду, что не хочет тебя видеть! – вскричала хорошо знавшая сестру Мурка. – Он сказал только то, что сказал. Пошутил, – и безнадежно добавила: – Придурок.

– Меня больше… меня вообще не интересует, что он имел в виду, а что нет! – холодно отчеканила Кисонька. – Не волнуют его глубинные переживания, эмоциональный настрой или проблемы с желудком. От него требуется только и исключительно открыть компьютер Влада – и ничего больше! – и Кисонька отвернулась от экрана.

– Ну-у-у во-от! – Мурка безнадежно уткнулась лбом в ладонь. Тут похищение… а Кисонька вся в сложных чувствах к Большому Боссу. И не объяснишь ему, что он наделал – парни все тупые, а этот еще и англичанин, и к тому же компьютерный.

«Ты комп Влада открыть сможешь или нет?» – мрачно поглядывая на отвернувшуюся Кисоньку – даже затылок сестры выражал смертельную обиду! – набрала Мурка.