Девочка, которая спасла Рождество - Мэтт Хейг

Отец Рождество лежал на плоском камне посреди пещеры Ургулы. Предводительница троллей приказала одноглазому Буху присмотреть за пленником, чтобы тот не вздумал бежать. И Бух, недолго думая, положил свою тяжёлую, как камень, лапищу Отцу Рождество на живот. Тот сдавленно охнул, но возражать не стал.

Пещера Ургулы была огромной. Высокий свод терялся в темноте, и Ургуле с Джо даже не приходилось нагибаться. Предводительница троллей с супругом молча наблюдали за тем, как унтертролль, который был всего в три раза выше Отца Рождество, посыпает его травами и каменной солью.

– У нас быть рождественский ужин, – глухо сказала Ургула. – Ты маленький. Но я спорить, что вкусный. Хорошее Рождество. Сытное Рождество. Бух, ты зажечь огонь.

– Послушай, Ургула, – подал голос Отец Рождество и попытался сесть, но огромадная лапища Буха быстро охладила его пыл. Магия Отца Рождество не работала. Возможно, на свете вообще не осталось волшебства – одни законы природы. Поэтому Отец Рождество ничего не мог поделать с троллем, который прижимал его к камню. А камень тем временем становился всё теплее и теплее. На стенах пещеры заплясали тени и оранжевые блики, и Отец Рождество понял, что камень был ещё и печкой. Тролли явно вознамерились зажарить его живьём.

– Что случилось? Я просто не понимаю! Мы же подписали мирный договор. Все тролли и эльфы хотели жить мирно. Все поставили на нём подпись! Даже хюльдры, и пикси, и гномы, и Пасхальный кролик, хотя он живёт в сотнях миль отсюда. Что пошло не так? Почему вы напали на Эльфхельм в прошлом году? И зачем пытаетесь поджарить меня сегодня? Это же Рождество. Время мира, добра и взаимопонимания!

Отец Рождество вдруг вспомнил, как эльфы заточили его в тюремной башне, когда он был мальчиком. Чтобы спасти свою жизнь, ему пришлось убить унтертролля по имени Себастиан.

– Это всё из-за Себастиана? – предположил он.

И ошибся.

– Никому нет дела до Себастиана, – ответил брат Себастиана Гораций. Он стоял позади Ургулы и сосредоточенно ковырялся в носу. – Себастиан всех раздражать.

– Значит, дело в разрыв-траве? Вы слышали, что я запретил её выращивать, когда возглавил Совет эльфов?..

(Разрыв-трава – крайне опасное растение. Если её проглотить, можно остаться без головы. Лёжа на камне, как сочный бифштекс на сковороде, Отец Рождество горько пожалел о том, что когда-то запретил разрыв-траву).

– Так что же случилось? Зачем вы на нас напали?

– Мы хотеть, чтобы троллей оставить в покое, – медленно проговорил Джо, словно вспоминал сон. – Мы не хотеть, чтобы эльфы ходить сюда. И мы ещё больше не хотеть, чтобы сюда ходить такие, как ты.

– Такие, как я?

– Люди. Если ты ходить в земли людей, они прийти к нам.

– Люди не такие плохие, как вы думаете. И они не знают о троллях, – сказал Отец Рождество.

Интересно, сколько времени уже набежало на часах? Отцу Рождество не давала покоя мысль о детях, которые скоро проснутся и снова не найдут подарков в чулках.

«Я должен отсюда выбраться», – решительно подумал он. Камень разогрелся до такой степени, что припекал даже сквозь красный тулуп.

– Мы не любить чужаки, – сказала Ургула.

Только тогда Отец Рождество заметил, что по пещере летают сотни историкси в сверкающих нарядах. Блики пламени играли на их прозрачных крыльях. Историкси складывали руки чашечкой и что-то нашёптывали троллям.

– Не доверяйте ему, – шептали одни.

– Он плохой, – шептали другие.

Отец Рождество начал догадываться, что происходит.

– А как же пикси? – спросил он. – Я вижу, они тут желанные гости.

– Нет, – сердито ответила Ургула.

– Но вы только посмотрите, они повсюду!

Тролли заозирались и поняли, что он их не обманывает. Летучие историкси действительно были повсюду. Прежде тролли не обращали на них внимания, потому что Летучие историкси этого не хотели. Миниатюрным шепотливым существам легко оставаться незаметными.

– И правда, – протянула Ургула, удивлённо открыв рот.

– Они гипнотизируют вас и заставляют верить в то, чего на самом деле нет!

Слова Отца Рождество троллям не понравились. Они сердито нахмурились. Правая голова двухголового тролля разозлилась особенно.

– Тролли не глупые, – прорычала она. – Ты думать, что у большой умный тролль вообще нет мозги?

Отец Рождество совсем запарился. Спина горела и краснотой не уступала тулупу. Даже Буху, который всего-то караулил пленника, было жарко. Капля пота сорвалась с его шишковатой головы и, на лету обратившись в камушек, стукнула Отца Рождество по животу.

– Я просто пытаюсь объяснить, что происходит. Летучие историкси внушили вам страх перед чужаками. Вам промыли мозги. Задурили головы.

– Нет, это мы тебе объяснить, что происходит! Мы тебя съесть. Вот и всё, – утробно хохотнула Ургула. – Мы давно тебя ждать. Не хотеть эльфу и её щуплого мальчишку.

– Но откуда вы знали, что я приду? – спросил Отец Рождество. Лицо его налилось багрянцем, как угли в камине.

Ургула искренне озадачилась.

– Мы просто… знать. Так. Бух, ты поддать жару. Я хотеть мясо с корочкой.