Тайна пропавшего ожерелья - Энид Блайтон

— Бастер, дорогой! Ты растолстел! Ах. Ларри, как я рада, что ты вернулся! Дэйзи, до чего ж ты загорела! Ой, Фатти, как ты вырос!

Фатти действительно подрос за последние четыре месяца. Все такой же упитанный, он, однако, прибавил в росте — стал даже выше Ларри и намного выше Пипа, который, казалось, совсем не вырос за последний год,

— Всем привет! — сказал он, и Бетси изумленно вскрикнула.

— Фатти! У тебя и голос другой! У тебя взрослый голос! Ты что, нарочно так говоришь — тренируешься для своих маскировок, хочу я сказать?

— Нет, — ответил Фатти и, поддразнивая Бетси, дернул ее за волосы. — Он просто сломался, вот и все.

— Кто его сломал? — встревожено спросила Бетси, и друзья так и покатились со смеху, хватаясь за бока.

— Она навсегда останется ребенком, — сказал Пип. — Навсегда!

У Бетси был такой расстроенный и озадаченный вид, что Фатти взял ее за плечи и притянул к себе.

— Не будь глупышкой, Бетси. Ты ведь знаешь, что, когда мальчишки взрослеют, у них появляются мужские голоса, верно? Ну вот, когда голоса мальчишек так меняются, то про них и говорят, что они ломаются, вот и все. Это не значит, что голоса переломились надвое или разлетелись на кусочки!

— Ох, Фатти, с таким грубым голосом я тебя и не узнаю, — в замешательстве сказала Бетси. — Ты разговариваешь совсем по-другому. Выглядишь как Фатти — но разговариваешь совсем на себя непохоже. Я хочу, чтоб у тебя был твой голос!

— Бетси, ты и не представляешь, как много значит для меня мой настоящий взрослый голос, — задорно сказал Фатти. — Это значит, что теперь я смогу маскироваться под взрослого. Он намного расширяет мои возможности — и несколько славных маскарадов я уже придумал!

Бетси сразу же забыла о своей первоначальной антипатии к новому голосу Фатти. Новые переодевания! Жизнь теперь станет захватывающе интересной, их ждут всевозможные сюрпризы! Фатти может теперь замаскироваться под любого взрослого человека — и Пятеро Тайноискателей превосходно проведут время! Со счастливым видом она взглянула на Фатти.

— Ох, Фатти! Раньше ты мог переодеваться только как мальчишка: быть разносчиком телеграмм, рассыльным у мясника и другими посыльными. А теперь ты можешь превратиться в кого угодно, в бородатого старика, почтальона, мусорщика, мойщика окон с лесенкой и даже в дворника. Ой, Фатти, испробуй все эти переодевания, чтоб мы могли поглядеть!

Все рассмеялись,

— Дайте только шанс! — сказал Фатти. — Я собираюсь за каникулы немного поупражняться. На взморье у меня было мало возможностей для практики, потому что мама не позволила мне взять с собой большой багаж — но я рад сообщить вам, что теперь коллекционирую всякую всячину. Я ведь и подрос как следует, поэтому взрослые вещи мне теперь почти впору. К тому времени, когда нам подвернется следующая тайна, я смогу использовать любые переодевания, какие понадобятся для ее раскрытия!

— Да, выглядишь ты совсем по-взрослому, — сказала Бетси. — Верно, ребята?

— По правде говоря, я сейчас самый высокий мальчик в своем классе, — Фатти заметно приосанился от гордости, — а какие у меня мускулы на руках! Вот, смотрите.

— Все тот же прежний Фатти, — заметил Ларри. — Лучший из лучших, верно? Никому тебя не превзойти.

Фатти ухмыльнулся и снял рубашку. Согнув руку, он продемонстрировал всем, как его бицепс собирается в большой бугор. Бетси посмотрела на него в благоговейном почтении, но Ларри и Пипа, похоже, это не сильно впечатлило.

— Ничего, — сказал Ларри. — Но у двенадцатилетних ребят я видел и получше!

— Ха! Ты просто завидуешь! — добродушно откликнулся Фатти. — А теперь, Пип и Бетси, выкладывайте питерсвудские новости. Когда я сейчас проходил через Питерсвуд, мне показалось, что он полон народу.

— Даже слишком! — ответил Пип. — Жаркая погода сотнями гонит людей к реке. Весь день у нас снуют моторные катера — а на реке уйма аттракционов, для развлечения тех, кто устал купаться, или на время дождя.

— Какие аттракционы? — спросил Фатти, опускаясь на траву и почесывая Бастеру животик. — Хорошие есть?

— Хороших мало, — ответил Пип. — Ну, есть павильон восковых фигур, чертовски глупый — знаешь, разные там разодетые типы из воска? И есть еще «сталкивающиеся автомобили», но на них весело только первые два-три раза…

— И еще есть серсо, — сказала Бетси. — Покупаешь на два пенса три деревянных кольца, и надо набрасывать их на всякие вещи, расставленные на большом деревянном столе. На что набросил — то твое. Мне эта игра нравится.

— Еще бы! — сказал Пип. — Она истратила целый шиллинг на деревянные кольца — и в итоге выиграла тисненую брошечку ценой в пенни, которую наша мама не выносит и не позволяет ей надевать!

— А ты, Пип, растратил однажды десять пенсов и вообще ничего не выиграл! — с жаром начала Бетси. Но Фатти ее перебил;

— Похоже, в Питерсвуде веселья через край. Как-нибудь в дождливый денек нам надо всем вместе прогуляться на эти аттракционы. Если только вообще еще будет дождь!

— Фатти, а ты не придешь туда, одевшись в какого-нибудь взрослого? — возбужденно спросила Бетси. — Пожалуйста, Фатти! Просто здорово было бы поглядеть, как ты будешь расхаживать переодетым во взрослого и водить всех на нос!

— Посмотрим, — ответил Фатти. — Должен сказать, мне бы очень хотелось поводить за нос нашего Вали-Отсед! Он уже поднаторел и сразу узнает меня, когда я появляюсь в костюме какого-нибудь мальчишки, но, пари держу, он не раскусит меня, когда я буду переодет во взрослого!

— А в кого ты нарядишься? — спросила Дэйзи.

— Еще не знаю. И слушайте все: если можете притащить старые вещи ваших отцов — ну, старые шляпы, которые им больше не нужны, ботинки или даже старые пальто, — то они сослужили бы мне отменную службу. Боюсь, отец рассердится, если я перетаскаю слишком много его вещей. У него всегда все только новое — мама не позволяет ему хранить старые вещи, всегда отдает их на благотворительность.

— Сделаем, что сможем, — пообещал Ларри, и Пип тоже кивнул. Все, что угодно, чтобы помочь переодеваниям Фатти! А Бетси облегченно вздохнула, радуясь, что Фатти снова с ними. Теперь жизнь опять станет увлекательной! И — ох, если б только подвернулась хорошая загадка, остаток каникул был бы просто божественным!