Загадка старой колокольни - Энид Блайтон

Барни и Роджер успели перешагнуть порогкомнаты, прежде чем до них дошло, что внутри кто-то есть. Увидев

свет, Снабби резко остановился и попыталсяотта­щить назад остальных. Но было поздно, их заме­тили.

Мужчины вскочили с мест, глядя на них судивлением, которое тут же сменилось яростью. Роджер оторопел, но Барни успелсообразить, какая опасность им грозит, и бросился бежать, по­тянув за собойРоджера.

— Стой! — крикнул один из бандитов. — Стой­те,вам говорят! Вы кто такие? А ну, идите сюда!

Перепуганные ребята вылетели из комнаты. Какоеневезение! Весь их тщательно разработан­ный план рухнул в одну секунду. Теперьнужно было уносить ноги.

— Врассыпную — и прячьтесь! Быстрее! — ско­мандовалБарни.

Сам он бросился к кухне, Снабби влетел в бли­жайшуюкомнату, а Роджер стремительно напра­вился к комнате с деревянными панелями,где на­чинался подземный ход.

«Сундук! Можно спрятаться в сундуке!» — про­неслосьв голове мальчика.

Ворвавшись в комнату, Роджер начал шарить втемноте в поисках сундука. Ага, вот он! Парнишка поднял крышку и моментальнозалез внутрь, но крышка упала с таким стуком, что Роджер вздрог­нул. Навернякабандиты тоже слышали этот звук. •

Сначала в панике Снабби не узнал комнату, вкоторой оказался, но, оглядевшись при лунном свете, льющемся из окна, он понял,что именно здесь, в камине, устроен узкий тайник.

Уже слыша шаги преследователей за дверью,Снабби бросился к камину. Просунув туловище в широкий дымоход, он лихорадочно шарилруками в поисках ступенек. Слава богу, это тот самый ды­моход! Забравшись наступеньки, он втиснулся в грязную, заплесневелую щель тайника.

И как раз вовремя! В комнату ввалились троемужчин, светя перед собой электрическими фона­риками.

— Он вбежал сюда! — выкрикнул один из них. — Яего видел.

— Тогда считай, он попался, — мрачно прого­ворилвторой. — Здесь только одна дверь — это та, через которую мы вошли. Мы его живосхватим, он от нас не уйдет!

Снабби била такая дрожь, что он с испугом по­думал,сможет ли удержаться на ногах. К сожалению, случилось то, чего он так боялся:ноги его подкосились, и Снабби сполз по стене вниз. Мужчины услышали шорох.

— Слышите? Мальчишка где-то здесь! — ска­залодин из мужчин, распахивая дверцу шкафа.

Разумеется, он был пуст.

— А по-моему, звук шел отсюда, — сказал дру­гой,подходя к камину. Он сунул голову в широ­кий дымоход и посветил в него фонариком.Снабби закусил губу, чтобы не застонать. Он уже пред­ставлял, как его схватятза ноги и грубо вытащат наружу.

Но тайник был для того и сделан, чтобы укры­ватьлюдей от посторонних глаз. Не подвел он и на этот раз. В свете фонарикапреследователь не высмотрел ничего подозрительного. Вот если бы он знал осуществовании тайника, то, поднявшись по ступенькам, он смог бы обнаружитьСнабби. Но, к счастью, этого не произошло.

О тайнике знала женщина, но она погналась заРоджером. Мужчины обшарили всю комнату, от­крыли сундуки, распахнули шкафы,заглянули за занавески — все напрасно! Мальчишка как будто испарился.

— Наверное, мы ошиблись и он не забегал сюда,— решили бандиты.

— Лиззи! — крикнул один из них. — Где ты?Нашла кого-нибудь?

— Одного нашла! — откликнулась женщи­на. — Онв сундуке!

Услышав, как хлопнула крышка, она броси­лась вкомнатку с панелями. Нетрудно было дога­даться, что единственным местом, гдемог спря­таться беглец, был один из двух сундуков. Она подняла крышку одного —в нем было пусто.

В это время бедняга Роджер, скорчившись, сиделво втором и боялся даже дышать. Он услы­шал, как крышка сундука поднялась и вглаза ему ударил луч электрического фонарика. После этого крышка тут жезахлопнулась опять, и в замке с лязгом повернулся ключ.

Роджер в ярости сжал кулаки. Теперь он выве­дениз игры и должен сидеть, накрепко запертый в этом сундуке. И как он могдопустить такую оп­лошность — уронить крышку! Он готов был сам себе надаватьоплеух.

В комнату вошли мужчины, и женщина, посту­чавпо крышке сундука, сказала:

— Хотя бы один попался. Сидит здесь, пока чтов целости и сохранности. А как со вторым?

Роджер облегченно вздохнул. Значит, они ду­мают,что их было только двое, а следовательно, Снабби они не увидели. Куда же он убежал?Вот если бы ему удалось выскочить из дома и сооб­щить в полицию! Тогда все ещеможно было бы по­править. Но хватит ли у Снабби на это смелости?

Четверо бандитов занялись поиском Барни.

— Откуда взялись эти мальчишки? — недоуме­валодин из мужчин. — И что им здесь надо?

— Наверное, это просто пара хулиганов. Забра­лисьсюда в надежде что-нибудь стащить, — сказа­ла женщина.

— Что ж, тем хуже для них. Нам придетсяприхватить их с собой и бросить где-нибудь в та­ком месте, где их не смогутскоро найти, — злове­ще проговорил один из бандитов.

— Сначала надо найти второго, — отозвался егосообщник. — Тс-с... Слушайте, что это за звук?

Увы, это была Миранда. Она сидела, спрятав­шисьвместе с Барни, недалеко от подножия квад­ратной башни. Увидев плотный занавес,Барни скользнул за него и скорчился там с гулко бью­щимся сердцем. Почувствовав,как он испуган, Миранда тоже заволновалась. Ей не нравилось си­деть на поводке,особенно в такие моменты. Одним прыжком она хотела забраться повыше на занавес­ку,но поводок не пустил ее, и она свалилась обрат­но. Барни не осмелился хотя бышепотом отчитать ее. Миранда жалобно запричитала. Тогда Барни решил отцепитьповодок — может, это ее успоко­ит. Почуяв свободу, Миранда тут же метнулась всторону. Она запрыгнула на шкаф, громко скрипя зубами, как делала это всегда,когда была рассер­жена и испугана одновременно. Этот звук и услы­хали бандиты.

Один из них посветил фонариком в сторону Ми­рандыи с изумлением воскликнул:

— Обезьяна! Значит, хозяин где-то рядом. Бы­стровсе здесь обшарить! — скомандовал он.

Барни забеспокоился. Рано или поздно они на­ткнутсяна его занавес. Сомнений относительно этих людей у него не было — эти преступникижестокие и безжалостные, и, если они его пойма­ют, плохо ему придется.

Он решил незаметно прокрасться за занавесом кподножию башни. Если он успеет взбежать по лестнице на площадку, то там, можетбыть, он найдет, куда спрятаться: забьется в какую-нибудь нишу или щель, и егоне найдут. Надежда была весьма призрачной, но ничего лучшего ему в голо­вусейчас не пришло.