Украденная память - Кевин Сэндс

Я пошевелил губами, с трудом выдавливая из себя слова:

– Одержим?

В мои мысли снова ворвался Голос:

Теперь ты понял знаки?

Да, теперь я понял. Те рисунки на двери. Я сообразил, что это такое – специальные колдовские символы, которые должны были преградить путь злым духам. Круги защищали вход; две соединённые буквы V были воззванием к Virgo Virginum – Деве Марии. И кувшин. Тот, что – теперь разбитый – лежал у кровати. Ещё один оберег против зла. В памяти помимо воли всплыл рецепт: «Возьмите мочу и волосы одержимого. Положите в сосуд вместе с защитными камнями и железными гвоздями, которые придавят душу к земле, не давая ей удалиться от тела. После запечатайте сосуд заклятием».

Роберт сказал, что у меня были припадки – судороги – и я болтал на странных языках. Это общеизвестные признаки одержимости. Но я не помнил ровным счётом ничего – только свой сон. Мёртвая равнина. И птица…

– Милорд?

Роберт и Уиз наблюдали за мной. А я настолько погрузился в свои мысли, что ничего не замечал.

Осторожнее, – сказал Голос. – Если они решат, что демон до сих пор сидит в тебе…

– Спасибо за вашу заботу! – поспешно сказал я. – Немногие приютят незнакомца, одержимого злыми духами…

Роберт скрестил руки на груди:

– На моей ферме не отворачиваются от страждущих.

Он сказал это будто бы с гордостью, но я успел заметить кое-что. Он на миг опустил глаза, словно бы избегал моего взгляда. Создавалось впечатление, что кто-то посоветовал ему именно так и сделать.

– Если вам лучше, милорд, – продолжал он, – то, может, мы теперь могли бы попросить вас о помощи?..

Меня? О помощи? Да я едва держался на ногах. Что им могло от меня понадобиться?

– Я подумал, может, вы согласитесь замолвить за нас словечко, – сказал фермер. – В вашем-то положении.

– Положении? – переспросил я.

– От имени вашей светлости, милорд.

Я нахмурился. Роберт постоянно использовал это обращение. Я думал, это просто знак уважения к гостю…

– С чего вы решили, что я лорд?

– А разве нет? – удивлённо сказал он. – Ну, то есть… ваш костюм…

Я оглядел крестьянскую шерстяную одежду, в которую был облачён.

– Не этот, милорд, – сказал Роберт. – Этот-то мы вам дали. Я про тот, в котором вас нашли. И деньги.

– У меня есть деньги?

– В вашем кошеле. Они все там, даю слово. Мы не тронули ни фартинга.

Я уставился на него.

– Неужто вы не помните? – спросил Роберт.

Я покачал головой, и они с Уизом обменялись быстрыми взглядами.

– А что вы помните?

Я сделал очередную попытку. Постарался припомнить хоть что-нибудь до сегодняшнего дня. Комната опять завертелась.

– Вы не скажете ли своё имя? – спросил Роберт.

– Моё… имя?

Тело Роберта казалось… странным. Оно растягивалось и сгибалось, словно сделанное из жидкой карамели.

«Это сон, – подумал я. – Я всё ещё сплю».

Я закрыл глаза, и мир перестал вращаться. Но кошмар не закончился – явно не закончился, потому что я по-прежнему ничего не помнил.

Вообще ничего.

– Кто я такой?.. – прошептал я.