Ты лучше всех - Вера и Марина Воробей

— Брось, — махнула рукой Юля, — был бы противный, он бы с тобой не встречался.

— Ты так думаешь? — недоверчиво посмотрела на сестру Марина.

— Ага, — убежденно кивнула Юля.

— Юля, можно тебя на минутку? — подошел к девчонкам Коля Ежов.

— Конечно, — кивнула Юлька и удалилась вместе со своим кавалером.

Юлька уже давно встречалась с Колей и считала его самым лучшим парнем на свете, чего никак не могла понять Марина. Раньше Колька был просто отъявленным хулиганом и постоянно попадал в какие-нибудь переделки, а потому Марина никогда не одобряла того, что подруга встречается с этим двоечником. И хотя Юля уверяла, что под ее влиянием Коля стал совсем другим, Марина по-прежнему продолжала считать, что горбатого только могила исправит.

Марина отвернулась к окну и вновь принялась мечтать о встрече с Митей.

3

Марина возвращалась домой одна: Юлю провожал Коля, и она, естественно, не хотела им мешать.

Лифт по-прежнему не работал, поэтому пришлось подниматься пешком.

Дома, как всегда, была только Генриетта Амаровна.

— Мариночка, ты уже знаешь про Митю? едва только девушка зашла в квартиру, спросила ее бабушка.

— Ага, я утром Анну Борисовну видела. Сейчас к ней побегу. — Марина переоделась и надела свои любимые меховые тапочки.

— Сначала поешь, иначе никуда не пущу, предупредила Генриетта Амаровна.

Марина поняла, что спорить с бабушкой бесполезно, поэтому, как бы ей ни хотелось побыстрее подняться к Анне Борисовне, пришлось отправиться на кухню съесть бабушкины щи со сметаной.

— Она сказала, что Митя прилетает в субботу, — с набитым ртом рассказывала Марина.

— Вот и славно, все и поедем встречать С О, — обрадовалась Генриетта Амаровна.

— Да, кстати, как твоя подруга? — неожиданно вспомнила Марина.

— А… — махнула рукой Генриетта Амаровна. — Зиночка опять с сыном поругалась, вот сердце-то и прихватило. Она и меня-то позвала только для того, чтобы про эту ссору посудачить. Такие вот мы старушки, без внимания никак не можем.

— Я люблю тебя, бабуль, — ласково сказала Марина, чмокая бабушку в щеку. — Ну я побежала.

— Беги, беги, — улыбнулась Генриетта Амаровна. — Теперь тебя все равно не удержишь.

Дверь открыла Анна Борисовна.

— Мариночка, проходи, — позвала она, увлекая ее в квартиру. — Обедать будешь?

— Ой; нет, спасибо, Анна Борисовна. Меня только что бабушка накормила, — сообщила Марина.

— Ну хотя бы чаю попьем, — продолжала уговаривать Анна Борисовна.

— Ну хорошо, — согласилась Марина. Анна Борисовна пригласила Марину на кухню, налила в чашки чай и поставила на стол хрустальную вазочку с клубничным вареньем и тарелочку с домашним печеньем.

У Марины на языке вертелись тысячи вопросов о Мите, но она никак не могла выбрать из них тот, с которого можно было бы начать разговор. Однако Анна Борисовна сама пришла ей на помощь:

— Митенька приезжает в субботу. Мы поедем встречать его на машине, и ты непременно должна поехать с нами.

— Конечно, Анна Борисовна, — кивнула Марина, — только вот со мной еще бабушка и Юля хотели поехать. — Она смутилась и почувствовала неловкость оттого, что тащит за собой все семейство.

Но Анна Борисовна не увидела в этом ничего предосудительного. Наоборот, она кивнула и с улыбкой сказала:

— Ничего, уместимся. Если честно, я очень рада, что за моего сына переживают столько людей.

— А что он вам говорил по телефону? — наконец осмелилась задать волнующий вопрос Марина. — Мне так интересно знать, как он там, как себя чувствует, какое у него настроение?

— У него все хорошо, — засмеялась Анна Борисовна. Было видно, что она по-настоящему счастлива. — Повязку ему снимали в затемненном помещении, чтобы не травмировать глаза ярким светом, но он увидел очертания стола, врачей. В его голосе было столько радости, когда он говорил мне об этом. Пока он еще привыкает к свету, но постепенно сможет появляться на улице без очков даже днем.

— Здорово! — Марина захлопала в ладоши, не в силах больше сдерживать свою радость.

Анна Борисовна тоже улыбалась. О чем она думала в этот момент, так и осталось неизвестным, но по ее глазам было видно, что ей очень приятна радость сидящей перед ней девушки.

— А во сколько он прилетает? — внезапно вспомнила самое главное Марина.

— Утром, в одиннадцать часов, но думаю, что мы еще созвонимся и обо всем договоримся.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Когда Марина уже уходила, Анна Борисовна вдруг окликнула ее:

— Марина…

Она обернулась и увидела, что Анна Борисовна смотрит на нее с такой теплотой и нежностью, как обычно смотрели мама или бабушка.

— Ты замечательный человечек, Мариночка, — сказала Анна Борисовна.

— Все будет хорошо, — пообещала в ответ девушка. — Мите очень повезло, что у него такие замечательные родители.

В ночь с пятницы на субботу Марина почти не спала. Сначала она думала о том, что скажет Мите при встрече — ведь они так давно не виделись. Затем ее мысли плавно перетекли к вопросу о том, понравится ли Мите как она выглядит.

«Может, надеть сиреневые брюки, в них у меня ноги длиннее», — ворочаясь на кровати, соображала Марина. Но тут она вспомнила, что совсем недавно зацепилась брюками за какой-то гвоздь, и теперь в том месте красовалась маленькая, но заметная дырка. Сиреневые брюки автоматически отпадали. «Тогда надену длинную юбку. А может быть, зеленое платье? Но под дубленкой его совсем не будет видно», — терзалась сомнениями девушка.

Марина так и уснула, не решив, что надеть на встречу с Митей.

— Мариночка, деточка, вставай. — Голос был нежным и убаюкивающим. — Мариночка, уже половина девятого.

Генриетта Амаровна никогда не будила внучек криком. Она всегда ласково поглаживала их по голове и говорила нежно и мягко.

— Полдевятого?! — Марина подскочил а на кровати. — Ой, у меня же времени не хватит собраться. А где Юлька?

— Уже в ванной плещется, — сообщила бабушка. — А почему ты не успеешь собраться? Самолет прилетает в одиннадцать, значит, выезжать надо в десять. Так что у тебя еще целых полтора часа.

— Полтора часа, — с досадой проговорила Марина, залезая под кровать в поисках затерявшейся тапочки. — Разве это время? Я даже еще не придумала, что мне надеть.

Тапочка нашлась не под кроватью, а под столом. Натянув обе тапки, она побежала в ванную и чуть не сбила по дороге Юлю.

— Вот сумасшедшая. Куда несешься?!

Марина ее не слышала. Быстро приняв ванну, она стала сушить волосы феном, решив красиво уложить их, но потом подумала, что под шапкой все равно прическа испортится, и просто досушила волосы и принялась подкрашивать лицо.

Было уже без четверти десять, а Марина все