Школа монстров. Подруги навсегда! - Гитти Данешвари

– Студенты должны рассчитаться по порядку, – объявила суперинтендант Петра в мегафон, а Ки, Робекка, Рошель и Венера всё вертели головами, высматривая Вайдону.

– Неужели в самом деле ты со мною говоришь? – нервно пропел один из человечков-тыковок, когда суперинтендант Петра указала на него. Сидевшая на маленьком тельце тыквенная голова этого существа имела несколько помятый вид – вероятно, об него спотыкались, когда человечек пробивался в здание школы.

– Я не терплю, когда меня перебивают, существо, – безучастно сказала суперинтендант Петра, снова делая тыкве знак начать перекличку.

– Первый, – тихо чирикнул человечек-тыква, крепко обнимая свою ручную лягушку-быка.

Странное дело, но большинство тыковок Школы монстров держали у себя лягушек-быков, потому что лягушки не требуют много ухода и являются отличными метрономами.

– Почему это оно первое? – промурлыкала кошка-оборотень Торалей, дергая ушами.

Сегодня Торалей оделась в белые гольфы, кроссовки на платформе и короткое платье – не самый удобный наряд для Дня бей-отбивай.

– Оно? – вполголоса пробормотал юный тыквоголовый человечек, явно ошеломленный тем, как его назвала Торалей.

– Думаю, все согласятся, что номер один пожизненно закреплен за мной, – продолжала кошка-оборотень, таща за собой Клео.

Две главные школьные примадонны по-прежнему не разнимали рук – они пошли на такую меру, чтобы обезопасить себя от попыток нормалов их похитить. Эта необычная идея появилась у них после исчезновения директрисы Бладгуд, и отец Клео, Рамзес де Нил, опасался, что дочь может стать следующей мишенью для нормалов, одержимых мыслью похитить особу царской крови. С тех пор девушки везде передвигались только вместе, полагая, что двоих похитить намного труднее.

– Что ты сказала, Торалей Страйп? – медленно проговорила суперинтендант Петра, растягивая слова, чтобы показать, как сильно не одобряет монстров, которые ее перебивают.

– Да, что ты сказала? – эхом откликнулась Клео, правда, совсем по другой причине.

– Я разберусь, – заявила мисс Сью Нами суперинтенданту Петре, потом повернулась к Торалей: – Несовершеннолетняя сущность, известная как Торалей Страйп, предлагаю тебе прекратить болтать и рассчитаться, если не хочешь, чтобы у тебя в горле застрял огромный ком шерсти!

– Второй, – фыркнула Торалей, закатывая глаза.

– Третий, – сказала Клео, поправляя синий спортивный костюм, состоявший из бинтов, украшенных искусственными бриллиантами.

– Четвертый, – пробормотала Фрэнки, нервно теребя свои собранные в хвосты волосы.

Затем перекличка продолжилась: пятый, двадцать восьмой, сотый и так далее.

– Триста первый, – сказала Робекка, из ушей и носа у нее валил пар.

Подруги так и не увидели Вайдоны Спайдер.

– Триста второй, – довольно мрачно пробормотала Рошель.

– Триста третий, – буркнула Венера, ее виноградные лозы напряглись.

Затем суперинтендант Петра подошла к последнему студенту в строю, и в ее глазах промелькнуло удовлетворение.

– Триста двадцать девятый, – проворчал юный вампир из дальнего угла зала.

– Прекрасно, все на месте, – гордо проговорила суперинтендант Петра, сверяясь с какими-то бумагами в своей папке.

– Вообще-то я думаю, вы забыли, что в школе недавно появилась еще одна несовершеннолетняя сущность. Помните девушку, которую мы нашли на чердаке? – напомнила мисс Сью Нами суперинтенданту Петре самым тактичным своим тоном.

– Вайдона Спайдер, если ты здесь, пожалуйста, подними одну из своих шести рук, – провозгласил шериф Фред, пристально осматривая шеренгу студентов. – Похоже, Петра, ее здесь нет, – заявил он.

– Почему бы им не отпустить нас наконец? – простонала Венера и принялась нервно заламывать пальцы.

– Может, мы пойдем в Пожиральню и перекусим? – с надеждой предложила Робекка.

– Вероятность того, что мы туда отправимся, ничтожно мала, – покачала головой Рошель: она всё никак не могла смириться с тем, как близко они подобрались к разгадке.

– Нет девчонок со множеством рук! Нету пауков! – прохрюкал один из троллей, вразвалочку подходя к мисс Сью Нами, его длинные грязные патлы мотались из стороны в сторону.

– Пропажа несовершеннолетней сущности – это плохо, – отрывисто проговорила мисс Сью Нами, потом повернулась к суперинтенданту Петре: – А теперь, может быть, пришла пора сказать мне, почему вы включили сирену и притащили всех нас сюда. Если возникла какая-то новая проблема, я должна об этом знать.

– Мисс Сью Нами, не надо разговаривать со мной в таком тоне, – высокомерно отрезала суперинтендант Петра.

– Я и не собиралась, мэм, я просто беспокоюсь за девочку, только и всего, – пояснила мисс Сью Нами.

– Что я вам говорила относительно обращения «мэм»? – рявкнула суперинтендант Петра.

– Простите, мэм.

– Вы опять это сделали!

– Да, сделала и снова прошу прощения. Так я обращалась к директрисе Бладгуд, и от этой привычки очень трудно избавиться, – пояснила мисс Сью Нами.

– Уж постарайтесь.

– Да, мэм… м-м-м… то есть, – сбилась мисс Сью Нами.

– О, забудьте! У меня нет на это времени! – проворчала суперинтендант Петра.

– Я собираюсь отправить своих людей на поиски Вайдоны, пусть обшарят окрестности. Может, заблудилась, в конце концов, она же новенькая, – сообщил шериф Фред суперинтенданту Петре и вышел из зала.

– И надо же было именно ей потеряться, – покачала головой Робекка.

– Ну, по крайней мере, мы сможем спать в ее комнате, и нас никто не станет будить, – сказала Роза ван Сангре своей сестре Бланш.

– Это то, что нам нужно – хорошенько вздремнуть.

– Согласно школьным правилам, студенты могут спать только в своих собственных комнатах, – авторитетно заявила Рошель, косясь на близнецов-цыганок.

– Не трать понапрасну дыхание, Рошель, эта парочка все равно не станет слушать. Впрочем, если взглянуть на дело с другой стороны, это значит, что сегодня они не станут околачиваться в нашей комнате, – с протяжным вздохом проговорила Венера.

– Согласно параграфу 5.8 Этического кодекса горгулий, я должна сообщить о неверном толковании. Венера, нельзя понапрасну тратить дыхание, потому что каждый вздох поддерживает в нас жизнь. Разумеется, за исключением случаев, когда речь идет о призраках, тогда всё немного сложнее, – заметила Рошель.

В это время шериф Фред вернулся в спортзал, на лице у него застыло удрученное выражение.

– Вайдоны Спайдер нигде нет, – проревел он в специальный мегафон, который переводил с зомбийского на английский, дабы убедиться, что его поняли все.