«Т-34». Памятник forever - Эдуард Веркин

– Все-таки уберите жука, – настаивала официантка.

Жмуркин пристукнул по столику кулаком, но жука в коробок спрятал.

– Я на вас в суд подам! – сказал он. – На ваше кафе и на вас персонально. Вы придираетесь ко мне без повода, нарушая тем самым мои гражданские права! И гражданские права моего питомца!

Официантка плюнула и ушла.

– Вот, – Жмуркин болтал в вишневом коктейле лед. – Нам говорят, не заходите в кафе с животными. Нам говорят, идите помогите ветеранам! Ну да, мы идем помогать ветеранам, а какой-то престарелый кунгфуист раскидывает нас как котят. Этот мир прогнил насквозь…

– Мы шли расхищать цветметаллы, – напомнил Витька. – Так нам и надо. И, если уж говорить серьезно, насекомые – это тоже животные. Животные просто более широкое понятие…

– Да плевать. С их стороны хамство запрещать мне ходить с майским жуком.

– Да хватит вам лаяться, – сказал Генка. – Пойдемте лучше к ветерану.

– Я сам ветеран, – произнес Жмуркин.

– Чего же ты ветеран? – спросил Витька.

– Я ветеран войны с дураками, – Жмуркин выбрался из-за стола. – Только в этой войне мы не победили, а проиграли. Ладно, бандерлоги, идемте к ветерану. Осчастливим его.

– Где он живет-то?

– Возле рынка.

– Может, арбуз купим? – предложил Жмуркин. – Он печень очищает.

– Чтобы очистить печень, надо пить собственную мочу, – сказал Витька. – Да и арбузов сейчас нет, рано еще.

– Сам пей собственную мочу. – Жмуркин двинулся к выходу.

Но на рынок они все-таки зашли. Витька купил семечек у старушки, Генка купил универсальный припой, Жмуркин купил сахарную кость для Снежка. После чего ребята отыскали нужную пятиэтажку, поднялись на нужный этаж и позвонили в нужную дверь.

– Сейчас он на нас собак спустит, – предположил Жмуркин. – Знаю я этих ветеранов, у каждого бультерьер в кармане. Когда я еду в троллейбусе, они бьются там, как настоящие гладиаторы…

Но, судя по тишине, за дверью никого не было.

– Пойдем, – развернулся Жмуркин. – Он уехал в Новокузнецк к внукам…

Упрямый Витька нажал на кнопку еще раз. В глубине квартиры послышалось железное звяканье, потом голос сказал:

– Заходите.

Витька толкнул дверь, она оказалась незакрытой.

– Заходите, заходите, – повторил голос.

Ребята несмело вошли. Прихожая была оклеена газетами, пахло клейстером, скипидаром, краской.

– Ну, все, – Жмуркин скорбно постучал по стене. – Будем вкалывать…

– Не ной, Жмуркин, – сказал Витька. – Поработаем немножко. Перед экзаменами нечего классуху злить. К тому же труд – благодарное дело…

– Направо, – сказал голос. – Проходите…

– Вам этот голос ничего не напоминает? – спросил Генка.

– Он напоминает мне лишь о моей невеселой участи. – Жмуркин наткнулся на ведро с кистями и опрокинул его.

Они повернули направо и вошли в комнату. В центре стоял человек в панаме из газеты. Человек возил валиком с краской по потолку и грыз сливочную соломку.

– Мне насчет вас звонили, – сказал человек и повернулся. – Из школы.

– Блин! – ругнулся Жмуркин и потрогал себя за распухшее ухо.

– Черт… – Генка сделал шаг назад.

– Дела… – Витька почувствовал, что краснеет.

Перед ними стоял человек с улицы Победителей. Тот, что чуть не оторвал Жмуркину ухо.

– Какая приятная встреча! – человек поставил валик в угол. – А еще говорят, что наш город большой. Не прошло и трех часов…

– Вы Веселов Алексей Алексеевич? – тихо спросил Жмуркин.

– Так точно. – Человек стащил с рук перчатки. – А вы пионеры?

– Мы не пионеры, – Жмуркин разглядывал комнату. – Мы пришли…

– Знаю, знаю, – Алексей Алексеевич остановил Жмуркина. – Вы пришли в полное мое распоряжение на целых три дня.

– На два, – напомнил Генка.

– На три, – твердо сказал Алексей Алексеевич. – Наша цивилизация построена на троичном принципе. Знаете как: «Было у отца три сына, старший умный был детина, средний был и так и сяк…»

– Младший вовсе был дурак, – закончил Жмуркин. – Знаем, знаем. Я среди этих дундуков как раз старший. А самый младший у нас старина…

– Ладно, согласны на три дня, – выступил вперед Генка. – Что делать будем? Ремонт?

– Ремонт? В каком-то смысле… Вы руками работать умеете?

– По части рук мы мастера! – заявил Жмуркин. – Особенно наш младшенький. Что поделать, когда раздавали ум, он забыл встать в очередь…

– Жмуркин, заткнись! – Генка пнул Жмуркина.

– Я вижу, – человек вытер руки о фартук, – я вижу, вы дружная команда. Это мне нравится. Приходите завтра в одиннадцать, пойдем на улицу Победителей…