Письма на чердак - Питер Грю

Герман поставил локти на колени и опустил подбородок в чашечку из ладоней. Он явно не хотел меня слушать. Ну, ничего.

– Объясни мне, пожалуйста, связь между сном и пребыванием здесь, – решила я перевести тему.

Герман поднял голову. Уже хорошо.

– Связь простая. Когда ты спишь – ты здесь.

– Значит, чем дольше я сплю, тем больше времени провожу в тайном мире?

– Трудно мне объяснить, потому что я и сам толком не понимаю. Ну вот, например, если ты спишь шесть часов и девять часов… В первом случае тебе может присниться яркий и длинный сон, а во втором – невзрачный и короткий. Так?

– Так, – согласилась я, подумав.

– Вот и пребывание здесь, хоть и связано со сном, но не полностью от него зависит. Можно быть здесь и не во сне. Если найдёшь дверь.

– Дверь? Какую дверь? Ты нашёл?

Герман мрачно взглянул на меня светлыми холодными глазами. И кивнул. Но я поняла, что он не хочет говорить об этом. Лучше не ходить по лезвию ножа, иначе он опять замкнётся.

– И как мы не устаём жить на два мира? – снова поменяла тему разговора я. Пожалуй, после школы буду поступать в дипломатическую академию.

– Потому что мы – СамСветы. Ты ведь не устаёшь, когда смотришь сон? Тёмный Уголок не занимает всё твоё время.

– Знаешь, я ведь пила снотворное, чтобы бывать здесь дольше. Только наставник мне запретил.

– И правильно.

– Но значит, есть средства, которыми можно продлить время нахождения здесь.

– Тёмный Уголок полноценен и стар. Думаю, не стоит экспериментировать с ним. СамСветы нужны, чтобы призраки могли приходить в наш мир. Не нужно нарушать эту гармонию, она хрупка, – сказал Герман и встал. – Я поговорил с Букой. Возможно, твой наставник теперь обратит на тебя внимание. Если Бука сможет достучаться до него.

Герман подошёл ко мне и протянул руку. Я, не раздумывая, пожала её, ощущая порезы на его пальцах. Вот странный мальчишка этот Герман. Иногда я просто его ненавижу, а потом он неожиданно становится дружелюбным. И я благодарна ему за то, что он есть. Не знаю, как бы сложилась моя история с Тёмным Уголком без него.

Я отпустила руку Германа, и он посмотрел на свою ладонь.

– А в чём твой талант? – спросил он.

По больному. Я пожала плечами.

– У меня есть карета с химерами.

– А у меня есть Водокачка. Думаешь, химеры – это твой талант? Я решил, что они твой «дом» – место, которое появляется в Тёмном Уголке вместе с СамСветом. У тебя мобильное «место», которое может передвигаться.

– Тогда у меня нет талантов! – огрызнулась я.

Герман иронично улыбнулся и развернул ко мне ладонь. И что такого? Что это за знак? Я молча смотрела на мальчишку, ожидая объяснений. Если он начнёт издеваться, я не буду хранить его ранимую душу и отвечу парой ласковых.

– Порезы исчезли, – сказал Герман.

– Как так? – недоумевала я.

– Твой талант – исцеление, – заключил Герман. – Поэтому и химеры поправились, и моя рука заживает от твоего прикосновения.

Ура! У меня есть талант!

– Правда, призраки не болеют, так что твой талант бесполезен для наставника. Он, наверное, знает о нём, но не считает его важным, – стал рассуждать вслух Герман.

Да уж, радовалась я только пару секунд. У меня есть талант, но он бесполезный. В общем, другого я от себя и не ждала.

Вернулся Бука.

– Царь Вор просил тебя зайти к нему, – обратился ко мне призрак.

Ну, наконец-то обо мне вспомнили!

– Хорошо! Уже иду!

Я махнула Герману на прощание и побежала в замок, влетела по лестнице, открыла одну дверь, а потом другую – в кабинет. В этот раз кабинет выглядел иначе. Совершенно по-другому. Это был большой, с высоким арочным потолком тронный зал. Несколько ступеней, покрытых тяжёлым зелёным ковром, вели к массивному металлическому трону в стиле замка: цепи, трубы – ничего нового. Правда, подлокотники были в виде драконов: Хозяин, видно, решил добавить немного средневекового антуража. На стенах горели факелы. Мой Волк восседал на троне. Такой величественный и гордый. Я подошла к ступеням и замерла.

– Как дела? – спросил Хозяин.

Странный для него вопрос. Неужели ему интересно?

– Хорошо, – осторожно ответила я.

Мой Волк положил руку на подлокотник, подпёр подбородок и разглядывал меня. Да уж, то ещё зрелище: тощая и рыжая. Правда, многие считают меня симпатичной, но мне интересно только, что думает обо мне он.

– Ладите с Германом?

– Ладим. Он думает только о своей невесте.

Хозяин презрительно хмыкнул. Или мне показалось?

– Пусть, – сказал он.

– А ещё я нашла комнату с крыльями. Мы летаем.

– Замечательно.

– Только крылья всегда отпадают, когда я ухожу домой.

– Так и должно быть. Это временные крылья. Они, как листья, отслужат положенный срок и облетают.

– А у моих химер не отпали.

Хозяин другой рукой выбил пальцами дробь на подлокотнике трона. Его глаза – зрелые вишни: бордовые с чёрными косточками зрачков.

– Значит, твоё волшебство похоже на местное.

– Это хорошо или плохо?

– Посмотрим, что из этого выйдет. Вы, СамСветы, – непредсказуемый народ.

Он опять прошёлся дробью по подлокотнику.

– Я позвал тебя, чтобы сообщить о Празднике Новых Встреч. Это древний праздник. И самый главный. Твоя обязанность – сопровождать меня. На празднике ты увидишь много призраков. Возможно, других СамСветов. Ты не должна с ними говорить. Будь возле меня.

Он приглашает меня на праздник! Я буду с ним! Мы будем вместе!

Я кивнула.

– Твои звери. Их уже можно запрягать?

Лицу стало жарко – я опять краснела. Запрягать химер я не пробовала.

– С каретой мы ещё не упражнялись.

– Пойдём посмотрим на них.

Мой Волк встал с трона, спустился по ступеням, прошёл мимо меня и вышел из кабинета – тронного зала. Я хвостиком двинулась за ним.

Химеры резвились во внутреннем дворе.

– Пусть запрягаются, – приказал Хозяин.

– Запрягайтесь, – робко сказала я.

Обветшалая карета явно не располагала к поездкам. На неё мой талант целителя не распространялся. Питомцы весело подскочили к колымаге. Откуда-то снизу они зубами достали шлейки на лентах и ловко надели их на себя. Вот уж не думала, что так запрягаются в карету!

Звери принялись рысцой нарезать круги по двору, а карета на глазах преображалась, словно изюм вновь становился виноградом.