Мудрец_05 - Екатерина Соболь

— Ой, да ты прямо Шерлок Холмс, — Варя зашла в прихожую. — Конечно, наш. Его только что достроили.

— А никто из вашей семьи случайно не заметил, что вон в той будке держат заложника? — трясущимся от злости голосом спросил Паша.

— Это не будка, а дом для садовника. Того, который из этого пустыря будет сад делать. А пока тут только мы с папой, так что замечать было некому, — хмуро пояснила Варя. — У меня нет ключей от того дома. Ну то есть не было. Сделала копию позавчера: папа долго спал с утра, я успела сбегать в мастерскую и вернуть его связку на место.

Они пошли по коридору, мимо подсобных чуланов, через кухню с сияющим каменным полом, вверх по лестнице, еще по одному коридору.

— Если будешь меня спасать с такой скоростью, я лучше сам справлюсь, — не выдержал Паша, когда они в очередной раз свернули. — Там мой отец и мой друг. Им крышка, если я не…

— Они не будут красть картину, пока не стемнело: там уже гости собираются, полно народу. Мы все успеем. Вы оба такие паникеры.

— Что значит «оба»?

Вместо ответа она поднялась еще на этаж и распахнула дверь, на которой блестками было выведено «ВАРЯ». Огромная комната сверкала всеми от_{тенками розового, словно тут собирались поселить целую колонию Барби.}

— Я хотела ее сама оформить, но папа все сделал. Сказал, будет сюрприз, — хмуро объяснила Варя, но Паша ее уже не слушал.

На цветастом диване, перекинув ноги через подлокотник и сунув под голову подушку в виде зебры, лежал Илья и со скучающим видом собирал что-то из деревянных пластинок. Этими деталями был завален и он сам, и весь диван. Увидев их, Варя издала гневный вопль:

— Эй! Зачем ты разобрал моего брахиозавра?

— Скучно было. Я обратно соберу, — не отрываясь, пробубнил он. — Лапа уже готова.

Паша уперся руками в колени. Он в жизни не думал, что человеку может быть плохо от облегчения, но сейчас его прямо замутило.

— Что. Тут. Происходит, — медленно, по слогам проговорил он.

Варя пнула в его сторону какой-то бесформенный пуфик, и он рухнул на него, провалившись чуть ли не до пола.

— Объявляю собрание открытым, — сказала Варя, встав посреди комнаты с таким видом, будто действительно собиралась прочесть им доклад. — Мой папа хочет забрать картину себе, подождать, когда бабушка умрет, и продать. А бабушка всю неделю мне только и твердит, как отдаст эту картину в музей. И я не дам ее обмануть. Она расстроится. Поэтому ты, — она ткнула пальцем в Пашину сторону, — должен придумать, как сделать так, чтобы у папы ничего не вышло. И кстати: никого он не убьет. Он, наверное, просто пугал. Он не такой, — и с этими словами она, подвинув огромного плюшевого медведя, уселась на кровать.

Паша с силой потер лицо, пытаясь сосредоточиться. Он никак не мог связать все фрагменты этой истории воедино: на него будто вывалили целое ведро деталей «Лего» и сказали: «Собери вертолет». Но подумать ему не удалось — раздался голос Ильи:

— Вообще-то, если ты вдруг еще не заметил, я с тобой не разговариваю.

— Мне сейчас не до того. Мой отец…

— Ты утром про меня не забыл случайно? Мог бы хоть знак какой подать, чего происходит! Мне никто вообще ничего не объясняет! И эта тоже.

— Илья, слушай…

— Когда тебя увезли, она нашла меня в кустах, сказала лежать тихо и не вылезать, пока не позовет. И потом часов шесть бабке своей помогала: полы мыла, гирлянды какие-то вешала. Самый скучный день моей жизни. Я уже все цветы вокруг пересчитал. Меня муравьи искусали. И еще я…

— Каждый раз, когда я приходила проверить, он спал, — перебила Варя, сверля Пашу взглядом. — А когда папа позвонил, что выезжает, я сказала бабушке, что еду переодеться. Привезла Илью сюда на такси, спрятала и пошла за тобой. А теперь придумывай, как нам все исправить, но так, чтобы папа не узнал, что я вам помогала.

— Он и так узнает. Кто еще мог меня выпустить?

— Если я скажу, что ничего не знаю, он поверит, — Варя с мрачным видом обняла медведя и положила на него подбородок. — Он все равно не слушает, когда я говорю серьезно. По-моему, до сих пор думает, что мне шесть лет.

— Тогда откуда ты все узнала? — настаивал Паша. Он не мог понять, доверять ей или бежать, пока не стало хуже. Хотя куда уж хуже.

— С тех пор как мама в Москву уехала, я папины разговоры все время подслушиваю.

— Развелись? — тоном знатока спросил Илья, продолжая крутить в руках деревянную лапу динозавра.

— Нет. Просто поссорились. Она всегда мечтала на телевидении работать, а в Сочи не те масштабы. Но я сама захотела с ним остаться, — поспешно прибавила она. — У меня тут все друзья, школа, курсы. Я подслушивала, чтобы знать: вдруг они с мамой помирятся, и она вернется. А однажды он с кем-то из своей фирмы по телефону говорил. Они ремонт делают в школах, больницах и вроде того, — она заправила прядь волос за ухо. — И он сказал: «Напиши, что плитку положили дорогую, а сам купи дешевую. Не мне тебя учить». И я поняла, что он делал так раньше — обманывал людей. И я была…

— Разочарована, — закончил Паша.

— В ярости, — одновременно с ним произнес Илья. Он тоже знал это чувство.

— Ну и в тот вечер, когда твой отец за картиной приехал, я увидела, как папа в дом садовника раскладушку понес, хотя никакого садовника у нас еще нет, — по-прежнему не сводя глаз с Паши, проговорила Варя. — А через два дня они с Игорем по телефону обсуждали, как тебя увезти: пробраться в квартиру или ждать около дома, силой затащить в машину или соврать что-нибудь. Мне захотелось тебя предупредить, чтобы не попался. Нашла твоего папу в соцсетях, а через него — тебя.

— Ей небось просто фотка твоя понравилась. Она же девчонка, — буркнул Илья, перебирая деревянные пластинки.

— Да что ты все ноешь? — резко спросила Варя и швырнула в него медведя с такой силой, будто была чемпионкой по метанию ядра.

Медведь впечатался в Илью, и деревяшки полетели во все стороны.

— Это я ною? — Илья сбросил медведя на пол. — Да вы на себя посмотрите, вы…

Паша вдохнул глубже и монотонно проговорил:

— Он хочет убить меня и отца, когда все закончится. Он сам мне сказал. И тебя тоже, — он ткнул в сторону Ильи, и тот замер, глупо приоткрыв рот.

Варя побагровела от злости и уже хотела ответить, но тут у нее зазвонил телефон — так громко, что все трое вздрогнули.

— Да, папочка, — натянуто проговорила она в трубку. — Я тут кое-что для праздника придумала, скоро буду.

Она бросила телефон на кровать и, сгорбившись, подтянула ноги к груди.

— Ты умный, — звенящим голосом проговорила она, глядя на Пашу. — Ты из Москвы до Сочи доехал. Быстро придумывай, что нам делать.

Она сказала это так, словно от него зависело все на свете, и Паша выпрямился. Он думал, что все девчачьи штучки срабатывают только в кино. Но ему так захотелось произвести на нее впечатление, что страх просто исчез. Она права: он не поможет отцу, если будет ныть, и обязан придумать что-то особенное. Такие, как Илья, думают, что быть отличником — значит бесконечно зубрить. На самом деле, надо просто уметь думать. «Давай, — сказал он себе. — Представь, что это экзамен. Просто экзамен».