Лунный рыцарь - Тамара Крюкова

Земля разверзлась. Марика полетела вниз. Она упала, по-кошачьи приземлившись на четвереньки. Сверху посыпались комья глины, ошметки грязи и камни. Девочка сжалась в комочек, пытаясь защититься от ударов. Она не видела, как земля медленно сошлась у нее над головой. Внезапно стало темно и все стихло: гул бушевавшего огня, крики толпы.

Из кромешного огненного ада она попала в промозглую сырость подземелья. В затхлом воздухе пахло плесенью и гнилью. Девочка на ощупь исследовала свое пристанище и кругом упиралась в осклизлую глину. Было тесно, как в могиле. Марику прошиб холодный пот. Оказаться заживо погребенной было ничуть не лучше, чем сгинуть в огне. Прежде она не боялась ни темноты, ни тесных помещений, но сейчас ей чудилось, будто стены надвигаются на нее, вот-вот готовые раздавить. Не задумываясь о том, что она может вызвать обвал, девочка в отчаянии заколотила кулаками по нависшему над ней земляному пологу.

— Нет! Я не хочу! — выкрикнула она, как будто кто-то мог услышать ее и прийти на помощь.

К своему удивлению, она услышала хриплое дыхание и отчетливые слова:

— Не бойся. Тут огонь тебя не достанет.

У Марики по спине поползли мурашки. Она узнала голос кузнеца. Но где мог уместиться великан, когда ей и самой было тесно?

— Я умерла? — дрожа от холода и страха, спросила она.

— Нет. Коли получится, я тебя из полымени живой выведу. Долг платежом красен.

— В кузне есть подземный ход? — догадалась девочка.

Сердце защемило от сладкой надежды, но радость оказалась преждевременной.

— Не. Оттоль нет никакого выхода, — мрачно ответил кузнец.

— Тогда как я выберусь? Ты ведь обещал вывести меня.

— Через небытие. Мимо Врат смерти. Авось получится. Зажмурься, — скомандовал кузнец.

— Зачем? Тут и так темно.

— Затем, чтоб верить. Без веры небытие не пройдешь.

— Почему?

— Для человека вера — вроде стержня. Она его поддерживает. Вера в душе живет, а люди глазам больше доверяют. Закрой глаза и смотри душой. Пока тебя вера ведет, дорога гладкой кажется. А как глазам поверила, пиши пропало. Засосет.

Марика мало что поняла из объяснения кузнеца, но сейчас было не до рассуждений. Да и не все ли равно, как идти в кромешной тьме: с открытыми глазами или зажмурившись?

— А куда идти-то? Тут никакой лазейки, — растерялась девочка.

— Иди, куда вера поведет, — повторил кузнец.

Марика зажмурилась и поползла вперед. К ее удивлению, ничто не преградило ей путь. Она медленно поднялась, каждое мгновение опасаясь удариться головой, но низкий свод будто отступил, давая ей возможность встать в полный рост.

— Поспешай, — подбодрил ее невидимый провожатый.

Девочка пошла. Дорога под ногами была ровная и гладкая, будто вымощенная. Марика потеряла счет времени. То ей казалось, что она едва начала путь, то будто прошло немало часов, хотя усталости не чувствовалось.

— Долго ли идти? — спросила она.

— Долго ли, коротко ли? Кто ж его знает. На то и небытие, что тут ничего нет, даже времени.

Ответ кузнеца настолько ошеломил Марику, что она невольно остановилась и открыла глаза.

— Вот тебе и раз! Может, мы тут до скончания века будем…

Девочка осеклась, не договорив. Ее охватил страх. Чернота вокруг походила на темноту, но это была не тьма, а нечто страшное и неосязаемое. Кругом зияла пустота. Взгляд девочки упал вниз.

Почвы под ногами не было. Там простиралась бездна, а далеко в глубине клубился темный пар. Марика не увидела, а скорее почувствовала его.

Стоило девочке понять, что у нее нет точки опоры, как под ней разверзлась невидимая воронка, и Марику стало стремительно засасывать вниз. Она попыталась за что-нибудь уцепиться, но руки хватали лишь воздух.

Внезапно кто-то подцепил ее за шкирку, как котенка. Это был кузнец. Сейчас от него исходило голубое свечение, и он выглядел в точности как призрак. Великан держал ее огромной лапищей и неодобрительно качал головой.

— Говорил же, не гляди. В небытии всегда так. Пока думаешь, что идешь по тверди, — под ногами твердь. Человек силен верой.

Марика крепко смежила веки.

— Теперь уж жмурься, ни жмурься, тебе не пройти. Тебя твои мысли будут вниз тянуть, — сказал кузнец.

Девочка открыла глаза и спросила:

— А как же ты не проваливаешься?