Мокрое волшебство - Эдит Несбит

– Привет, Мавис! Как чудесно все изменилось! Волшебный напиток, который она нам дала, всех подружил и заставил веселиться! Как я рада! Дорогая королева, – добавила девочка, – очень мило с вашей стороны нянчиться со мной.

Итак, все остались довольны; только принцесса Фрейя выглядела печальной и озадаченной, следя взглядом за Ульфином, который, поклонившись, хотел покинуть общество высочайших особ. Он был уже у самой двери, когда принцесса быстро заговорила на ухо сидящему рядом королю:

– О, отец, не дай ему уйти вот так. Он должен присутствовать на банкете. Без него мы бы ни за что не справились!

– Верно, – сказал король, – но я думал, что его пригласили, а он отказался.

– Отказался? – переспросила принцесса. – О, позовите его обратно!

– Если можно, я сбегаю, – предложила Мавис, соскользнула со своего кресла и побежала по огромному залу.

– Если ты придвинешься ко мне, отец, – любезно сказала Майя, – молодой человек сможет сесть между тобой и сестрой.

Так Ульфин оказался там, где никогда не надеялся оказаться.

Пиршество было великолепным, но в то же время странным зрелищем, потому что жители Морелэнда, прекрасные, как день, пятеро детей, хорошенькие, как любые пятеро детей, и красивые король с королевой Глубинного Народа представляли собой любопытный контраст со здешними жителями с их причудливыми грубыми чертами. И эти жители, сидя теперь за столом, милые и дружелюбные, произносили тосты за своих былых врагов.

Особенно бросался в глаза контраст между принцессой Фрейей и Ульфином, потому что они беседовали, почти касаясь друг друга головами.

– Принцесса, – говорил он, – завтра ты вернешься в свое королевство, и я никогда больше тебя не увижу.

Принцесса не придумала, что ответить, потому что ей казалось: так все и будет.

– Но, – продолжал Ульфин, – я буду радоваться всю жизнь, что узнал и полюбил такую милую и прекрасную принцессу.

И снова принцесса не нашла подходящих слов.

– Принцесса, ответь мне на один вопрос. Знаешь, что я сказал бы тебе, будь я принцем?

– Да, я знаю, что бы ты сказал, и знаю, что бы я ответила, дорогой Ульфин, даже будь ты простым жителем Морелэнда… Я имею в виду, если бы твое лицо было таким же, как у нас. Но, поскольку ты из Глубинного Народа, а я – русалка, могу сказать одно: я никогда не забуду тебя и никогда не выйду замуж ни за кого другого.

– Значит, только мое лицо мешает тебе выйти за меня замуж? – с неожиданной горячностью спросил он.

– Конечно, – мягко проговорила принцесса.

Тут Ульфин вскочил на ноги.

– Ваши величества и господин главный астролог! – воскликнул он. – Разве не настал тот миг, когда мы можем снять маски, раз уж пируем с друзьями?

Те, кто были чужаками в этой стране, обменялись удивленными взглядами.

Монархи и астрологи жестами выразили согласие – и тогда, с шелестом и шумом, шлемы были расшнурованы, латы расстегнуты, и народу Мэриленда показалось, что Глубинный Народ снимает с себя кожу. На самом же деле были сняты только толстые чешуйчатые доспехи, а под ними обнаружились такие же красивые и богато одетые люди, как и обитатели Морелэнда.

– Но это же великолепно! – сказала Майя. – Мы думали, вы всегда в доспехах… Вернее, что они ваш природный покров, понимаете?

Глубинный Народ весело рассмеялся.

– Конечно, мы всегда были в доспехах… Поскольку всякий раз, когда вы с нами встречались, мы воевали.

– И ты в точности такой же, как мы! – сказала Фрейя Ульфину.

– Нет никого такого же, как ты, – прошептал он в ответ.

Теперь Ульфин стал красивым темноволосым юношей и куда больше походил на принца, чем многие настоящие принцы.

– Ты говорил тогда всерьез? – прошептала принцесса.

Вместо ответа Ульфин осмелился ласково коснуться ее руки мягкими пальцами.

– Папа, – спросила Фрейя, – пожалуйста, можно мне выйти замуж за Ульфина?

– Ну конечно, – ответил король и тут же объявил о помолвке, взяв их за руки и с самым серьезным видом благословив.

Тогда заговорила королева Глубинного Народа:

– Почему бы этим двоим не править здесь и не позволить нам с мужем вспомнить позабытое, чтобы вернуться к другой жизни, которую мы когда-то вели? Вернуться туда, где у нас был ребенок?

– Похоже, теперь, когда все так хорошо устроилось, всем нам следует подумать о возвращении домой, – заметила Мавис.

– К несчастью, у меня осталась всего одна порция волшебного зелья, – сказал король Морелэнда, – но, если ваш народ согласится на ваше отречение, я с удовольствием поделю зелье между вами, дорогие король и королева Глубинного Народа. И у меня есть основания полагать, что половины порции хватит, чтобы стереть ваши воспоминания об этом месте и вернуть вам воспоминания о прошлой жизни.

– А Рубен не мог бы отправиться с нами? – спросила королева.

– Нет, – ответил король Морелэнда, – но он последует за вами на землю, и очень скоро.

Тут вмешался королевский астролог, который только что шептался с Рубеном.

– Было бы хорошо, ваши величества, если бы земные дети получили небольшие порции из Чаши Забвения и не помнили своих приключений здесь. Людям земли не следует слишком много знать об обитателях моря. Есть священный сосуд, который издавна хранился среди обычной посуды. Я предлагаю, чтобы его преподнесли нашим гостям в знак уважения; пусть они захватят его с собой и выпьют его содержимое, как только ступят на свои родные берега.

Астролога немедленно послали за священным сосудом. Это оказалась окаменевшая бутылка из-под имбирного пива.

– Я и вправду думаю, что нам пора, – снова сказала Мавис.

Все стали прощаться: очень нежно – с принцессами, очень дружелюбно – с везунчиком Ульфином, а потом небольшая компания тихо покинула дворец и в последний раз отправилась в заводь Островода, где король Морелэнда так долго преподавал конхиологию.

Прибыв туда, король обратился к правителям Глубинного Народа:

– Проглотите это зелье, разделив его поровну, а потом поднимитесь на поверхность озера и произнесите заклинание, которому, как я понимаю, земные дети научили вас по пути сюда. Остальное будет легко и прекрасно. Мы никогда не забудем вас, а ваши сердца будут помнить нас, хотя умы должны позабыть. Прощайте.

Король с королевой всплыли на поверхность и исчезли.

В следующее мгновение сильное притяжение, похожее на то, которое тянет иголки к магнитам, повлекло детей прочь от короля Морелэнда. Они закрыли глаза, а когда открыли, оказалось, что они на суше, в лесу возле озера, и Фрэнсис держит бутылку из-под имбирного пива. Король с королевой Глубинного Народа, должно быть, сразу произнесли заклинание, чтобы вернуть детей на землю.