Испытание Уинтер - Эйми Картер

Прошла минута, затем ещё одна. Ягуар не шевелился, и Саймон тоже, хотя сердце колотилось так, что в груди ныло. Он сам не знал, на что надеется – что Наследники согласятся уйти с ним, что откажутся и спрячутся где-то ещё, так, что их никто не разыщет: ни Вадим, ни Аноним, ни даже сам Саймон. Но если честно, ему просто хотелось, чтобы этот кошмар поскорее закончился.

Наконец Йара обернулась к ягуару, расправив плечи, и окинула его пристальным взглядом, щуря припухшие глаза.

– Мы принимаем твоё предложение, – сказала она. – Но если поймём, что это ловушка и вы хотите использовать против нас Камень Судьбы, – мы это так не оставим.

– Даже не сомневаюсь, – легко сказал ягуар, заметно расслабляясь. – Собирайтесь и прощайтесь с родителями. Не будем тянуть. Да, Саймон… – Ягуар развернулся к нему. – Ты пойдёшь с?..

– Нашли!

Мрачную атмосферу нарушил торжественный возглас, донёсшийся откуда-то из бокового тоннеля, и в толпу ворвались Ариана и Кауан. Ариана задыхалась, но улыбалась во весь рот, и Кауан тоже не скрывал своего восторга, который не портили даже синяки под глазом и у виска.

– Что вы нашли? – спросила Йара, когда они остановились перед ней. – Воду? Еду?

– Их нашёл я, – послышался голос Джема. Он тоже вышел из тоннеля, прихрамывая, и пошёл к ним, даже не замечая, как перекосились его очки. – Там дальше есть целая сеть пещер. Они довольно неглубокие, но я нашёл подземный источник и водопад с чистой водой…

– Что очень важно, конечно, – перебил Кауан. – Но у нас новость получше.

– Ещё лучше? – спросил Саймон. Он не удивился, что Джем отыскал воду, но Ариана буквально подскакивала от восторга, и вот это было весьма необычно.

– Мы поняли! – выпалила она. – Поняли, чем Вадим отравил реку! И…

– И, – сказал Кауан, демонстрируя полотняный мешочек с такой гордостью, словно он был полон золота, – у нас есть противоядие.

17

Яд и лекарство

Уинтер получила противоядие первой.

Кауан оправдал это тем, что она одна из самых молодых и тяжело пострадавших, но Саймон подозревал, что дело было в её происхождении – никто в племени не хотел, чтобы на их родных ставили опыты. Но он промолчал, чтобы никого не оскорбить. Он верил в Ариану и её опыт работы с ядовитыми веществами. Раз она считала, что лекарство поможет, у него не было повода сомневаться.

– Мы перебрали все яды натурального происхождения, – сказал Кауан, поднеся ко рту Уинтер небольшую деревянную миску. – И решили отдельно рассмотреть дерево смерти.

– Дерево смерти? – переспросил Саймон, не сводя взгляда с Уинтер. Её лицо исказилось от боли, но Ариана аккуратно влила антидот ей в рот и помогла проглотить, когда она слабо закашлялась. Элоиза, сидящая у Арианы на колене, нервно выкручивала лапки; она вся сотрясалась от страха, и Саймон её понимал.

– Манцинелла, – раздражающе бодро отозвался Кауан. – Самое опасное дерево в мире. Его сок прожигает кожу, от дыма можно ослепнуть, а его плоды… ну, я бы не советовал их есть.

– И не собирался, – пробормотал Саймон. Ариана устроила голову Уинтер у себя на коленях – она, кажется, снова потеряла сознание, но Саймону показалось, что выглядеть она стала чуть лучше.

Настойчивая тревога шептала, что он просто выдумывает, но он старался к ней не прислушиваться.

– Мы с самого начала его подозревали, – продолжил Кауан. – В истории бывали случаи, когда разные племена травили им воду своих врагов. Но некоторые симптомы не совпадали – дерево смерти не вызывает судороги.

– И оно здесь всё равно не растёт, так что мы отказались от этой версии, – вмешалась Ариана, поглаживая Уинтер по волосам. – Но сейчас поняли, что Вадим мог привезти древесину с собой. Саймон, скорее всего, ты её видел – помнишь, ты говорил про дрова, отмеченные краской? Так местное население предупреждает туристов об опасности.

– Значит, это им Вадим отравил реку? – растерянно спросил Саймон.

– Не исключено, – ответила Ариана. – Но да, некоторые симптомы не подходили. И… – Она замялась. – Из-за Лео я подумала о лягушке, которая… В общем, листолазы живут только в Колумбии. Скорее всего, Вадим привёз их специально, а поскольку мы уже подозревали манцинеллу, то начали перебирать ядовитую флору и фауну со всего континента.

– Но всё подходило только частично, – сказал Кауан. – Есть куча растений, которые при передозировке вызывают судороги, но сами по себе они достаточно слабые и не отравили бы реку. И тогда мы расширили область поисков. Ваша Ариана отлично разбирается в ядовитых растениях Северной Америки.

От комплимента Ариана слегка покраснела, и Саймона вдруг захлестнуло чувство, ужасно похожее на ревность.

– Я с самого детства изучала их в Улье, – заметила она, словно благодарить стоило не её, а смертельно опасную шпионскую академию насекомых и арахнидов. – Вадим любит экспериментировать – это было понятно ещё с Австралии, а в Африке он отравил По ядом собственного изобретения. И раз уж мы не нашли ничего, что объясняло бы все симптомы, мы подумали…

– А вдруг он смешал несколько ядов? – сказал Кауан, крайне довольный собой. – И тогда Ариана вспомнила про болиголов.

– Болиголов? – встревоженно переспросил Саймон. Он не разбирался в растениях, но даже ему было известно про то, насколько болиголов ядовитый. – Но… от него же нет лекарства.

– Нет, – согласилась Ариана, и сердце Саймона ушло в пятки. – Он вызывает судороги и кому, а в худших случаях может привести к смерти. Но, – поспешно добавила она, – приступы Уинтер давно прекратились. Значит, болиголов потихоньку выходит из организма естественным путём – скорее всего, благодаря отварам, которыми мы лечили симптомы.

– А от дерева смерти есть противоядие, – сказал Кауан, явно пытаясь их успокоить. Он кивнул в сторону пустой мисочки. – Даже если мы ошиблись с болиголовом, эти травы всё равно должны помочь.

– Думаю, не ошиблись, – сказал Саймон, дёргая за ниточку, вылезшую из шва футболки. – Верховный Совет недавно был в Северной Америке.

– Что? – Ариана нахмурилась, но Саймон не смог поднять на неё взгляд. – В смысле?

– Ну… – Саймон машинально сглотнул. После смерти матери Ариана часто проводила время с его семьёй, и он не знал, как рассказать ей о том, что произошло. Могло произойти. Но не произошло, конечно же, нет. – Ягуар… он сказал…

– Где мы?

Он вздрогнул, услышав едва слышный хриплый голос, и мигом повернулся к Уинтер. Она была такой же осунувшейся и бледной, как и раньше, но наконец-то открыла глаза.

– Уинтер? – ахнула Ариана.