Новобранец-3. Максимальная безопасность - Роберт Маркмор

Джеймс понимал — если их остановят для тщательной проверки, всё кончено. Когда Пола сидит за рулем, а вокруг толпятся три десятка вооруженных полицейских, любая попытка к бегству закончится быстро и кроваво.

Поравнявшись с полицейским, Пола открыла окно.

— Ваши права и регистрацию, мэм.

Коп просмотрел документы, а другой в это время подошел и посветил фонариком внутрь.

— Это ваши дети?

— Малышка сзади — моя дочь. А это — мои брат и сестра.

Второй коп постучал в окно возле Джеймса:

— Сынок, дай-ка на тебя взглянуть.

Джеймс опустил окно, ему в глаза ударил яркий луч фонарики.

— Сколько тебе лет? — спросил коп.

— Тринадцать, — ответил Джеймс.

— Откинь-ка капюшон.

Сердце у Джеймса отчаянно заколотилось. Он снял капюшон, открыв полусантиметровую щетину на голове.

Полицейский переглянулся с коллегой.

— У нас тут светловолосый скинхед примерно такого же возраста.

Второй коп склонился к Поле:

— Простите, мисс, но я вынужден поставить вас во вторую очередь для более тщательной проверки.

Джеймс мысленно выругался. Надежда оставалась только на то, что Джон сумеет вытащить его, пока он не загремел обратно в «Аризону Макс». Пола проехала на пару метров вперед и встала в хвост второй очереди. Лорин бросила на Джеймса горестный взгляд через плечо.

— Мы сделали всё, что смогли, — пожал плечами Джеймс. — Простите, Пола, что мы втянули вас в это. Скажите полицейским, что мы вынудили вас помогать, угрожая Холли.

— Сколько лет вам добавят за побег? — спросила Пола, как будто ее это в самом деле волновало.

— Немало, — ответил Джеймс. — Лет пять или десять.

— Мне кажется, ты не преступник, — сочувственно сказала Пола. — Мне доводилось видеть ребят, преступивших закон, но ты совсем не похож на тех, кто впутывается в серьезные переделки.

Тут в крышу у них над головой постучал коп. Все дружно повернулись в его сторону. Машине, стоявшей в первой очереди вслед за ними, велели проезжать, но очередь на проверку не сдвинулась ни на шаг, и встать в нее было нельзя, не перегородив дорогу тем, кому был разрешен проезд.

Пола опять открыла окно, и полицейский, облокотившись на крышу, нагнулся к нему.

— У нас тут слишком много транспорта скопилось, — пояснил он. — Так уж и быть, пропущу вас, ребята. Вы мне кажетесь неопасными.

— Меня еще ни разу в жизни не называли неопасной, — очаровательно улыбнулась Пола. — Но так уж и быть, я вас прощу, если сумею доехать до Лос-Анджелеса прежде, чем моя юная леди проснется.

— Счастливого пути, — улыбнулся коп, и Пола дала задний ход, выбираясь из очереди.

Машины просачивались через дорожный пост по одной, и трехполосное шоссе, ведущее в Калифорнию, было почти пустым.

Лорин обернулась к Джеймсу.

— Еле-еле проскочили, — испуганно прошептала она.

— На волосок, — усмехнулся Джеймс.

Километров через пятьдесят после калифорнийской границы они остановились у «Макдоналдса». Лорин вошла и купила позавтракать. Джеймс оглянулся по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, выпустил Кертиса из багажника. Кертис прошелся, разминая ноги, повернулся лицом к восходящему над пустыней солнцу и протянул руки.

— Красота какая, — сказал он и хлопнул Джеймса по спине, а потом обнял. — Ну и крутой же ты, старик. Прости, что вчера ночью я чуть всё не испортил… Иногда у меня в голове мутится, и я веду себя как круглый дурень.

— Рад теперь, что Лорин не зарядила «магнум»?

Кертис ухмыльнулся:

— Твоя сестра — мой ангел-хранитель.

Лорин вышла из ресторана, держа в руках картонный поднос с напитками и два бумажных пакета с едой. Кертис взял у нее один из пакетов и достал оттуда булку

— С двойной колбасой и яичницей, — проговорил Кертис, откусив громадный кусок. — Обожаю. Целый год ничего подобного не ел. М-м… Как вкусно-о-о…

Джеймс оставил Кертиса наслаждаться булочкой и подошел к заднему сиденью машины поговорить с Полой. Холли спросонья капризничала, и мать села рядом с ней, уговаривая съесть хоть что-нибудь.

— Вы спасли нам жизнь, — сказал Джеймс. — Я у вас в долгу.

— Конечно, ты мне должен тысячу, — сказала Пола, отчасти в шутку, отчасти всерьез.

Джеймс кивнул:

— Как только прибудем в Лос-Анджелес — я же дал вам слово.

— У меня еще никогда не было тысячи долларов сразу, — сказала Пола. — Когда я была маленькой, то мечтала съездить в Диснейленд, пожить в настоящем отеле, но у нас никогда не водились деньги. Когда высажу вас, ребята, поеду туда с Холли. Это всего в тридцати километрах.

— Замечательно придумано, — улыбнулся Джеймс. — Но сначала позвоните в полицию. Я не хочу, чтобы из-за нас у вас были неприятности, а полицейские вряд ли поверят вашему рассказу, если вы сначала съездите в Диснейленд.

Пола печально вздохнула:

— Пожалуй, ты прав.

— И не обязательно говорить полицейским о деньгах, — сказал Джеймс. — Отправитесь туда через неделку-другую.

Успокоив Полу и Кертиса, Джеймс почувствовал, что у него словно гора с плеч свалилась. Но тут Лорин вывела его из радужного настроения.

— Пора ехать, — сказала она. — Хоть мы и миновали один дорожный пост, это не означает, что нас вообще перестали искать.

*

Добравшись до пригородов Лос-Анджелеса, они попали в утренний час пик и застряли в пробке шириной в четырнадцать рядов, еле-еле двигавшейся со скоростью пешехода. Въехав на вершину холма, они посмотрели вниз и увидели целое море машин, тысяч десять, не меньше, стоявших плотными рядами. На ветровых стеклах играли солнечные блики. Вырвавшись из малонаселенных мест, они сполна ощутили, какое это счастье — сидеть в безымянной машине среди тысяч ей подобных.

Сначала надо было найти место, чтобы расстаться с Полой. Лорин выбрала по карте маршрут до Голливуда, потому что это было единственное место в городе, о котором они слышали. Их путь закончился на бульваре Голливуд, возле серого торгового центра под названием «Шоубиз-Сторз». Было десять часов утра, и Джеймс не сумел сдержать восхищенного возгласа, когда увидел вдали на холме знакомый знак «Голливуд».

Они остановились на подземной автостоянке под торговым центром. Джеймс отсчитал из рюкзака тысячу долларов и надел рюкзак на плечи. Пола подхватила Холли, и все вместе направились в кафе на верхнем уровне. Джеймс взял всем напитков, а для Холли — мороженое.

Под столом он передал Поле тысячу долларов и сказал: