Монстры атакуют - Дин Лори

— Ага, — усмехнулся Рекс. — Вы только подумайте, что было бы, если бы с вами что-то случилось! Не было бы скорбных посиделок, которые вы тут устроили!

— Почему это скорбные посиделки? — возразил Чарли. — Мы просто сидим и болтаем, и у нас, между прочим, большие неприятности.

— Вот-вот, в этом ваша проблема, — сказал Рекс, ставя ногу в запыленном сапоге на ограждение палубы. — Вы считаете, что один плюс один — это всегда два, а на самом деле вовсе нет. Один плюс один может быть и три, и девятнадцать, и вообще невесть сколько. Если вы делаете что-то хорошее, то это вовсе не означает, что всем будет хорошо. А если совершили плохой поступок, то вовсе не обязательно получите за это пинок под зад. Но если вы не отступите и будете раз за разом делать хорошее, выбирая путь честный и справедливый, судьба, возможно, вам и улыбнется и вы поймете, что жизнь, в общем, хорошая штука.

— Возможно? — спросил Чарли.

— Извини, парень, я не управляю Вселенной.

— А жаль, — улыбнулся Чарли.

— Мне тоже, парень.

— Хотите услышать хорошую новость? — спросила Табита.

— Хотим! — воскликнула Вайолет. — Пожалуйста, скажи!

— Ректор пришла в себя… и хочет вас видеть.

Ректор лежала в лазарете, на койке, под открытым небом. Возле нее сидела матушка Роуз и заботливо прикладывала ей ко лбу влажное полотенце. Ректор казалась совсем измученной и слабой — ничего похожего на ту уверенную в себе, сильную женщину, которую привык видеть Чарли.

— Я знаю, что с вами случилось, мистер Бенджамин, — едва слышно прошептала она. — Мы могли бы обсудить наши промахи и упущения, но, к сожалению, на это нет времени. Пятый проник в наш мир, и совсем скоро монстры перейдут в наступление. Вы знаете, что Пинч нас предал. Я сражаться не могу; следовательно, на ваши плечи ложится тяжелая и очень опасная миссия. Нужно найти способ остановить Пятого, предводительницу армии Нижнего мира, и уничтожить ее… пока не поздно.

— Понятно, — сказал Чарли, хотя вовсе ничего не понял.

Как можно справиться с силой, противостоять которой не смогли даже Повелители Нижнего мира?

— Помощи от Главного управления вы не дождетесь, мистер Бенджамин. Более того — держитесь от него как можно дальше. Но и здесь вам оставаться нельзя. У вас есть только ваши друзья. — Ректор кивнула в сторону Вайолет и Теодора. — Вам повезло, что они такие замечательные.

— Согласен с вами, госпожа ректор.

— Не бойтесь, с нами он не пропадет, — сказал Теодор, хлопнув Чарли по спине. — Это ГТД, гарантия Теодора Дэггета.

— Мы сделаем все, чтобы ему помочь, — сказала Вайолет. — Не волнуйтесь.

— Я не волнуюсь, — ответила ректор и взяла Чарли за руку.

Ее собственная рука была тонкой и хрупкой, как птичья лапка.

— Мне жаль, что выполнять эту задачу придется тебе, Чарли, — сказала она. — Но что поделаешь. Впереди у нас мрак, но за ним обязательно придет свет.

— Да, мэм, — кивнул Чарли.

— Госпожа ректор, — выступив вперед, сказал Рекс. — Разрешите предоставить Чарли ту «встречу», о которой мы с вами договаривались.

Ректор слабо улыбнулась и кивнула.

— Хорошо. Разрешаю. Действуй.

— Пошли со мной, парень. Я думаю, тебя это обрадует. Табита, будь любезна, портал…

Через несколько секунд Чарли постучал в дверь небольшой квартирки, расположенной в Бруклине, несколькими этажами выше пиццерии под названием «Кусочек рая».

За дверью послышалось шарканье, и чей-то голос произнес:

— Одну минуту! Мы идем! Наконец дверь открылась, и на пороге возник высокий лысеющий мужчина. На его лице играла добрая улыбка. За мужчиной стояла женщина в бигудях.

Оба изумленно уставились на Чарли.

— Привет, ма. Привет, па.

— Чарли! — вскрикнула Ольга Бенджамин и бросилась его обнимать. Плача, она целовала его в щеки, и ему вовсе не хотелось отстраниться, как бывало раньше.

— Сын! — воскликнул Баррингтон Бенджамин и, вырвав Чарли из объятий Ольги, крепко прижал к себе. — Мальчик мой, как мы по тебе скучали!

— Я тоже скучал. Так скучал, что вы представить себе не можете!

Рекс вошел в квартиру вслед за Чарли. После нескольких кусков пиццы, доставленной с нижнего этажа («Отличная пицца», — подумал Чарли), он выяснил, чем занимались родители в течение шести месяцев своего вынужденного заточения. Главное управление нашло отцу работу.

— Мир батареек! — гордо заявил Баррингтон. — Теперь я знаю о батарейках все! Если что понадобится, спрашивай.

Ольга занималась благотворительностью — помогала готовить суп для бездомных, а теперь подумывала об открытии собственной пекарни.

— Нюхаешь целыми днями чудесные запахи пиццы и поневоле не устоишь, — пояснила она.

Как и весь мир, Бенджамины смотрели по телевизору репортаж о нападении монстров на зоопарк в Сан-Диего. Они набросились на сына с расспросами, но тот отвечал неохотно и уклончиво — не потому, что ему это было запрещено, а просто чтобы лишний раз не пугать родителей, ведь узнай они, какой опасности подвергался Чарли, обоим стало бы плохо.

«Хотя, может быть, этим все равно все закончится», — думал Чарли.

— А у вас хорошо, — сказал он, оглядывая квартиру.

Она была гораздо меньше Модели-три, в которой он вырос, но родители навели здесь уют и украсили стены семейными фотографиями — почти на всех красовался Чарли.

— Квартирка просто замечательная! — воскликнул Баррингтон. — Не слишком большая, не слишком маленькая — как раз то, что нужно, как сказала бы Златовласка.

Чарли улыбнулся. Только его отец мог цитировать персонажа детской сказки.

— Значит, Главное управление хорошо с вами обращалось?

— Прекрасно, Чарли, — ответила Ольга. — Они нашли папе работу, дали нам удобную квартиру и даже подобрали новые имена.

— Ну просто роман плаща и шпаги, — фыркнул Баррингтон. — Зачем все это, не понимаю. Мне мое имя нравилось.

— А кто вы теперь?

— Боб и Бетти Смит, — ответила Ольга.

Рекс засмеялся.

— С таким же успехом вас могли звать Джим и Дженни Джонс.

— Я им так и заявил! — сказал Баррингтон. — И знаете, что они ответили? «Да!»

Все рассмеялись. Чарли блаженствовал. Встреча с родителями казалась ему чем-то вроде сна — чудного сна, который хотелось смотреть и смотреть.

— Тебя что-то беспокоит, Чарли? — с улыбкой спросила Ольга. — Я по глазам вижу, что беспокоит.

— Ничего, мама, все в порядке. Просто… мне было немного трудно. — Казалось, Чарли внезапно стал взрослым. — Понимаешь, я кое-что сделал… а потом все пошло вовсе не так, как я хотел.