Тайна пропавших детей - Дженни Спэнглер

– Ну ладно, ступай, только оставь здесь свой медальон. – Пинчбек протянула руку ладонью вверх.

Леандер нехотя снял цепочку с шеи, вложил медальон ей в руку.

– И ни на миг не забывайте, дорогие детки, что ваши ковчежцы в моих руках. Если я увижу малейшее проявление непослушания…

Она нарочно не закончила фразу – и так было понятно, что имеется в виду.

Мальчики покорно закивали. А потом, как им и было велено, побежали по дороге, стуча башмаками.

– У нас мало времени на поиски Шарлотты, но всё же больше, чем ничего, – на бегу бросил Феликс.

– Как думаешь, что именно нам надо искать? Ещё одну могилу на кладбище?

– Нет, конечно. Пинчбек не стала бы сама копать могилу, да ещё и при свете дня.

– А тогда что? – Леандер на ходу засунул руки в карманы, чтобы так не мёрзнуть.

Они перебежали дорогу, миновали таверну под названием «Четыре ясеня» на яркой вывеске и мастерскую портнихи.

– Пеллар говорил, что у Пинчбек есть способы запасать магию, привязывать её к определённому месту, – напомнил Феликс. – Значит, мы должны искать что-то, отмеченное особыми символами и культовыми предметами.

– Например, какими?

– В книгах заклятий упоминаются кресты, слова молитв, чётки…

– Так они же просто повсюду! Считай, на каждом доме над входом имеется какой-нибудь крест! – Леандер тяжело сглотнул, словно в горле стоял камень. Нет, слишком трудно, ничего они не найдут на таких условиях… Без малейшей подсказки, без ключа, без понятия, сколько у Пинчбек тайников по всей стране, – и без гарантии, что даже если они отыщут тайник, Шарлотта окажется именно там. И как им могло показаться хорошим планом бессмысленно болтаться по холоду, исследуя все встречные кресты?

Он только-только успел взаправду подружиться с Шарлоттой – и тут же её потерял. Мальчик чувствовал себя несчастным и виноватым, страшно боялся никогда её больше не увидеть. Что ж так больно-то? Всё, чего он в жизни хотел, – это быть с кем-то, а не в одиночестве, завести настоящих друзей. Лучше бы он до сих пор жил одинёхонек в пустой библиотеке! Нельзя ему привязываться к людям: это, похоже, приносит одну лишь боль.

Он подумал о маме и ощутил острую тоску по медальону. Место медальона было у него на груди, а не в руках чужой злобной женщины.

Наконец мальчики добрались до ближайшей кузницы. Маленькая девочка, подметавшая ступени, сообщила им, что у кузнеца сейчас заказчик, но как только он освободится, она передаст их просьбу. Ребята назвали ей имя заказчицы – мадам Пинчбек, и объяснили, где находится её экипаж и нуждающаяся в перековке лошадь. Девочка аккуратно записала это всё на аспидной доске кривым почерком.

– Пинчбек, если я верно расслышал? – в дверях тем временем появился хорошо одетый джентльмен. – А каково имя мадам во крещении?

– Августина, сэр, – ответил Феликс. – Мадам Августина Пинчбек.

– Случаем, не та самая Августина Пинчбек, спиритка и медиум?

– Чего? – изумился Леандер, и Феликс поспешно ткнул его локтем в бок. – Извините, сэр, я просто хотел спросить – вы разве её знаете?

Джентльмен слегка нахмурился, покачал головой.

– Лично не знаю, просто слышал это имя, вот и всё.

Он затворил за собой дверь, сбежал по ступенькам и удалился.

Следом за ним на пороге возник кузнец, вытирая руки о кожаный фартук.

– Скажите своей хозяйке, что я до неё обязательно доберусь до заката, захватив инструменты. Мне надобно до того справиться со срочным заказом – и сразу после этого я подойду.

Феликс

Леандер изнывал от желания срочно заняться поисками Шарлотты. Его прямо-таки трясло от нетерпения, но Феликс настоял, что лучше будет сперва вернуться к экипажу и доложить Пинчбек о положении дел.

– Нам с тобой сейчас важно выглядеть паиньками. После вчерашнего Пинчбек только и будет выискивать, к чему бы прицепиться и за что нас наказать, – пояснил он по дороге обратно.

Если повезёт, Пинчбек решит заночевать в городе, и тогда у них с Леандером будет целая ночь на розыски. Но также оставался шанс, что, едва кузнец перекуёт лошадь, мадам решит немедленно тронуться в путь. И кто знает, когда они в следующий раз проедут через этот городок? Нужно было придумать какой-то предлог, чтобы Пинчбек отпустила их побродить по округе до прихода кузнеца.

– Знаешь что. Давай по возвращении отпросимся у неё пошнырять по рынку, разжиться монеткой-другой, – предложил Феликс, стараясь говорить увереннее, чем он себя чувствовал. – Пинчбек никогда не откажется от лишних деньжат.

При этом она могла отправить на рынок одного Феликса – поиграть на скрипке, а Леандера оставить при себе. Феликс не был уверен, что в таком случае, маясь тревогой, его товарищ не наделает глупостей. За ним был нужен присмотр. Феликс ощущал за него постоянную ответственность.

– Да! Давай попробуем! – воскликнул Леандер, подпрыгивая от нетерпения.

Пальцы Феликса ныли от тоски по скрипичным струнам, так хотелось ощутить в руках смычок, музыкой снять напряжение, от которого сводило всё тело. А может быть – ведь может быть и так, тихо шептала надежда, таившаяся в глубине его сердца, – Шарлотта из ковчежца услышит звуки его скрипки и поймёт, что они близко. Что они идут ей на помощь.

По дороге Феликс вытащил из кармана свой драгоценный дырявый камень и поднял его к глазам, осмотрелся сквозь дыру. Никогда не знаешь, что может произойти. Вдруг на этот раз повезёт.

– Что это за штука? – спросил Леандер.

– Куриный бог. Ведьминский камень.

– А зачем он нужен? Что он делает?

– Это камень, в котором текущая вода проточила отверстие. Считается, что, если смотреть сквозь него, можно увидеть скрытые вещи и следы магии, которых не различить невооружённым глазом, – пояснил Феликс и дал Леандеру рассмотреть куриного бога, повертеть его в руках. – Мне его дала Пинчбек много лет назад, чтобы… – Феликсу было тяжело говорить о своей тайне, но Леандер смотрел выжидающе. Он заслуживал доверия. – Чтобы помочь мне найти моего младшего брата. Айзека.

– И как, ты нашёл его?

– Нет… Пока нет, – вздохнул Феликс. – Но я всё ещё надеюсь.

– А что с ним случилось, куда он пропал, как ты думаешь? – спросил Леандер сочувственно.

– Я не знаю. Никто не знает.

Умом Феликс понимал, что с большой вероятностью Айзек был давно уже мёртв. Слишком маленький, чтобы выжить в одиночку… Будь он жив, он бы непременно вернулся домой, к старшему брату, а раз не вернулся – значит, не мог. У Айзека ведь больше на свете никого не было, не к кому сбежать, некуда податься.

– Надо же, Пинчбек сделала что-то хорошее, – удивился Леандер, поднося камень к глазу. – Ну, с её стороны было мило подарить тебе этот камень… При всём том зле, которое она причинила другим.