Рождественская мистерия - Юстейн Гордер

Вот что она успела сказать. Но тут раздался звонок в дверь. Иоаким пошел открывать, и снова на пороге стоял Иоанн. Вид у него был еще более радостный и торжественный, нежели вчера.

— Я пришел, просто чтобы поблагодарить, — сказал он.

Мама и папа бросились в прихожую и пригласили его войти.

И вновь на столе появилась пирамидка из крендельков. Не хватало только верхнего кренделька, но на его место папа положил красный круглый марципан. Иоаким принес кофейные чашки и десертные тарелки.

Они уселись все вместе за кофейный столик. Иоанн обвел взглядом по очереди всех троих. На его лице было лукавое выражение. Он начал говорить:

— Когда я рисовал эту большую картинку на календаре, то пытался сделать ее такой, чтобы всякий раз на ней можно было обнаружить что-то новое. Я считаю, что именно таковы все творения Божьи. Чем больше мы проникаем в их суть, тем более удивительными они предстают перед нами. Чем внимательнее мы рассматриваем окружающий нас мир, тем лучше понимаем его.

Таким образом, мы всегда можем увидеть что-то новое, если только наши глаза открыты навстречу этому удивительному миру вокруг нас.

Папа кивнул, а Иоанн продолжал:

— Но я и не подозревал, что вдобавок тот, кто прочитает тоненькие листочки в моем календаре, сможет раскрыть старую тайну о девочке, бесследно исчезнувшей почти пятьдесят лет назад.

И вновь на лице Иоанна появилось лукавое выражение. Иоаким посмотрел ему прямо в глаза.

— Вам удалось узнать что-то новое об Элизабет?

Но не успел Иоанн ответить, как раздался звонок в дверь. Мама с папой переглянулись. Иоанн же сказал:

— Иди, Иоаким. Это ведь ты открыл все до одного окошки в волшебном календаре. А теперь ты должен открыть эту дверь. На этот раз не снаружи, а изнутри.

Направляясь к входной двери, Иоаким заметил, что мама с папой взялись за руки. Неужели они боялись, что к ним сейчас придет в гости ангел Эфириил? Во всяком случае, вид у них был слегка напуганный.

Иоаким открыл дверь и увидел женщину лет пятидесяти. На ней было красное пальто, а волосы светлые, с сединой. Незнакомая женщина широко улыбнулась и протянула Иоакиму руку.

— Мистер Иоаким? — спросила она. — Right {(англ.) — верно, правильно.}?

У Иоакима от волнения закружилась голова, но он все же догадался, кто это, и пожал протянутую ему руку.

— Вы — Элизабет Хансен, — сказал он. — Проходите, пожалуйста.

Они вошли в гостиную, где папа и мама продолжали сидеть рядом, держась за руки. Тут продавец роз разразился безудержным смехом. Иоаким подумал, что он чем-то напоминает епископа Николауса из волшебного календаря.

Элизабет стояла, держа на руке свое красное пальто. На шее у нее блестел серебряный крестик с красным камешком.

Когда наконец смех отпустил Иоанна, он встал и произнес:

— Это — Элизабет Тебазилэ-Хансен, одна в трех лицах. Я опередил ее на несколько минут. Вот и она здесь, с нами.

Мама и папа выглядели совсем растерянными. На всякий случай Иоаким подошел к ним и принялся махать руками.

— Не бойтесь! — сказал он. — Не бойтесь! Не бойтесь!

Тогда они поднялись с дивана, и каждый протянул Элизабет руку. Мама взяла у нее пальто и подала ей стул, а папа принес из кухни чашку кофе...

Вскоре стало ясно, что Элизабет говорит только по-английски. Когда они все наконец уселись, папа тем не менее произнес по-норвежски:

— Мне кажется, пришло время окончательно выяснить всю правду.

Иоанн откашлялся:

— Я буду говорить по-норвежски, чтобы мальчик все понял.

Потому что это благодаря ему мы все имеем удовольствие собраться здесь.

Кажется, женщина с крестиком на шее поняла сказанное Иоанном, потому что она посмотрела на Иоакима и улыбнулась.

— Продолжайте! — попросил папа,

— Уже вчера, будучи у вас в гостях, я знал, что Элизабет находится на пути в Норвегию, — начал старый продавец роз.

Мама широко раскрыла глаза.

— Но почему же вы ничего не сказали нам?

Иоанн тихо хмыкнул как бы про себя. А потом сказал:

— Нельзя же делать рождественские подарки до наступления Рождества. К тому же я до конца не был уверен, что она действительно приедет. И не был также уверен, кто именно приедет.

Папа покачал головой. Он качал ею так долго, что казалось, никогда не остановится.

— Нет, все же трудно осмыслить все это, — сказал он.

И тогда Иоанн рассказал обо всем:

— События начали разворачиваться через несколько дней после моего разговора с Иоакимом по телефону. Много лет я пытался найти или ту самую Элизабет, или ту самую Тебазилэ, потому что был уверен, что это одно и то же лицо. И только Иоаким навел меня на мысль, что Элизабет могла использовать свое имя, прочитанное наоборот, то есть Тебазилэ, в качестве фамилии. Я звонил в разные справочные службы, и мне дали номер телефона в Риме. Через несколько часов я уже связался с ней по телефону. Она оказалась дома и вскоре вспомнила меня и ту нашу встречу в волшебные апрельские дни тысяча девятьсот шестьдесят первого года.

Элизабет попыталась что-то сказать, но Иоанн решительным жестом остановил ее.

— Я рассказал ей о матери, которая потеряла свою маленькую девочку в сорок восьмом году. Таким образом от меня она смогла узнать о своем подлинном происхождении. И вчера вечером она приехала в этот город, в котором не была с того самого декабрьского вечера, сорок пять лет назад.

Папа вскочил с дивана и подбежал к телефону.

— Что это ты? — спросила мама.

— Я обещал фру Хансен немедленно позвонить, как только узнаю что-нибудь о ее дочери.

Иоанн засмеялся.

— Элизабет ночевала сегодня у своей матери. Конечно же, они глаз не сомкнули, но всё, как вы видите, в полном порядке.

— Тогда я должен позвонить в полицию... — продолжал папа. — Теперь у них не будет больше нераскрытого дела о пропавшей девочке...

— И с этим все в порядке, — отозвался Иоанн. — Вы, наверное, не читали сегодняшних газет и не слушали радио. «Возвращение Элизабет». Ведь это большая радость для всех.

Папа так и сел на диван. От него ничего не требовалось, ему оставалось только сидеть и слушать продолжение рассказа Иоанна. Он смотрел в пол.

— Можно мне задать вопрос? - спросил папа.

Иоанн кивнул:

— Пожалуйста!

— Что же все-таки произошло в декабре тысяча девятьсот сорок восьмого года? Не станете же вы теперь утверждать, что Элизабет исчезла потому, что пустилась догонять ягненка с колокольчиком на шее, которому надоело слушать болтовню покупателей и стрекот кассовых аппаратов в универмаге. Так же как вы не можете утверждать, что по дороге ей навстречу попался ангел по имени Эфириил.