Братья Львиное Сердце - Астрид Линдгрен

– Да, точно, – продолжал он, – молодое, здоровое, доброе время, в котором легко и просто жить.

Но тут глаза у него потемнели.

– Во всяком случае здесь, в Долине Вишен, – добавил Юнатан.

– А разве в других местах всё по-другому? – спросил я.

И Юнатан ответил, что в других местах всё может быть совсем по-другому.

Как удачно, что мы попали именно сюда! Именно сюда, в Долину Вишен, где жизнь лёгкая и простая, как сказал Юнатан. Что может быть легче, проще и приятнее, чем такое вот утро! Просыпаешься в кухне от того, что солнце светит в окно, птицы весело щебечут на деревьях, и видишь, как Юнатан тихонько ставит для тебя на стол хлеб и молоко. Поешь, а потом идёшь кормить кроликов и чистить коня. А потом садишься на коня и скачешь. Ах, до чего же здорово скакать по росистой траве! Роса сверкает и переливается, над вишнёвым цветом, жужжа, кружат шмели и пчёлы, конь прямо-таки распластывается в галопе, а тебе вовсе не страшно. Подумать только, ты вовсе не боишься, что всё это скоро кончится, как кончается всё хорошее. Но только не в Нангияле! По крайней мере не здесь, в Долине Вишен.

Мы долго скакали по лугам куда глаза глядят, потом потрусили по дорожке вдоль реки, вдоль всех её изгибов и поворотов, и вдруг увидели в долине утренние струйки дыма над крышами домов. Сначала только дым, а потом и всю деревню со старыми домами и усадьбами. Мы слышали, как кукарекали петухи, как лаяли собаки, как блеяли овцы и козы. В общем, всё было как и должно быть поутру. Деревня только что проснулась.

Навстречу нам по тропинке шла женщина с корзиной на руке. Она была не молодая и не старая, скорее пожилая, сильно загорелая, как все крестьянки, которым приходится работать на воздухе в любую погоду. Одета она была старомодно, как описывают в сказках.

– Вот оно что, Юнатан, стало быть, твой брат уже здесь, – сказала она и приветливо улыбнулась.

– Да, он только что прибыл, – ответил Юнатан, и по его голосу можно было понять, как он этому рад. – Сухарик, это София, – добавил он, и женщина кивнула.

– Да, меня зовут София, – сказала она. – Как хорошо, что я вас встретила, теперь вы сами можете нести корзину.

Юнатан взял корзину, не спрашивая, что в ней, словно привык это делать.

– Ты, верно, приведёшь нынче вечером брата в «Золотого петуха», чтобы все могли с ним познакомиться? – спросила София.

Юнатан пообещал взять меня с собой, потом мы простились с ней и поскакали домой. Я спросил у Юнатана, что это за «Золотой петух».

– Это постоялый двор здесь, в долине. Мы там встречаемся, когда нужно о чём-нибудь потолковать.

Мне захотелось пойти с братом в этот самый «Золотой петух» и поглядеть, что за люди живут в Долине Вишен. Ведь мне было интересно узнать всё о Долине Вишен и Нангияле. Хотелось увидеть, всё ли здесь точно так, как мне описывал Юнатан. Между прочим, я кое-что вспомнил и решил тут же спросить об этом Юнатана.

– Юнатан, помнишь, ты говорил, что в Нангияле с утра до вечера случаются приключения, и ночью тоже? А я вижу – здесь так спокойно и никаких приключений.

Юнатан засмеялся:

– Так ведь ты приехал только вчера, никак ты об этом забыл? Дурашка, ты ещё и опомниться не успел! Хватит на тебя приключений!

Я ответил ему, что, вообще-то говоря, и Рюттаргорден, где мы теперь хозяева, и лошади, кролики и всё остальное – это уже само по себе удивительное приключение. Зачем нам ещё приключения?

Тут Юнатан посмотрел на меня как-то странно, словно ему было жаль меня, а потом сказал:

– Знаешь, Сухарик, я хотел бы, чтобы всё было так, как ты сказал. И ничего больше. Потому что бывают приключения, которых лучше бы вовсе не было.

Когда мы пришли домой, Юнатан выставил на кухонный стол всё, что было в корзине: хлеб, бутыль молока, горшочек мёда и несколько лепёшек.

– Так это София нам приносит еду? – удивился я. – А я и не подумал, откуда она у тебя берётся.

– Да, иногда она приносит еду, – ответил Юнатан.

– Совсем бесплатно?

– Да, можно сказать, бесплатно. Здесь, в Долине Вишен, всё бесплатно. Мы всем делимся друг с другом и помогаем друг другу, когда это нужно.

– А ты даёшь что-нибудь Софии?

Юнатан снова засмеялся:

– Ясное дело. Например, лошадиный навоз для её клумб с розами. И ухаживаю за её клумбами тоже совсем бесплатно.

А потом он добавил так тихо, еле слышно:

– Между прочим, я оказываю ей ещё кое-какие услуги.

И тут я увидел, как он вынул из корзины что-то белое. Это была всего лишь небольшая, свёрнутая в трубку бумага. Он развернул её, прочитал, что на ней было написано, и нахмурился, словно ему это не понравилось. Но он ничего не сказал мне, а я не захотел его расспрашивать. Я решил, что он сам скажет мне всё, когда захочет.

В одном углу кухни у нас стоял старинный буфет. В первый вечер в Рюттаргордене Юнатан рассказал мне кое-что про него. Он сказал, что в буфете есть потайной ящик, который никто не сможет ни найти, ни открыть, если не знает секрета. Я, конечно, тут же хотел посмотреть на него, но Юнатан сказал:

– В другой раз. А сейчас пора спать.

В тот раз я уснул и позабыл про это, а теперь вспомнил. Потому что Юнатан подошёл к буфету, и я услышал несколько тихих, будто щёлкающих звуков. Что он делал, было нетрудно догадаться. Он спрятал бумажный свёрток в ящик, потом запер буфет и положил ключ в старую ступку, стоявшую высоко на кухонной полке.

Потом мы пошли купаться, и я нырнул с моста. Подумать только, я не побоялся и нырнул! Затем Юнатан смастерил мне удочку, такую же, как у него, и мы наловили рыбы. Правда, немного, только чтобы хватило на обед. Я поймал одного большого окуня, а Юнатан двух.

Дома мы сварили рыбу на очаге в горшке, подвешенном на чугунной цепи над огнём. После обеда Юнатан сказал:

– А теперь, Сухарик, давай посмотрим, умеешь ли ты стрелять в цель. Это может пригодиться.

Он повёл меня в конюшню, и там, в отсеке для упряжи, висели два лука. Я понял, что это Юнатан сделал их, потому что в городе он часто мастерил луки и стрелы для ребят во дворе. Но оба этих лука были больше и красивее тех, настоящее оружие.

Мы повесили на дверь конюшни мишень и стреляли в цель до вечера.

Вообще-то странный у меня брат. У него всё получается гораздо лучше, чем у меня, но он делает вид, что всё это ерунда. Он никогда не хвастается, у него всё это выходит как бы само собой. Иногда мне даже кажется, он хочет, чтобы у меня что-то получилось лучше, чем у него. Когда я один раз тоже попал в яблочко, он так обрадовался, будто получил от меня подарок.