Продленка - Людмила Матвеева

— Нехорошо кидаться. Правда, Майя?

— Перестаньте, дети. — Мария Юрьевна не поддаётся на все эти фокусы. — Вы же интеллигентные люди.

Васе Северову всегда нравится, когда учительница вот так, по-взрослому, разговаривает с ними, своими четвероклассниками.

Некоторое время интеллигентные люди спокойно, в тишине едят свой обед. Мария Юрьевна, как обычно, обедает с ними вместе. Она, как настоящий полководец, ест то же самое, что её армия. Вот она доедает суп, поглядывает на всех.

— Суп съесть обязательно. Слышишь, Василий? Нечего, нечего капризничать. Ещё нам не хватало капризов за едой.

Вася молча возит ложкой в тарелке. Он знает, в чём дело: вчера его мама звонила учительнице и просила последить, чтобы Вася не оставлял обед. Недавно он болел гриппом, ему нужно набраться сил после болезни. Так считает мама. А Вася считает, что у взрослых совсем мало логики. Грипп — наказание. Суп — наказание. Несколько наказаний за один промокший ботинок — разве это честно?

— Серый, хочешь супчику? — Вася толкает ногой под столом Серёжу Лунина. — Картошечка, смотри, Серый. Морковочка. Луковичка. А, Серый? Во какой супчик.

— Если ты такой добрый, — отвечает Серёжа и доедает последнюю ложку супа, — отдай мне свой кисель. Два киселя я легко могу съесть. Один раз четыре съел — правда, после футбола, в лагере. У нас повариха была тётя Шура, очень хорошая, она за нашу команду болела. И после игры наливала сколько хочешь компоту или киселя.

— А супу? Ну поешь, Серый.

— Супу мне и так — во. Кисель, если ты такой добрый, давай, кисель я возьму.

— Василий, Василий, — стыдит Мария Юрьевна. Она не вдаётся в подробности, но и так ясно, что она имеет в виду. Интеллигентный человек должен вести себя как-то иначе. Может быть, он должен съедать свой суп без лишних разговоров и переговоров. И не привлекать к этому факту такого большого внимания.

Но что делать, если Вася не любит суп? Тем более — остывший?

— А у меня, Марь Юрьна, на суп, может быть, вообще аллергия, — вдруг придумал Вася. — Аллергия, болезнь такая, Марь Юрьна!

А что? Ему самому сразу понравилась эта идея. Аллергия. Неплохо!

Только сегодня утром Вася впервые услышал это красивое и непонятное слово — аллергия. Оно было похоже на название тропического цветка. Или неоткрытого острова, его ещё нет на карте. Остров Аллергия. Откуда вы, обветренный капитан? В каких широтах ходил ваш отважный корабль? Какие океаны вы пересекли?.. Да ничего особенного. Я только что прибыл с тихого острова Аллергии. Неужели никогда не слышали? Впрочем, он ещё мало кому известен, этот остров. Он в ярко-синем океане, севернее Поморина, западнее Суматохи. Там дует тёплый ветер эклер. Остров омывает прозрачная река Кочерыжка. Теперь представляете себе этот остров? Ну вот, я прямо оттуда. Привет вам от диких зебр и белых лягушек.

…Сегодня утром Катя Звездочётова пришла в класс с красным носом. Лицо было распухшее, из глаз катились слёзы.

— Насморк? — посочувствовала Мальвина. Она всегда и во всём сочувствует Кате Звездочётовой. Она и ещё Сима. — Насморк, Катя?

— Сама ты, Мальвина, насморк, — величественно ответила, шмыгнув носом, Катя Звездочётова. — Аллергия у меня. Поняла?

— Поняла, — покорно ответила Мальвина и отошла.

Хотела пожалеть — получила при всех. «Сама ты насморк». Очень приятно. А что поделаешь? Катя Звездочётова — это Катя Звездочётова.

Подошла Мальвина к Жене Соловьёвой, тихо спросила:

— Женя, что такое аллергия?

— Завтра скажу, — тихо ответила Женя. Сразу поняла, что Кате Звездочётовой этот разговор слышать необязательно. — У мамы спрошу.

Катя Звездочётова с опухшим лицом сидела на уроках, как ни в чём не бывало, уверенно глядела на всех своими глазами-щёлочками. Вася украдкой наблюдал за ней. Конечно, неловко вот так глядеть на девчонку. Но что поделаешь, если эта девчонка — Катя Звездочётова. Вася Северов испытывает к ней внутреннее притяжение. Ему хочется быть там, где Катя. Говорить с ней. Смотреть на неё. Хорошо было бы стукнуть её хоть разок, но Вася боится. Внутреннее притяжение — это одно, а сдачи получить от Кати — это уже другое. Кому захочется получить подзатыльник?

Вася слегка опускал ресницы и был абсолютно уверен, что никто не догадывается, в какую сторону он смотрит. Бороться с этим самым притяжением было бесполезно. Да Вася, честно говоря, и не старался. Зачем?

Другая девчонка, любая, выглядела бы противной: распухшее лицо, из носа течёт, глаза слезятся, сама гнусавит. Но Катю никакая аллергия не портит. Катя всегда умеет оставаться Катей Звездочётовой.

Когда продлёнка пришла в столовую, Катя всё ещё громко шмыгала носом. Буфетчица Зинаида Ивановна положила на прилавок локти, хмыкнула:

— Ну и красавица явилась! Чего это она, Марь Юрьна?

— Аллергия, Зинаида Ивановна. Это не заразное.

— Да я и не боюсь, ко мне не пристанет. На мне вирус подыхает. Я вот почему удивляюсь — аллергия какая-то! Раньше не было вроде такой болезни. Всё от спутников, от космоса. Как вы думаете?

— Не уверена, — ответила Мария Юрьевна. Она посмотрела на часы: — Будем обедать, Зинаида Ивановна?

Вася, куда бы ни смотрел, видит Катю Звездочётову. Так уж получается в последнее время.

Вот Катя Звездочётова взяла кусок хлеба и ест. Вот Катя о чём-то шепчется с Симой и с Мальвиной. Она сидит за столом с распухшим, но гордым лицом красавицы с далёкого острова. Люда Обручева завистливо глядит на Катю.

— Аллергия. Ну и что? У меня в детстве был диатез, я и то не хвалюсь. — Люда говорила это не Кате, ей бы она не осмелилась. Люда говорила другим девчонкам, но так, чтобы Катя Звездочётова слышала. — Представляете, девочки? От диатеза кожа со щёк облезла и висела клочьями. Вот это была картина.

Вася ждал. Что сейчас сделает с этой Людкой Катя Звездочётова? Зачем ты, глупая Людка, полезла в клетку тигрицы? Теперь держись, Людка.

Катя заговорила. Голос у неё сегодня был гнусавый:

— Удивительно. Даже очень.

— Правда? — обрадовалась Люда. — Очень даже удивительно, Катя.

А Катя и не слушала её, продолжала:

— У тебя, Людочка Обручева, и сейчас лицо какое-то шершавое. Мне тебя даже временами жалко.

Превосходство Кати с первых секунд стало очевидным. Вася так и знал: Катя Звездочётова всегда всех ставит на место. Вася восхищён. Но ни один из людей, населяющих планету Земля, не должен об этом знать. И поэтому Вася говорит:

— Звездочётова, а Звездочётова! Чего ты на Люду взъелась? Прямо как тигра злая ты, Звездочётова.

— Ешь свой суп, Северов Васенька. — Катя повела плечом, она на Васю даже не взглянула. Глаза-щёлочки прицелены в Люду Обручеву. — У меня лично никогда ничего такого не было. Ха, диатез!