Дети теней - Мария Грипе

А что видишь ты, когда заглядываешь в собственную душу? Попробую угадать: лужайку с подснежниками? Или лесные ландыши?

Ты, конечно, все еще недоумеваешь, почему я сбежала из Замка Роз. Надеюсь, когда-нибудь я смогу рассказать тебе, что со мной приключилось. Хотя, возможно, ты и сама уже все знаешь. От твоих внимательных глаз ничто не может ускользать слишком долго.

Но уехать меня заставило не только это происшествие. Я наконец-то поняла: довольно бабочкой порхать по замку, пора что-то сделать со своей жизнью, выйти в большой мир и зарабатывать на жизнь собственным трудом.

Я очень переживаю из-за Арильда и Леони. Как они могут быть так легкомысленны? Хотя понятно, что это работа Софии. Аксель делает все, что в его силах. Я постараюсь им написать. Если смогу!

Ты говорила, что снова поедешь в замок, когда начнутся каникулы. Если мне удастся прояснить один вопрос, я тоже приеду. Но, конечно, только после гастролей, на Иванов день.

Как ты понимаешь, мы постоянно в разъездах, так что я недосягаема для всех. Жаль, что и для тебя тоже, а вообще это замечательно. Я сама хочу быть недосягаемой – и во времени, и в пространстве. Но я думаю о тебе.

Когда я не Карл Моор, мысленно я всегда с тобой.

Твоя Каролина».

Письмо меня обрадовало. Каролина скучала и думала обо мне. Когда-то я увижу ее снова?

Но что могло случиться с ней в Замке Роз, о чем я, как она предполагала, могла уже знать?

И что это за один вопрос, который она непременно должна прояснить, прежде чем вернуться в замок?

Как мне во всем этом разобраться?

Я, разумеется, не надеялась, что у бабушки есть ответ на эти вопросы, но ведь она сказала, что я могу приехать к ней, когда захочу. Тем более что в последние несколько лет никто из нас у нее не был. А все из-за того, что папа занимался своим бесконечным трактатом и никуда не хотел выезжать. В общем, я позвонила бабушке и спросила, могу ли я приехать, как только закончатся занятия. Оставалось всего несколько дней, и я хотела встретиться с ней до того, как отправлюсь в замок.

Бабушка была рада. И папа, узнав, что я собираюсь погостить у бабушки, сказал, что я молодец. Он даже дал мне свою фотокамеру. Хотел, чтобы я сделала несколько фотографий в бабушкином саду. Несколько лет назад она прикупила земли и посадила фруктовые деревья, и папе было интересно, как там сейчас все стало.

Он основательно проинструктировал меня, как пользоваться камерой.

Мы были в его кабинете, заваленном книгами и рукописями. Ужасно, какой беспорядок он устраивал, когда работал. И как ему удавалось разобраться в этом бедламе? Он утверждал, что точно знает, что где лежит. Но жить из года в год среди всех этих фолиантов и бумаг – нет, я бы этого не вынесла! Я критически оглядела его стол, который ломился от книг.

– Сведенборг, наверное, действительно необыкновенный человек, если ты тратишь на него столько времени и сил! – сказала я. – Что он такого сделал?

– Что сделал?.. – улыбнулся папа. – Это тебе лучше самой узнать. В двух словах не скажешь.

– Понимаешь, – объяснила я, – мне тоже хочется найти кого-нибудь, кем можно так увлечься!

Я взяла книгу и начала листать. Папа следил за мной с любопытством.

– Знаешь, как бывает: чем больше занимаешься каким-нибудь предметом, тем интересней он становится, – сказал он.

В книге, которую я листала, было много подчеркнутых фраз. Сначала они ни о чем мне не говорили, но вдруг одна из них меня поразила.

– Но это же замечательно, папа! – воскликнула я. Он засмеялся.

– Что тебя так удивило?

Я попыталась объяснить. Мне всегда казалось, что вся эта философия должна быть слишком сложной для меня. И вот надо же – я поняла то, что прочла! Он подошел, посмотрел в книгу, и я показала, от чего пришла в такой восторг.

Он кивнул, и глаза у него засияли.

– Это одна из основных мыслей. Погоди-ка, сейчас я тебе кое-что покажу!

Он начал нетерпеливо рыться в своих бумажных завалах.

– Раз тебе так интересно… Сейчас, сейчас найду…

Но не нашел. Я стояла рядом, опершись на письменный стол, пока он рассказывал, что ищет. Одна тема переходила в другую, и это могло продолжаться бесконечно. Рассуждая о Сведенборге, он переставал замечать время. Дождавшись паузы, я спросила:

– Можно я перепишу эту фразу себе в блокнот?

– Конечно, перепиши, пока я ищу. Нет, погоди-ка… Вот оно! Нет, ошибся, то есть ход мысли похожий, но…

– Я сбегаю за блокнотом, ладно?

– Давай-давай!

Когда я вернулась, он уже с головой был в работе. Взглянул на меня и весело сказал:

– Продолжим наш разговор чуть позже. У меня тут появилась одна идея… Нужно ее развить.

Он протянул мне книгу, и вот какую фразу переписала я в свой блокнот:

Любовь и желание суть одно и то же, ибо человек любит то, чего он желает, и желает того, что любит.

Эмануэль Сведенборг