Нина. Девочка Шестой Луны - Муни Витчер

Андроид пробежал пальцами по клавиатуре — на экране появились названные цифры и слова:

7471113

«Истолочь камедь в пыль в течение шести минут и трех секунд. Потом жевать в течение четырех секунд или же выпить, разведя Акуа Салис. Будущее появится на десять минут. Когда эффект препарата закончится, почистить зубы пастой из ящериц».

— О Боже! Паста из ящериц… какая гадость! — Фьоре высунула язык и скривилась от отвращения.

Макс взял тюбик с пастой и положил его перед ребятами.

Нина, не спуская глаз с часов, в течение предписанного времени толкла в ступе камедь деревянным пестиком. Потом наполнила чайную ложку и подала Ческо, попросив медленно жевать в течение четырех секунд. Когда все взяли в рот приготовленный порошок, Макс уселся на табуретку и стал наблюдать за их реакцией. Один за другим ребята закрыли глаза, опустились на колени и, впав в транс, увидели будущее.

Их души установили между собой связь и начали полет. Они увидели город Толедо с большой высоты. Облетели его и спланировали на башню разрушенного замка — мрачное строение, возвышавшееся посреди рощицы, рядом с ручьем. Они проникли через окно в башню, спустились по лестнице, обнаружили дверь, открыли ее и увидели тетю Андору, сидящую в плетеном кресле. Неподвижную, с отсутствующим взглядом, неспособную произнести ни слова. Она была точь-точь такая, какой ее запечатлел микрочип памяти андроида.

Тетя Андора не отвечала на вопросы и не узнавала Нину. Нина тронула ее волосы и увидела на коже головы глубокую царапину в виде буквы К. Рана, нанесенная, вероятно, рукой Каркона. Будущее бесстрастно продемонстрировало всем отчаяние Нины, которая подумала, что у тети украли мозг и заключили его в микрочип андроида, похожего на нее как две капли воды. Затем ребята увидели, как они берут Андору под руки и выводят из темницы, где она содержалась, и как только они выходят за порог, на них падает огромная металлическая сеть… На этом месте будущее отключилось.

Ребята упали на пол лаборатории и некоторое время лежали без чувств. Обеспокоенный Макс вскочил с табурета и проверил, бьются ли их сердца.

Первым пришел в себя Додо: ему почудилось, что он барахтается в сети, и он заорал как резаный. Медленно открыли глаза и остальные, тоже пытаясь освободиться от воображаемой сети, которую увидели в будущем.

Макс быстро успокоил их. Нина, расстроенная увиденным, посмотрела на андроида, лежавшего на столе, и сказала Максу:

— Сохрани микрочип памяти. У моей настоящей тети Андоры больше нет мозга. Он здесь, в микрочипе. Жизнь андроида связана с жизнью моей тети. Ты должен активизировать все схемы андроида. Я знаю, что это опасно. Но мы свяжем андроида металлической проволокой, и он не причинит никакого вреда.

Макс покачал головой и захлопал ресницами:

— Активиговать этого андгоида? Но это сумасшествие. И самоубийство. Он свяжется с Кагконом, и тот пгидет сюда. Нет, нет, Нина, я не стану делать этого.

— Ты должен, иначе моя тетя умрет. — Нина была настойчива.

Максу не оставалось ничего иного, как подчиниться ей.

Он надулся, взял тюбик с пастой ящерицы и бросил к ногам Нины.

— Намажьте им зубы, а то выпадут.

Ребята намазали пастой зубы, сразу же позеленевшие.

— Боже, мы походим на монстров, — засмеялась Рокси.

— Они будут такими все двадцать четыге часа. Смигитесь с этим, — заметил Макс, обматывая толстой стальной проволокой злобного андроида.

Рокси взяла Нину за руку:

— Там мы попадем в сеть. И можем сами стать узниками этого замка. Хорошо бы узнать, кто охраняет Андору, и помешать раньше, чем охранники что-либо предпримут. Мы видели лишь часть будущего, и нам неизвестно, чем все для нас окончится в Толедо.

Нина объяснила друзьям свой план:

— Когда мы войдем к тете, Макс активизирует андроида, тогда настоящая Андора придет в себя, и мы сможем бежать. Я использую Талдом, чтобы уничтожить того, кто захочет задержать нас в замке. Сейчас жезл Шестой Луны стал намного мощнее: внутри у него Атанор, Сильный Дух Вселенной. Вот увидите, у нас все получится!

— Но мы даже не знаем, против кого нам предстоит сражаться, — заметил Ческо.

— Это будет наверняка кто-то из посланцев Каркона, — с беспокойством ответила Нина.

Все было решено. Макс продолжал работу и монтировал на место электрические провода мерзкого андроида, а Нина готовилась достать листья фусталлы.

Она погладила Перо и вызвала золоченую сферу. Ребята увидели Сбаккио, весело скакавшего по лугу в сопровождении Тинтиннио и Ондулы. Нина просунула в сферу руку и сорвала пять крупных синих листьев фусталлы. Ондула подлетела к стенке сферы и послала всем воздушный поцелуй. Сфера исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив ребят в восхищении: невозможно было привыкнуть к великолепным пейзажам Шестой Луны!

— Здесь по листу на каждого. Делаем все быстро. Выходим в сад и оттуда отправляемся в полет. Кто-нибудь боится?

Додо поднял руку.

— В общем, я… наверное, не смогу ле… ле… лететь с вами. Я боюсь упасть и разбиться о землю.

Рокси и Фьоре взяли его под руки и подняли над землей.

— Хватит трусить. Полетишь с нами. Мы уверены, тебе даже понравится.

Они вышли в сад, встали кружком, сосчитали до трех и принялись жевать синие листья Шестой Луны.

Люба, смахивающая пыль с ваз в Апельсиновом Зале, посмотрела в окно, увидела поднимающихся в воздух ребят и стала протирать глаза, не веря тому, что увидела! Она прошептала:

— Нина… Ниночка… детки… куда вы?.. — и упала без чувств на ковер, рядом с разбившейся вазой.

Ребята, держась за руки, ракетами взлетели в небо. Додо при этом махал ногами, словно плыл по реке, Фьоре восторженно повизгивала, Ческо, боясь потерять очки, задрал голову вверх, а Рокси, с самого начала казавшаяся смелее всех, закрыв глаза, что-то распевала. Нина с развевающимися волосами летела позади всех и руководила ребятами:

— Все налевоооо, теперь все направооо, не дергатьсяяяя!

Наконец им удалось достичь высоты в несколько сот метров, и они полетели параллельно земле. Был жаркий день, и здесь, в высоте, паря в течениях свежего ветра, Нина и ее друзья испытывали безграничное счастье.

— Смотрите, как красива отсюда Венеция! Отлично видно площадь Сан-Марко, колокольню, улочки, мост Риальто. Великолепно! — кричал Ческо.