Серафина и черный плащ - Роберт Битти

Одно долгое мгновение никто не произносил ни слова. Никто не верил собственным глазам.

Внезапно белая собачка вырвалась из рук мистера Ростонова и со всей скоростью, на какую были способны ее лапки, бросилась бежать. Люди, словно онемев, следили, как собачка, громко лая, пронеслась через лужайку и радостно кинулась на руки к черноволосой девочке, которая звонко рассмеялась и принялась ее тискать и целовать.

– Анастасия! – закричал мистер Ростонов.

Анастасия Ростонова подбежала к папе. Они обнялись и расцеловались, а потом девочка расплакалась от счастья. При виде мистера Ростонова, который наконец-то нашел свою пропавшую дочку, Серафине захотелось громко кричать «ура!».

– Вон мой мальчик! – закричал отец Нолана, указывая на сына. – Идемте, это же дети! Они невредимы! Все невредимы!

Нолан кинулся к отцу на шею, а остальные конюхи радостно хлопали мальчика по спине, поздравляя с возвращением. Серафина заметила, что и Брэден очень обрадовался возвращению Нолана.

– Боже мой, ты наконец-то нашлась! – восклицала миссис Брамс, сжимая в объятиях свою дочку. – Мы искали тебя повсюду!

Пока дети обнимались с родителями, Серафина по-прежнему стояла на опушке с пумой. Ее мать слишком долго жила в лесу и еще не была готова вернуться в мир людей, тем более что в логове ее ожидали котята. «Мои брат и сестра», – с улыбкой подумала Серафина. Ее мать внимательно рассматривала огромный дом, толпящихся перед ним людей, собак и лошадей. Потом пума обернулась и посмотрела на Серафину. Серафина сразу поняла, о чем думает мама. Пума потерлась о девочку мордой, а девочка обняла ее, прижала к себе, расцеловала и провела руками по мощным плечам.

– Мы скоро увидимся, мама, – сказала она. – Я приду к логову.

Потом пума повернулась и растворилась среди деревьев и высокой травы.

Когда Серафина снова посмотрела на дом, к ней уже ехал Брэден, и она невольно затаила дыхание.

Брэден спрыгнул с коня и бросил повод. Потом замер перед подругой и долго стоял, не сводя с нее глаз и не говоря ни слова. Серафина знала, что в ее длинные волосы набились листья и ветки, что лицо и шея покрыты свежими ссадинами и царапинами. Прекрасное платье – его подарок – было изорвано и перепачкано кровью и землей. Но по сияющему лицу Брэдена, освещенному первыми лучами солнца, было понятно, что ему это абсолютно безразлично. Он был счастлив видеть ее.

– Мне нравится то, что ты сделала с платьем, – проговорил он.

– Думаю, это войдет в моду в нынешнем году, – ответила Серафина.

И они оба рассмеялись, шагнули навстречу друг другу и обнялись.

– Добро пожаловать домой, – сказал Брэден.

– Я так рада, что вернулась, – улыбнулась она.

От Брэдена исходило тепло и ощущение силы и надежности. Он был именно тем другом, о котором она так долго мечтала; с ним можно было говорить о чем угодно, ему можно было доверить любую тайну. Серафина не знала, что ждет ее в будущем, но заранее радовалась тому, что рядом с ней будет Брэден.

Через мгновение она вспомнила обо всем, что случилось ночью. Как только они с Брэденом окажутся наедине, она ему все расскажет, но сейчас ей было не до того.

– Все кончено, – сказала Серафина.

– Это действительно оказался Торн? – спросил Брэден.

Она кивнула:

– Плащ уничтожен, и крыса мертва.

– Ты удивительная, Серафина. Прости, что не поверил тебе сразу.

Тут Гидеан, решив, что о нем забыли, громко залаял. Брэден присел и, обняв восторженно виляющего хвостом пса, потрепал его по голове:

– Ты молодец, мальчик.

– Спасибо, что прислал его, – сказала Серафина, присаживаясь рядом.

– Я знал, что он тебя найдет.

– Да еще как вовремя! Он сражался, как герой. – Серафина вспомнила могучий прыжок пса. Потом снова посмотрела на Брэдена. – Мы добились своего. Ты, Гидеан и я. Мы нашли Человека в черном плаще и победили его.

– У нас получилась отличная команда, – согласился Брэден.

Разговаривая с Брэденом, Серафина вдруг заметила отца, одиноко стоящего в стороне от всех. Он смотрел на дочь изумленно, облегченно и неуверенно. По его лицу было понятно, что он не верит своим глазам. Серафина представила, о чем он сейчас думает. Его дочь, девочка, которую он всю жизнь прятал и защищал, стояла среди бела дня у всех на виду. Она ушла в лес, в самую дикую чащу. Встретилась с пумой. И вернулась домой. Она привела из леса пропавших детей, а сейчас болтала с юным хозяином Вандербильтом как с лучшим другом.

Серафина смотрела на отца и думала о том, сколько он для нее сделал; как он подвергался опасности из-за нее, как он ее всему учил. Думала о том, что любит его еще сильнее прежнего.

– Все именно так, как ты говорил, па, – сказала Серафина, подходя к нему. – В мире много тайн, светлых и темных.

Она обняла его, и он прижал ее к своей широкой груди, а потом поднял и закружил. И Серафина смеялась, и плакала, и кричала от радости.

Наконец папаша поставил ее на землю и взял за руки:

– На тебя смотреть сплошное удовольствие, девочка. Я с ума сходил от беспокойства, но ты все сделала, как надо, ты молодец.

– Я люблю тебя, па.

– А я – тебя, Сера, – сказал он, глядя ей в глаза. Он оглянулся на суетящихся людей, а потом снова посмотрел на дочь. – Теперь это уже не так важно, но я все-таки починил генератор, – довольно сообщил он. – И поставил крепкий замок на электрическую комнату.