Москва – Сатурн - Сергей Матвеев

– Военный совет объявляю открытым, – сказал капитан и улыбнулся. – Не думал, что когда-нибудь скажу эти слова. Всё-таки я гражданский пилот и живу не в двадцать первом веке, а в мирном двадцать втором. К сожалению, я не смогу лично возглавить операцию. Я даже без скафандра сам не могу передвигаться, так что помощь от меня небольшая. Поэтому у нас не будет возможности обсудить всё на борту «Хулигана» и придётся сделать это здесь до вашего отправления.

Капитан вздохнул и помолчал немного, собираясь с силами.

– Однако времени у нас очень мало, – продолжил он, – потому перейду сразу к делу. Нам нужно решить несколько вопросов. Первый и главный: как мы можем помешать плану адмирала, как помочь нашим на «Есенине»? Юра, Миша – начнём с вас. Есть соображения?

– Надо исходить из того, что конфедераты уже проникли на корабль, – задумчиво сказал Юра. – Я вам говорил, там ещё спасательный «Гром» рядом, но чем он поможет? Они же не будут запрашивать разрешение на стыковку. Прикинутся нами, связь выключат. Никто в наше время военных хитростей не ждёт – их примут на борт.

– Боюсь, этот сценарий очень вероятен, – нахмурился Лановой.

– Вот. Когда проникнут внутрь – естественно, в два счёта захватят все палубы. А пассажиров, конечно, постараются согнать в общее помещение, так легче контролировать. В кают-компанию или в спортзал.

– Я тоже так думаю, – кивнул капитан.

– Центр управления забаррикадируется. Бойцы будут прочёсывать корабль в поисках укрывшихся. Кроме того, они захотят установить контроль над машинным отделением, и это им почти наверняка удастся: не думаю, что его успеют задраить.

– Ты забываешь про отсек управления противометеоритными пушками, – добавил Миша.

– Да, и его тоже. В общем, основные узлы корабля, кроме рубки управления, будут в руках конфедератов. В этих условиях мы не можем стыковаться ни с одним из центральных шлюзов.

– И нецентральных тоже, – сказал капитан. – Они расставят везде своих людей. И если мы сунемся – они поднимут тревогу. Через полминуты весь их отряд будет блокировать все коридоры вокруг шлюзов. Нам нужно проникнуть на корабль там, где нас не ждут. Там, где им вообще в голову прийти не может.

– Мы зайдём с «чёрного хода», – сказал Юра негромко. – Там они нас не ждут. Им вообще не должно быть известно о наличии аварийного люка в корме корабля. Он служит исключительно для технических целей. Но ведёт внутрь через небольшую шлюзовую камеру, в которой за один раз помещается не больше двух человек. Мне приходилось им пользоваться около года назад, когда я сенсоры на обшивке проверял.

– Там же нельзя стыковаться! – удивился Миша.

– А вам и не надо, – успокоил капитан. – Подойдёте поближе, уравняете курсы и относительную скорость. Зависнете рядом и сделаете небольшую прогулку по открытому космосу. Потом по очереди воспользуетесь шлюзами и проникнете внутрь.

– А если там тоже будут гвардейцы кардинала, то есть спецназовцы адмирала? – спросил Свинке.

– Этот риск полностью исключить нельзя. В таком случае те двое, что пойдут первыми, передадут остальным сигнал тревоги. Или наоборот, сообщат, что всё чисто.

– Хорошо, а что мы будем делать после того, как окажемся на корабле? – спросил отец.

– Вам нужно будет связаться с командным центром и координировать свои действия с ними, – сказал капитан.

– Мы не сможем воевать с отрядом спецназа, – заявил Свинке. – Можно сколько угодно координировать, толку-то.

– Идеально было бы разделить десантников на маленькие группы, отлавливать их на корабле и выводить из строя, – сказал Юра.

– Или заманить их всех куда-нибудь и там закрыть, – добавил Миша.

– Чем их заманишь? – спросил Свинке, удивлённо глядя на ребят. – Кто-то хочет поработать приманкой? Я, например, не хочу. Я не настолько герой. У них автоматы, и они их охотно пускают в дело.

– Кстати, насчёт оружия, – вставил капитан. – С этим, как вы знаете, проблема. Два пистолета у нас есть, для Юры и Миши. Остальным нам дать особо нечего, придётся добывать в бою. Разве что на «Хулигане» в пульте хранятся положенные по Уставу гражданского флота пистолеты и станнеры. Пистолетами могут пользоваться только офицеры, это не обсуждается. Станнеров – три штуки. Ваши командиры решат, кто из вас их получит. Станнерами вы далеко выстрелить не сможете, дальность поражения – до пяти метров. Зато гарантированно никого жизни не лишите – станнеры действуют на центральную нервную систему, парализуют человека на некоторое время. Конечно, всё зависит от расстояния. Если вы противника только слегка заденете, – может, он ещё после этого в вас выстрелить сможет. И не из станнера, а из армейского пистолета или автомата. Так что вперёд не лезьте, не пытайтесь геройствовать. Основная работа будет на плечах гардемаринов, вы просто будете помогать им.

– А почему вы нас сразу исключили в плане огнестрельного оружия? Не доверяете? – возмутился Свинке.

– Вы всё-таки гражданские лица, кто из вас вообще раньше оружие в руках держал? Во-первых, вы можете повредить оборудование на корабле, вплоть до разгерметизации корпуса. Во-вторых – друг друга или самих себя ранить.

Я пропустила несколько реплик мимо ушей. Задумалась над словами Миши. Как же отвлечь бойцов адмирала? Мне вдруг пришла в голову шальная мысль. Я повертела её в мозгу так и этак и решила, что терять нечего – всё равно меня отказались с собой брать. Надо попробовать. Хотя всплывёт неприятная правда… Была не была. Я вскочила на ноги, чтобы казаться выше и старше.

– Я знаю, как отвлечь военных! – выпалила я и с удовольствием увидела, как все лица повернулись ко мне.

– Девочка, у нас нет времени на детские шутки, – строго сказал капитан.

– Света, не мешай, у нас очень мало времени, – укоризненно сказал отец.

– Мой Сумунгус может наслать на военных такие видения, что их можно будет брать голыми руками, – сказала я и снова уселась на палубу.

Надо было видеть лица взрослых в этот момент. Первым опомнился Юра:

– Света, ты хочешь сказать, что…

– Да! – перебила его я. – Я хочу сказать и хочу помочь. Сумунгус сейчас на «Сергее Есенине». У нас прекрасный контакт с Сеней, я могу попросить его показать военным что угодно. Главное, чтобы я сама хорошо представляла себе, что надо показать.

– А почему это главное? – с подозрением в голосе спросил отец.

– Потому что я полечу с вами, конечно же, – ответила я и пожала плечами. – Больше ни у кого с Сумунгусом контакта пока нет.