Клад и крест - Сергей Сухинов

– Деньги, что ли, искали воры? – расстроено сказал сторож, глядя на жуткий бедлам. – Раз матрасы вспороты, то точно, искали деньги. Я на это уже насмотрелся, у нас две дачи зимой точно так же очистили. Разве за всем усмотришь? Я же один, а кооператив во-он какой здоровенный! Попробуй обойди его, да еще по глубокому снегу. Сколько я раз говорил нашему председателю – купите мне хорошую собаку! Собака-то у меня была, но дворняга, и на Рождество сдохла. А председатель мне и говорит…

Огорченные донельзя, друзья направились к выходу. Сторож закрыл дверь, и сочувственно посмотрел на понурого Родика.

– Да ты не переживай так, парень. Дачу твоего дяди уже два раза чистили. Что уж здесь поделаешь? Время такое. Одних бомжей вокруг сколько шатается. Вот они и рыщут по дачам, даже летом покоя от них нет. Скажи спасибо, что хотя бы телевизор не утащили. А тряпки они и есть тряпки…

Понурившись, ребята вышли через ворота дачного кооператива. Поднявшись по лесистому склону, они уселись на поваленном стволе березы.

– Что же случилось с Ахсаром? – недоумевал Тёма. – И зачем он понадобился похитителям? Я вижу только одно объяснение: вчера вечером Ахсар все-таки нашел план подземелий – тот, что был спрятан на кладбище управляющим Савелием Тимофеевым! Бандиты как-то узнали об этом, выследили его, похитили, отняли план, и… А потом могли избавиться от ненужного свидетеля.

Друзья с ужасом посмотрели на него.

– Ты… ты это серьезно, Ватсон? – давясь словами, едва смог вымолвить Родик.

– Куда уж серьезнее, – помрачнел Тёма. – Стали бы бандиты похищать Ахсара так, просто от нечего делать! Но где они его спрятали?

– Я, кажется, знаю, где, – процедил сквозь зубы помрачневший Антон. – В подвале под гаражом Володарских!

– Ты думаешь, что Ахсара приказал похитить Борис Васильевич? – спросил Тёма.

– А кто же еще? Э-эх…

– Что «э-эх»? Тошка, не темни. Ведь ты что-то знаешь?

Помаявшись еще немного под строгими взглядами друзей, Антон не выдержал и рассказал им о одаренном Оксане подсвечнике и поездке с девочкой в краеведческий музей.

– Словом, я проболтался, – опустил он огорченно голову. – Ну, словно кто-то потянул меня за язык!.. Короче, Оксана теперь все знает, и наверное, уже все рассказала отцу. Про золотой бюст, статуи, и вообще…

Ребята смотрели на Антона с таким презрением, что мальчик покраснел и еще ниже опустил голову.

– Можете надавать мне по шее, – еще горше вздохнул он. – Заслужил! Растаял, как пластилин на печке. Откуда я мог знать, что Ахсара похитили? Мне показалось, что Оксана на нашей стороне…

– На своей она стороне, понял, олух? – дрожа от негодования, завопил Родик. Вскочив на ноги, он от возбуждения стал кружить вокруг поваленного ствола березы. – Эти новые русские – они все бандиты! И детки у них будь здоров. Яблочко, оно от яблони недалеко падает! Провела тебя Оксана, как ребенка. То-то я удивлялся, что эта девчонка в тебе нашла? Оказалось, она сразу поняла: ни от Тёмки, ни от меня ей ничего не добиться, не на таких напала. А ты… ты всегда распускал слюни при виде красивых девчонок! Вот она тебя и поймала на голый крючок, как последнего дурачка! А если ее папаша смог вытянуть у Ахсара план подземных ходов, то… Но ничего, я тоже времени зря не терял! Пошли!

Родик зашагал в сторону деревни, даже не оглядываясь. Недоумевая, друзья последовали за ним.

Спустя полчаса они вышли на улицу Калинина, самую длинную и широкую улицу в деревне. Большинство домов здесь были проданы под дачи городским жителям. Зимой эта улица казалась совершенно вымершей, и оживала лишь к середине лета.

Родик уверенно шел впереди. Но, наконец, он замедлил шаг и указал рукой на один из домов, расположенных на правой стороне улицы.

– Видите?

Этот дом ребятам, конечно же, был знаком. Старый кирпичный дом стоял в глубине пышного, запущенного сада. Несмотря на разгар дачного сезона, его окна были заколочены, а на входной двери висел большой амбарный замок. Так было и в прошлом году. И в позапрошлом. Дом был давно и безнадежно мертв, но ребят это ничуть не удивляло – они давно привыкли к нему.

– Ох! – выдохнул Тёма и звонко шлепнул себя ладонью по лбу. – Да где же были наши глаза!

Антон невольно облизал пересохшие губы. Он проходил возле этого дома не так уж часто, но, наверное, не меньше сотни раз. И почему-то никогда не обращал внимание на то, что дом был погружен в землю по самые окна, словно корабль, севший на мель, и затягиваемый на дно песком…

– Вот это да… – едва сумел выдавить он. – Ну и дураки же мы! Что называется, «слона-то мы и не приметили!»

Родик хмыкнул с довольным видом.

– Не мы, а вы, – с издевкой поправил он. – Впрочем, и я тоже хорош. Считал, что знаю деревню как свои пять пальцев, а про дом Юровских забыл, словно затмение на меня нашло! А знаете, кто такие были эти самые Юровские? Родственники управляющего Тимофеева! Здесь когда-то, еще до войны, жил его двоюродный брат. И дом этот, кстати, один из самых старых в деревни. Бабка Настасья рассказала мне сегодня, что ему лет сто пятьдесят, а может, и больше. Поняли теперь?

Антон кивнул. Не обращая внимания на предостерегающие оклики друзей, он подошел к старому, покосившемуся забору, и стал разглядывать мрачный дом, утопающий в зелени старого сада. Он напоминал огромный склеп. Склеп, хранящий в своем подвале великую тайну…

– Ладно, посмотрели и хватит, – нервно произнес Родик. – А вдруг эти бандюги приволокли Ахсара в этот старый дом и спрятали в подземелье?.. Ой, ой, слышите?

Антон и Тёма недоуменно посмотрели на Родика. Тот опустился на колени и приложил ухо к земле.

Родик поднял голову. Лицо его было смертельно бледным.

– Мне показалось, что из-под земли послышался чей-то крик, – дрожащим голосом произнес он.

Тёма и Антон тоже легли на землю и прислушались.

– Ничего не слышно, наконец сказал Тёма. – Но слух у Лиса тонкий, это все знают. Надо нам наведаться в заброшенный дом.

Антон и Родик в ужасе уставились на друга.

– Что, прямо сейчас? Да если бандиты прячутся там, в подземелье, то они передушат нас, словно цыплят! – воскликнул Родик.

Тёма с усмешкой покачал головой.

– Бандиты – они тоже люди, – заявил он. – А это значит, что им тоже нужно иногда спать. Короче, пойдем этой ночью. Взрослым ничего говорить не станем, они все равно нам не поверят. Клад и крест! Клянемся, что мы спасем Ахсара!

– Клад и крест! – воскликнул и Антон и Родик. Их руки соединились в крепком мужском рукопожатии.