Ветер Дивнозёрья - Алан Григорьев

Наконец чародей обернулся сам:

— Я связал два зеркала между собой. Теперь все, что отразится здесь, покажет и то, что во дворе. И еще звук усилится многократно. Спою — весь замок услышит.

Она захлопала в ладоши:

— Ух ты! Прямо как трансляция.

— Тра… что? — Брови Кощеевича поползли вверх. — Снова какая-то магия смертных?

— Ну, вроде того. Про интернет слышал? Это тоже типа сеть, как ты между зеркалами сделал, только вместо зеркал — другие устройства. Через них можно изображение и звук передавать так, чтобы весь мир увидел и услышал.

— О, интересненько! — потер он ладони. — А научишь меня, как это делается? Да если меня в вашем мире все услышат, я…

— Даже не думай! — Тайка на всякий случай погрозила ему кулаком. — Еще не хватало, чтобы ты у нас там всех через интернет заморочил, блогер недоделанный.

— Кем-кем ты меня назвала, ведьма некультурная?

— Это нормальное слово вообще-то! Нечто среднее между вашим глашатаем и скоморохом: тот, кто новости всякие рассказывает, людей развлекает. Ну такой человек творческий…

— А, ну как раз на меня похоже. — Кощеевич, улыбнувшись, взялся за гусли. — Слушай, ведьма, мою… траслянцию. — И ударил по струнам.

Песня была такой красивой, что у Тайки аж с первого куплета на глаза навернулись слезы. Жаль, она совсем не понимала слов, но перед глазами все равно вставали образы: море в ясную погоду, шум прибоя, белые барашки волн, ласкающие песчаный берег, яркое солнце, бездонная синева и безмятежность — вот что сулила песня. Лис словно говорил ей: все будет хорошо — и Тайке так хотелось верить, даже несмотря на то что море она прежде видела только на картинках и в кино. А сейчас, казалось, даже запах соли и свежести чувствовала.

И незнакомые слова вдруг сложились в понятные строки:

— Наша жизнь нелегка, нелегка. Поднимайся, дружок, — вот рука. Позови, я приду в час нужды, защищу от злосчастья-беды. Разгорелся восток — погляди, мы еще победим, победим. Под ногами трава, а не лед — настоящий правитель придет. Отступает туманная муть — присягни мне и радостен будь.

В этот миг, признаться, Тайка и сама чуть не поклонилась Лису — ей вдруг начало казаться, что именно он сможет решить все ее проблемы. Главное — служить ему верой и правдой. Будет доволен князь — страна тоже будет процветать, а подданные — радоваться. Пришлось вонзить ногти в ладони, чтобы напомнить себе: вообще-то она пришла в Волшебную страну не затем, чтобы присягнуть Кощееву сыну. Никакой он ей не князь! А всего-то дальний родственник.

Лис уже закончил петь и с интересом наблюдал за Тайкиной борьбой, потом все же сжалился и сделал жест рукой, будто снял невидимую кисею с ее головы:

— Очнись, ведьма!

— Признайся, ты нарочно это сделал!

Не удержавшись, она ткнула его кулаком в плечо.

— Ой, ерунда! Было бы с чего сердиться: тебя самым краешком зацепило! Зато замок накрыло полностью. Теперь все, кто это слышал, мне будут подчиняться. И люди, и нелюди…

— И Доброгнева?! — ахнула Тайка.

Сердце забилось как бешеное. Неужели можно было вот так просто? Раз — и победили.

— Ее в замке не оказалось… — вздохнул Кощеевич, отложив в сторону гусли. — По правде говоря, тут вообще осталось мало народу. Но зато все, кто есть, — теперь наши. И замок мой. Ловко я придумал, а?

Он еще что-то говорил, но Тайка уже не слушала. Она в ужасе смотрела на зеркало, в котором начало проявляться чье-то скуластое лицо. Оно проступало из серого тумана, становясь все более выпуклым и явно пытаясь выбраться на волю.

— Т-там! — выдавила Тайка, указывая пальцем за спину Лиса.

Тот обернулся, с яростью выдохнул:

— Вот же принесла нелегкая! — и ринулся к зеркалу.

Кр-рак! По стеклу наискосок пробежала трещина, и в этот момент снаружи рвануло так, словно бомба взорвалась. Тайка, не удержавшись на ногах, рухнула на пол, еще и локоть о ножку стола ушибла. Стекла жалобно зазвенели, с потолка посыпалась штукатурка, из шкафа вывалилось несколько книг…

Что это вообще может быть? Они же в Волшебной стране! Бомбы еще не изобрели! Ну, вроде бы…

Глава двадцать пятая. Наш дружественный Горыныч

— Тая! Тая!!! Ты слышала, как бомбануло?! — протиснулся в приоткрытое окно восторженный Пушок.

— Что это было?

Тайка поднялась с пола, отряхивая с коленок пыль.

— Это я!

Коловерша сиял от гордости. Он еще больше надул грудь, когда Лис похвалил:

— Молодец, диверсант. Получишь шоколадную медаль за уничтожение вражеского зеркала.

— А можно две?

— Ладно.

— А три?

— Ну, это уже перебор.

— Значит, это зеркало бахнуло?!

Тайка с облегчением рассмеялась. Интуиция подсказывала, что взрыв случился как раз вовремя: чтобы та страшная рожа не смогла вылезти.

— Жаль, что наше тоже пострадало. Но ничего, починим. Главное, что Доброгнева не успела к нам выйти. — Лис со вздохом провел пальцем по трещине. — Знаешь, а ведь это зеркало однажды твоему деду жизнь спасло. Исторический артефакт, можно сказать.

— Тогда тем более нужно починить, — кивнула Тайка.

Ей очень хотелось расспросить Лиса о прошлом, но она понимала: сейчас не время. Лучше когда-нибудь потом, в спокойной обстановке…

Кощеевич еще некоторое время улыбался, погрузившись в воспоминания, а потом вдруг спохватился:

— У тебя же осталось маленькое зеркало? Я должен узнать, как там мама.

— Вот, держи. — Тайка вытащила из сумки бабушкин подарок. — К счастью, не разбилось.

Пока Пушок живописно рассказывал о своих подвигах («Я его змеиным ядом — ух! А оно — бабах вдребезги!»), Кощеевич достал из-за пазухи прядь каштаново-золотистых волос. Он колдовал, морщился, когда что-то шло не так, и снова колдовал. Туманная пелена в зеркале так и не рассеялась — только по нижнему краю показались черные сапожки, оставляющие следы на пушистом снегу. Тут же лязгнул клинок, и грозный голос Маржаны вопросил:

— Кто здесь?!

Лис замахал руками, хотя собеседница не могла его видеть:

— Это я!

— Фу, напугал, окаянный…

Клинок снова лязгнул: похоже, мара убрала его в ножны.

— Почему у вас все еще зима? Вы же давно должны быть в Дивьем царстве. И где мама?

— Я здесь, сынок. — Рядом с черными сапожками показались другие — из красного сафьяна. — Ты уж прости, затянулось наше путешествие. В жуткую метель мы попали, и Вьюжка крыло зашиб. Так что придется пешком топать. Постараемся поскорее. Маржана сказала, по теням пойдем, так будет надежнее.

— Осторожнее там.

Лис немного расслабился, но суровая складка между бровей все равно не