Секретный план Элис - Джуди Кертин

Я кивнула, все еще ничего не понимая:

– Ну, да. Полагаю… для учительницы. Но не уверена, что она уж так прямо идеальна. Помнишь урок математики на прошлой неделе? Она исправила два моих ответа, хотя они были правильными. А перед Рождеством отругала Грейс, но та была совершенно не виновата, и…

Элис прервала меня:

– Не будь тормозом! Я и не говорю, что мисс О’Хёрлихи идеальна как учительница. Я имею в виду, что она идеально подойдет на роль подружки моего отца.

Ненавижу, когда Элис называет меня тормозом (как, впрочем, и любой другой человек), но я решила проигнорировать эту грубость, потому что были гораздо более важные вещи, на которых стоило сосредоточиться.

– Но она ведь учительница!

Элис посмотрела на меня, как на идиотку.

– Я заметила. Но учителя ведь тоже люди.

Я не могла поверить своим ушам:

– Но твой отец… и… она… в смысле… это просто нелепо!

Элис скрестила на груди руки:

– А вот и нет! Конечно же, я не хочу, чтобы они влюбились друг в друга или что-нибудь в этом роде. Просто будет здорово, если они разок-другой сходят куда-нибудь вместе. Этого вполне достаточно, чтобы мама узнала и занервничала.

План начинал звучать разумно, а мне этого не хотелось. Все было слишком странно, поэтому я решила зайти с другой стороны.

– У мисс О’Хёрлихи наверняка есть парень.

Элис отрицательно замотала головой.

– Не-а, сомневаюсь. Неужели она бы тогда задерживалась в школе допоздна, а не бежала бы домой готовиться к свиданиям и прочей чепухе?

Не уверена, права ли Элис. Но если у Элис получится свести отца и мисс О’Хёрлихи, то дело может принять дурной оборот. И уж я точно не хочу быть в это замешанной.

Элис захихикала:

– Я уже знаю, что делать. Все просто.

Я вздохнула. Все-таки моя подруга явно не понимала значения слова «просто». Тем временем Элис продолжала:

– На следующем уроке я собираюсь вести себя так, что ей придется вызвать в школу родителей. Я спланирую, чтобы отец пришел один, и…

Я оборвала Элис на полуслове:

– И твой отец скажет ей: «Спасибо, что еще раз заметили, какая у меня непослушная дочь, а, кстати, у вас такие красивые глаза и чудесное платье, вы не сходите со мной куда-нибудь?» Я не знаю, Эл, наверное, это мне только так кажется, но я не вижу ни единой возможности, чтобы план сработал.

Элис топнула ногой:

– Хорошо, умница-разумница, может быть, это и не лучший план на свете, но это то, что я придумала в данный момент. Может, предложишь идею получше?

Я снова вздохнула. Мне так не хотелось ввязываться, но я просто не могла позволить подруге воплотить в жизнь эту глупую затею. После недавней поездки в Дублин я поняла, насколько упряма и бездумна может быть Элис. И честно признаться, это не слишком хорошо. Она создавала все новые и новые проблемы, из которых потом не так-то просто было выпутаться. Кроме того, мисс О’Хёрлихи не вызовет родителей в школу, она никогда не делала подобного. Вместо этого она может наложить на Элис гораздо худшее наказание, например, не пустить ее на вечеринку по случаю завершения учебного года или что-нибудь в этом роде.

Элис опять топнула ногой. Мне хотелось сказать ей, что топать ножкой совсем не по-взрослому, особенно учитывая тот факт, что через несколько месяцев мы окажемся в старшей школе. Даже Рози больше не топает, когда чем-то недовольна, а ей всего четыре года.

Элис ждала, что я ей отвечу.

– Ну? – нетерпеливо произнесла она.

Я не знала, что сказать, поэтому молчала. Элис снова сложила руки на груди и предупреждающе посмотрела на меня:

– У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы придумать, как свести моего отца и мисс О’Хёрлихи, и если ты ничего не придумаешь, то я вернусь к плану «А» и вытворю что-нибудь по-настоящему сумасшедшее.

Ну и что мне теперь делать?

Ситуация просто ужасная. Когда, казалось, все, наконец, наладилось, Элис принялась опять за старое. Я очень ей сочувствовала, потому что, когда родители расстаются, в этом определенно не может быть ничего хорошего. Как бы мне хотелось, чтобы в ее жизни все стало по-прежнему.

Зазвенел звонок на урок, и я впервые ему обрадовалась. Я направилась в класс, но Элис бросилась за мной и схватила за руку.

– Двадцать четыре часа. О’кей?

Я медленно кивнула:

– О’кей.

Что еще я могла сказать?