День огня - Катя Брандис

На пороге стоял Дональд. В руках у него была бейсбольная бита. Мой приёмный отец выглядел очень воинственно – просто удивительно, как это ему удавалось при его-то уютной комплекции.

– Ты теперь всегда так дверь открываешь? – отважился я спросить. – На вас в последние дни ещё кто-нибудь нападал?

Дональд выпрямился:

– Сразу после того, как ты предупредил нас об опасности, в наш дом пытался проникнуть волк.

Я испуганно посмотрел на него, но Дональд только лукаво улыбнулся:

– К счастью, у меня ещё сохранилась старая бита: я, видишь ли, в юности играл в школьной команде. Я этому волку задал такую трёпку – ты себе даже представить не можешь!

Тикаани нервно сглотнула.

Постепенно Дональд успокоился и придержал дверь, чтобы мы вошли. Ну, по крайней мере, в дом меня ещё впускают. Уже хорошо.

– Честно говоря, я не ожидал, что способен применить такую грубую силу, – было не совсем понятно, удивляется мой приёмный отец или гордится собой. – Но в таких исключительных случаях вновь себя обнаруживает архаическая сущность мужчины.

– Что-что? – переспросил я и сразу же пожалел об этом, потому что Дональд тут же пустился в пространные рассуждения о современном мужчине и его доисторических предках.

Я специально пришёл после обеда, чтобы застать всех Рэлстонов дома. Вскоре трое из них уже сидели в гостиной, а Марлон крикнул: «Сейчас приду!» Анна, конечно, тут же спросила, что у меня с ухом, и я в ответ пробормотал что-то невнятное.

Мелоди с любопытством рассматривала мою спутницу.

– Ты кто? – спросила она, и остальным вдруг тоже стало страшно интересно.

Моя подружка улыбнулась:

– Меня зовут Тикаани Голубое Облако, я инуит из Аляски. Мы вместе учимся в школе «Кристалл».

– А ты тоже… – Анна запнулась. – Как это называется?

– Оборотень, – ответил я и гордо взглянул на свою приёмную маму. Что бы сегодня ни случилось, я больше не буду отрицать в этом доме свою сущность.

– Ну, и кто ты, Тикаани? – продолжала выпытывать Мелоди.

– Э-э-э… – Тикаани посмотрела на бейсбольную биту Дональда, стоящую рядом с диваном.

– Мелоди, разве ты не понимаешь, что излишне любопытна? – пожурил мою сестрёнку Дональд и крикнул в сторону второго этажа: – Марлон, ты где? Мы все тебя ждём. Если тебя сегодня освободили от школы, это не значит…

Мои родители отвлеклись, и я прошептал Мелоди на ухо:

– Тикаани – арктическая волчица, может, позже получиться её потискать.

А потом я снова сел как полагается, потому что в гостиную приковылял Марлон в спортивных штанах и свитшоте и посмотрел на меня прищурившись.

– Школьный психолог разрешил ему сегодня остаться дома, потому что он пережил страшные вещи там, на горе, где случился пожар. – Анна поспешила ввести меня в курс дела. – Его класс похитили и…

– Мам, я сам всё расскажу, – перебил её Марлон, выплюнул жвачку в раковину и плюхнулся на диван.

– На горе на нас напали медведи и чокнутые лоси. Нам удалось сбежать, но всё стало ещё хуже. Какой-то придурок устроил поджог у подножия горы. Но там были люди, которые с помощью разных дрессированных зверей боролись с огнём…

– Я знаю, – сказал я.

– А, ты видел интервью с Марлоном по телевидению? – спросила Анна.

– Нет, – ответил я. – Я был там.

– Бред! – Марлон постучал себя по лбу. – Я бы тебя точно заметил. Или ты – один из этих чокнутых поджигателей?

Тут я увидел, как Мелоди буквально осенило. Она просияла:

– Нет! Стой! Что за дрессированные звери там были? Пума была?

– Была. – Марлон взглянул на меня и побледнел. Рэлстоны ему, судя по всему, рассказали о моём признании, и он, тоже судя по всему, ничуть им не поверил. Он придвинулся ближе ко мне и посмотрел на меня в упор. – Хорошо, Джей, вопрос на засыпку. Каким способом эти люди вывели из огня меня и ещё одну девочку? Я об этом никому не рассказывал, потому что это был полный сюр.

Я тоже смотрел на него в упор не мигая. Хищные кошки это умеют.

– Там были задействованы бизон и лось, – сказал я.

Марлон сначала словно язык проглотил. Потом он снова заговорил, но всё равно не слишком связно:

– Так, значит, ты… ты…

– Да, это был я. Мне очень хотелось с тобой заговорить, но было нельзя. – Я пожал плечами.

У моего братца был такой вид, как будто я его ударил деревом по голове.

– Да, и кстати, если ты кому-нибудь об этом расскажешь, у тебя будут проблемы, – сказала Тикаани и одарила Марлона своим знаменитым взглядом, от которого даже самый крепкий мужчина мог наделать в штаны. Я ткнул её локтем, не сильно, но всё же ощутимо.

– Нет… Нет… Я и не собирался. Мне всё равно никто не верит. – Первый раз вижу, чтобы Марлон запинался! – Кто вы такие? Оборотни? Жуть какая! Я уже так много фильмов видел с…

– Марлон, закрой рот. – Анна не спускала с меня глаз во время всего разговора. Теперь она встала и упёрлась руками в бока. – Джей… надеюсь, ничего, что я буду тебя так называть? Значит, ты не только спас мою дочь, но и в тот страшный день нашёл моего сына и помог его защитить? Это так?

Ноги у меня стали как ватные. Вот ведь человеческое тело! В обличье пумы со мной такого никогда не случалось.

– Да, так.

Моя вторая мама подошла ко мне, подняла меня с дивана и обняла. Я почувствовал, как её слёзы льются мне на футболку, и тоже крепко обнял её. К нам подошёл Дональд, глаза у него тоже были мокрые, и обнял нас обоих. И тут уже Мелоди подбежала к нам и обхватила руками всех троих. И наконец, медленно подошёл Марлон и стиснул нас всех могучими руками спортсмена.

Так мы и стояли. Потом всё-таки расцепили объятия, выдохнули и утёрли глаза. Тикаани в это время тактично рассматривала комнатные растения.

– Ну, хорошо, значит, это мы выяснили, – сказала Анна и строго посмотрела на меня. – А теперь, Джей, мне очень неприятно это говорить, но тебе нужно наконец навести порядок в своей комнате. Там просто жуткий бардак.

– Будет сделано. – Я улыбнулся приёмной маме, взял Тикаани за руку, и мы побежали наверх в комнату. В мою комнату.