Теодосия и Сердце Египта - Робин Лафевер

Доносящийся из коридора шум стал громче. Очень скоро мои преследователи доберутся до меня. Это значит, что мне нужно как можно скорее что-то придумать.

В отчаянии я бросилась на изображение Тутмоса – а вдруг древняя стена не выдержит, рухнет и откроет мне путь к спасению? Стена устояла, я лишь порезала руку, попавшую в отверстие на груди фараона. Я внимательнее посмотрела на это резное отверстие, и тут меня осенило.

Отверстие по размеру и форме в точности повторяло очертания Сердца Египта. Теперь я все поняла.

Но прежде чем я успела сделать то, что собиралась – и что должна была сделать, за моей спиной послышалось громкое сопение. Я обернулась и увидела фон Браггеншнотта. Он был всего в двух-трех метрах от меня, его водянистые бледно-голубые глазки казались безумными. Я взглянула влево, затем вправо – никаких вариантов. Отступать здесь было некуда.

Холодные голубые глаза фон Браггеншнотта были прикованы к моей шее – на ней висело выбившееся из-под воротничка во время моего падения наружу Сердце Египта.

Фон Браггеншнотт подступил ближе, затем медленно протянул руку и подцепил своим пальцем цепочку, на которой было подвешено Сердце Египта.

Я стремительно сорвала цепочку с шеи, повернулась и потянулась, чтобы вставить Сердце Египта в отверстие в стене.

Фон Браггеншнотт бросился мне под ноги, и мы оба повалились на пол. Я трепыхалась, лягалась, пытаясь вырваться.

Затем я врезалась ногой во что-то, услышала хруст и взмолилась, чтобы это оказался нос фон Браггеншнотта. Угадала. Фон Браггеншнотт взвыл и выпустил меня. Я поднялась на ноги, бросилась к стене и вставила Сердце Египта в отверстие.

– Не-е-ет! – закричал фон Браггеншнотт. Он схватил меня за руку и яростно потащил прочь от стены. Ужасная боль пронзила мне плечо, в глазах все помутнело и заскакали звездочки. Я попыталась шевельнуть рукой, но меня вновь накрыло волной боли.

Я попятилась назад, свесив свою, ставшую бесполезной, левую руку. Боль была такой сильной, что не давала думать. Я увидела, как фон Браггеншнотт с расквашенным в кровь носом скребет Сердце Египта, пытаясь выцарапать его из стены.

Я затаила дыхание и с надеждой подумала о том, что нашла такое место, откуда Сердце Египта не достанет уже никто и никогда.

Пока фон Браггеншнотт безуспешно скреб ногтями стену, я почувствовала, как сгущается вокруг нас растворенная в воздухе магическая сила. Ее струйки свивались в маленькие вихри, а вся камера вдруг наполнилась ароматом ладана. Сердце Египта замерцало, словно внутри него зажегся неяркий теплый огонек. Это длилось всего секунду, а затем стена стала такой же, как прежде, – серой и шершавой. Только теперь в ней не было отверстия в форме Сердца Египта, а рука фон Браггеншнотта оказалась прилипшей к камню.

– Что ты наделала, глупая девчонка? – заорал фон Браггеншнотт.

«Что сделала? – подумала я. – Спасла Британию. И Генри».

Затем фон Браггеншнотт встревожился уже не на шутку и принялся вопить:

– Моя рука! Она прилипла! Она соединилась с Сердцем. Помоги мне освободить ее!

Я с удивлением и страхом уставилась на руку фон Браггеншнотта, которая действительно прилипла прямо к стене.

Потом, поняв, что это дает мне шанс убежать, я повернулась к выходу в коридор и вскрикнула, увидев стоящего в проеме Боллингсворта – одна сторона лица у него была напрочь съедена пылью.

Своей здоровой правой рукой я пошарила вокруг себя в поисках чего-нибудь тяжелого и наткнулась на какой-то длинный, толстый, похожий на дубинку предмет. Я приподняла его, чтобы оценить на вес. Отлично. Тяжелее, чем дерево.

– Не дай ей уйти! – крикнул все еще приклеенный к стене фон Браггеншнотт. Не слушая его, я покрепче взяла дубинку и уставилась на Боллингсворта, скрипя зубами от невозможной боли в плече.

– Думаешь, тебе удастся остановить меня этим? – злобно усмехнулся Боллингсворт. – Я думаю, что нет.

В его левой руке появился острый, очень страшный на вид кинжал. Боллингсворт выставил его вперед, готовый ударить меня.

Я подняла дубинку и, собрав все силы, взмахнула ею вперед – неуклюже, но очень удачно. Дубинка ударилась о кинжал и выбила его из руки Боллингсворта. Не мешкая, я вновь махнула отскочившей дубинкой и на этот раз попала Боллингсворту прямо по черепу. Раздался громкий треск – так трещит спелый арбуз, когда его разрезают. У меня схватило желудок, и я побоялась, что сейчас меня стошнит.

Боллингсворт свалился на землю, как подбитая кегля, а у меня потемнело в глазах от новой волны боли, прокатившейся по моему плечу.

– Ты убила его, дрянная девчонка! – закричал фон Браггеншнотт.

Я привалилась к ближайшей стене, мои ноги больше не держали меня.

– Нет! – всхлипнула я.

Господи, не дай ему умереть! Пожалуйста!

Я прислонилась головой к холодному камню, закрыла глаза и подождала, пока мое сердце немного успокоится в груди. Обнаружив, что все еще держу в руках дубинку, я отшвырнула ее прочь, словно это она нанесла удар Боллингсворту, а не я.

Дубинка ударилась о землю, покрывавший ее деревянный футляр треснул и обвалился большими кусками. А под ним блеснуло золото.

Я носком ботинка скинула оставшиеся куски деревянной обшивки и увидела перед собой длинный золотой жезл. Жезл Оз.

Несмотря на боль в плече, меня переполнило ощущение счастья и неожиданной удачи. Я посмотрела на неподвижное тело Боллингсворта, на приклеенного к стене фон Браггеншнотта.

А что, быть может, та старая предсказательница оказалась права. Быть может, древние боги действительно улыбаются мне с небес. Почему бы нет, в самом деле? Разве у вас есть другое объяснение всему этому?

Раздался негромкий щелчок. Я обернулась и увидела, что фон Браггеншнотт вытащил свой револьвер и целится в меня. К моему горлу подкатил комок.

– Я не хотел стрелять, пока на тебе было Сердце Египта, боялся повредить его, – сказал фон Браггеншнотт. – Но этой проблемы больше нет.

Прежде, чем я успела ответить, издалека долетел голос, звавший меня по имени.

Фон Браггеншнотт перевел свой револьвер на входной проем.

– Если они обнаружат меня, я застрелю их. Ты поняла? Тот миг, когда они войдут в этот проем, станет для них последним.

Я проглотила комок в горле, а затем ответила:

– Я поняла.

Затем я подхватила жезл Оз и выбралась в коридор, а оттуда поспешила к колодцу, через который свалилась сюда.

– Мисс Тео, вы здесь? – это Набир. Слава богу, с ним все в порядке!

– Тео, дорогая, где ты? – это мама. Мама! Значит, Набир позвал на помощь. А уж если мама здесь, то…

– Теодосия Элизабет Трокмортон! – рявкнул папин голос. – Где ты, черт побери! Всех переполошила! Где эта девчонка? Предупреждаю вас, Набир, если с ней что-то случилось…