Злые фантомы - Дж. Э. Уайт

Это был не зверь. Это был её рюкзачок.

– Мистер Дерлет решил, что тебе это может пригодиться! – крикнула Агнеса. Она только что вернулась в ковчег через главный вход и выглядела довольно запыхавшейся, как будто всю дорогу бежала.

– Вот спасибо! – сказала Корделия и вздохнула с облегчением, видя, что с её подругой всё в порядке.

Она вытряхнула рюкзак, его содержимое разлетелось по полу: телефон, термос, блокнот, пенал, полурастаявшая губная помада и три пары призрочков (хотя теперь Корделия знала, что Бенджи они ни к чему). Корделия бросила футляр, помеченный наклейкой с утконосом, Агнесе, которая подошла уже вплотную, и открыла другой.

Футляр был пуст.

– А где же призрочки?! – спросила Корделия.

– Да там они, невидимые просто, – сказала Агнеса. – Мы же сейчас не в школе Тени. И твоё Зрение здесь не работает.

– И как же я забыла? – сказала Корделия и принялась шарить на ощупь. Она нашла что-то гладкое и прохладное. Это стёкла. Корделия подцепила их пальцами и нащупала на обратной стороне резинку, тонкую и эластичную, как медузье щупальце.

Корделия зажмурилась и натянула очки.

Резинка затянулась как будто сама собой, и Корделия вздрогнула: ей вдруг пришла в голову странная мысль. Они до сих пор понятия не имели, как работают эти очки и где они сделаны. А вдруг она смотрит сквозь глаза какого-нибудь существа, способного видеть призраков? А вдруг это существо – в каком-то смысле, виде, облике – всё ещё живо?

«Да и пофиг, – подумала она, – лишь бы они работали!»

Корделия открыла глаза.

Вокруг неё кружились два мира. Первый, движущийся по часовой стрелке, был тот, который она знала всегда. Стены, пол, лампы. Реальность. Второй кружился в противоположном направлении. В нём плясали смутные тени и цвета, которых она никогда прежде не видела.

Корделия пошатнулась. Сильная рука подхватила её под локоть.

– Погоди секундочку, – сказала Агнеса. – Сейчас пройдёт.

Два мира замедлились, словно останавливающиеся карусели, раскрученные навстречу друг другу, и наконец слились в один. Ковчег снова был неподвижен. Корделия поморгала слезящимися глазами. Теперь она видела, что на Агнесе тоже призрочки. Они были тёмные, с вогнутыми линзами, словно плавательные очки, которые должны защищать пловца от сияния биолюминесцентных рыб.

– Призрака видишь? – спросила Агнеса.

Корделия обвела взглядом вестибюль и заметила высокого мужчину в жилетке и галстуке-бабочке. Шеймас Гидеон! Он выглядел каким-то размытым, будто фото не в фокусе.

– Да вот же он! – воскликнула Корделия, в восторге от того, что её Зрение к ней вернулось.

– Где? – спросила Агнеса.

– Да вон же! – Корделия ткнула пальцем в сторону призрака. – Ты что, не видишь?

– Нет! – Агнеса разочарованно вздохнула и сдёрнула свои призрочки. – От них тут никакого толку!

– А мои действуют! Как такое может быть?

– Потом разберёмся. Бенджи нужна помощь!

Агнеса была права. Бенджи был в своей стихии: он носился и петлял, словно то был главный футбольный матч в его жизни, но, похоже, он начинал выдыхаться. Корделия поняла, что долго уворачиваться от зверей он не сможет.

– Эй! – завопила она. – Вот она я!

Гидеон воззрился на неё стеклянными глазами, выпирающими из орбит, точно мячики для пинг-понга. Его губы растянулись в оскале. «Бенджи прав, – подумала Корделия, – он терпеть не может, когда на него смотрят». Трёхногий снежный барс отстал от Бенджи и сделал несколько неуклюжих прыжков в её сторону.

Корделия поставила ковчег к ногам Гидеона. Фантом бросил на него пренебрежительный взгляд и отвернулся.

– Ну что там? – спросила Агнеса. – Он отправился в свой Свет?

– Пока нет…

Гидеон указал на Корделию, и всё зверьё обернулось в её сторону. Звери двинулись на детей медленно, но верно, смыкаясь в кольцо, чтобы перекрыть все пути к отступлению.

Бенджи присоединился к подругам. Он совсем запыхался. На штанах у него красовалось несколько дыр, на щеке – длинная царапина.

– Есть какие-нибудь идеи? – спросил он.

– Центр по обниманию щенков! – предложила Агнеса. – Где можно сколько хочешь обнимать щенков за почасовую оплату.

– Насчёт текущей ситуации, – уточнил Бенджи.

– Нет, нету, – сказала Агнеса.

Чучела стягивались всё ближе, дёргаными, как у зомби, шагами. Одна коза чуть не потеряла голову. Голова болталась на нескольких чёрных ниточках и пялилась на них снизу вверх жёлтыми перевёрнутыми глазами.

– Не бойтесь, ребятки, – сказал незнакомый голос. – Смотрите, что у нас есть!

Это говорила та самая женщина, которую Корделия заметила в начале экскурсии. Женщина стояла за пределами круга зверей. Рядом с ней был коренастый мужчина. В руке он держал длинную спортивную сумку.

– Где призрак? – спросила женщина.

Корделия с Бенджи были так ошеломлены, что не могли выдавить ни слова, и просто указали пальцем. Мужчина, размахивая сумкой, проложил себе путь через зверьё, позволив своей напарнице проскользнуть внутрь круга и вынуть из футляра за спиной длинную палку. Корделия подумала было, что это какое-то оружие, но тут женщина нажала на кнопку, и телескопическая палка выстрелила вперёд, словно зонтик, и развернулась в плоский экран.

– Держи, – сказала женщина, протягивая устройство Бенджи. Теперь эта штуковина выглядела как телевизор на палке. – Смотри, чтобы оно было развёрнуто в сторону Гидеона. Он должен это видеть.

Она потыкала пальцем в свои часы, и на экране появилась серия коротких роликов. Бекон, шипящий на сковороде. Дети, гоняющие мячик на улице. Морские волны, набегающие на пляж. Изображения были яркие и чёткие, звук резкий. Гидеон был загипнотизирован этим зрелищем. Его животные падали одно за другим. Их хозяину было не до того, чтобы поддерживать в них жизнь.

– Держи ровно! – велела женщина Бенджи. Мужчина присоединился к ним и достал из своей сумки три чёрных шеста. Он привычными, уверенными движениями растянул первый из них до длины более двух метров и установил шест на полу рядом с Гидеоном. Внимание фантома по-прежнему было приковано к экрану, на котором плакал новорождённый младенец.

– Что это за ролики? – спросила Агнеса. Ей не видно было реакции призрака, так что ролики должны были казаться ей особенно странными.

– Они отвлекают Гидеона, – объяснила Корделия. – Он не может перестать их смотреть.

– Почему? – спросила Агнеса.

– Потому что это жизнь, – ответила женщина. – Звуки. Картинки. Ощущения. Всё то, чего призракам так сильно не хватает. Всё, чего они так жаждут в смерти.

На экране женщина прихлёбывала кофе.