Проклятье короны - Серж Брюссоло

– Куда ты?

– К своему племени… они уже давно ждут меня.

И она поспешила к лестнице, ни разу не обернувшись. Через окно я видела, как она пересекла парк. Добежав до ограды, она вскарабкалась по решетке, безжалостно изодрав свое нарядное платье, и соскользнула с обратной стороны, на опушке леса. Глядя, как она исчезает под сенью крон, я ощутила, что горло у меня сжалось. Я знала, что больше мы никогда ее не увидим, по крайней мере, не в привычном нам облике…

Поскольку дальше мне было плохо видно, что происходит, я толкнула балконную дверь и вышла на открытую террасу на уровне дворцовой балюстрады. Я находилась на пятом этаже дворца, и с террасы мне открывался бесподобный вид на парк и окружающий его лес. Когда я наклонилась над перилами, стараясь разглядеть фигурку Флоры в сумраке под густыми кронами, из ниоткуда вдруг возникли две руки и ухватили меня за лодыжки! Слишком поздно я осознала, что это стенопроходец вынырнул из пола прямо позади меня. Неудивительно, что я не заметила его приближения! Для своего маленького роста он оказался удивительно силен – я даже не успела вскрикнуть, когда он столкнул меня вниз, перекинув через мраморные перила.

Я была на пятом этаже и теперь камнем летела вниз. Я бы непременно разбилась о вымощенную мраморной плиткой площадку перед дворцом, но, к счастью, я так и не выпустила из рук чемоданчик. Как вам известно, он способен летать[4]– это одна из его таинственных волшебных способностей. Понимая, что я вот-вот расшибусь в лепешку, он вдруг рванул вверх, в облака, увлекая меня за собой. Инстинктивно я изо всех сил вцепилась в его ручку, и это спасло мне жизнь. Вместо того чтобы рухнуть на землю, я поднялась выше самых высоких дворцовых шпилей! Стенопроходец, наверное, глазам своим не мог поверить.

Затем, видимо, убедившись, что больше мне ничто не угрожает, чемоданчик стал медленно терять высоту и наконец опустился на лужайку чуть в стороне от замка, рядом с фонтаном, струи которого били из раскрытых пастей бронзовых тритонов.

– Спасибо, – выдохнула я, – ты спас мне жизнь.

– У тебя весь лоб в крови, – проворчал мой верный багаж. – Во время падения ты ссадила кожу о перила террасы.

Я отерла кровь рукавом, но при этом в моей памяти всплыла картинка с вещего веера Амандины. Его предсказание едва не сбылось.

Я воспользовалась случаем, чтобы побеседовать с чемоданчиком. Он подтвердил, что все, рассказанное Амандиной о проклятой короне, – истинная правда.

– Чтобы претендент на трон мог короноваться этим венцом, в его жилах должна течь кровь династии Анагатосов, в противном случае мозг его вскипит, волосы вспыхнут огнем, а глаза вылезут из орбит. После подобного, сама понимаешь, трудно рассчитывать на разумное управление королевством – мозгу нанесен непоправимый ущерб, и его обладатель едва ли сможет превзойти интеллектом переваренную цветную капусту.

– Хм… – пробурчала я. – В таком случае государственного переворота можно не опасаться.

– На твоем месте я бы не был так в этом уверен, – отозвался чемоданчик, прежде чем снова погрузиться в дрему. – У этого Зафара не один фокус в рукаве.

* * *

До самого вечера я бродила по парку – возвращаться во дворец было страшно. Я знала, что меня там поджидают стенопроходцы, и вряд ли с добрыми намерениями. К счастью, я отыскала в глубине сада небольшой виноградник и заглушила голод спелыми сочными ягодами.

С наступлением темноты я все же решила вернуться во дворец. Мне показалось, в кустах было многовато черных котов. Я подумала, что буду в большей безопасности рядом с принцессой. Человечки наверняка не решатся напасть на меня в ее присутствии, по крайней мере, я на это надеялась.

Амандину я встретила в тот самый момент, когда она выходила с занятий по реверансам. Преподавательница окинула меня мрачным взглядом, из которого я заключила, что она тоже работает на премьер-министра. Повернувшись к принцессе, она нарочито громко (так, чтобы я слышала) заявила:

– Вашему Высочеству не следует приглашать во дворец подобную неотесанную деревенщину, Главный Церемониймейстер будет очень недоволен.

Амандина обронила очаровательный смешок и грациозно взмахнула веером.

– Ах, графиня, – ответила она с жеманным вздохом, – это всего лишь школьница, приглашенная для короткого визита. Она скоро покинет нас, ослепленная великолепием королевского двора, и это краткое пребывание здесь станет величайшим событием всей ее жизни. Люди из народа – совсем как дети, любой пустяк приводит их в восхищение. Им так просто доставить удовольствие, так стоит ли отказываться от этого? Именно так и удается избегать революций, разве вы не знаете?

Я поняла, что Амандина хитрит, и все же ее слова вызвали у меня раздражение. Как только преподавательница и остальные ученицы удалились, принцесса подошла ко мне со смущенным видом.

– Не обижайся, – прошептала она. – Эта графиня – преданная сторонница премьер-министра и первейшая доносчица.

– Флора ушла, – буркнула я в ответ. – И больше не вернется. Я ничего не смогла сделать, чтобы удержать ее, это была ее воля.

Амандина побледнела, развернула веер и заслонила им лицо, чтобы скрыть слезы. Я почувствовала, что исчезновение любимой фрейлины причинило ей настоящее горе, но, как все принцессы, она умела сдерживать свои чувства. Я то на ее месте, естественно, разревелась бы в голос и принялась рвать на себе волосы, что выглядело бы куда менее аристократично.

Мы вернулись в свои покои. Прежде чем вызвать служанок, принцесса достала из складок платья две сдобные булочки, прихваченные за обедом.

– Давай поедим, – предложила она. – Напоминаю тебе, чтобы ты не прикасалась к ужину, который нам сейчас принесут, потому что все блюда в нем отравлены. Кухарки посыпают их особым порошком правдивости, который вынудит нас выболтать все наши тайны во сне.

– Да знаю, знаю, – пробурчала я, жадно поглощая свою долю. – А больше у вас ничего нет?

– Увы. Слуги постоянно следят за мной. Даже эти булочки мне удалось стащить с большим трудом.

Я рассказала ей о покушении на убийство, жертвой которого я едва не стала, но она слушала меня вполуха: ее мысли были заняты Флорой. Я решила, что настаивать бесполезно.

Затем она позвонила в колокольчик, чтобы подавали ужин. К нам тут же устремились служанки, толкая перед собой столики на колесах, уставленные аппетитнейшими яствами. Я просто захлебывалась слюной, а мой желудок принялся издавать неэлегантные звуки, наводящие на мысль о засорившейся раковине. Боже, что за запахи!

Отослав служанок, Амандина шепнула мне, указывая на принесенные кушанья:

– Они делают это нарочно, чтобы возбудить у нас аппетит. Надеются, что мы не устоим перед искушением. Помоги-ка мне, сейчас мы выбросим всю эту еду на террасу. Дворцовые коты расправятся с ней в мгновение ока… а что они там мяукают во сне, никто не поймет.