Заговор на любовь - Ирина Мазаева

– А мы их знаем! – обрадовалась Юлька.

– И что вы про них знаете? – тут же спросила Глашка. – То-то и оно. Ваську уже семнадцать, а Аркаше – шестнадцать. А вы знаете, что Аркаша пишет стихи?

– Не-ет...

– Вот так-то! Если повезет – может, услышите. А вот идет Ванька Епишин по прозвищу Репа – местный крутой. С ним вообще лучше не связываться.

Ванька Епишин остановился о чем-то поговорить с Васьком и Аркашей, и девчонки смогли его как следует рассмотреть. И им совсем не захотелось с ним связываться – он был какой-то неприятный.

Глашка рассказала им еще пару местных сплетен, а потом девчонки – не терпелось! – тоже вышли на улицу и влились в общее броуновское движение туда-сюда. И теперь уже их тут же все стали обсуждать.

– Это нормально, – начала было их утешать Глашка, но Натусик тут же перебила:

– Да мы и не переживаем. Наоборот, если обсуждают – значит, мы заметные, эффектные. Были бы серенькими мышками – никто бы внимания не обратил.

Юльке же было не по себе. Естественно, к пятнице все уже знали, что к бабе Кате приехали «столичные штучки», как выразилась как-то тетя Шура. И теперь местным и парням, и девчонкам не терпелось рассмотреть повнимательнее, что это за птицы. Дачники же и такие же приезжие, как они, смотрели более доброжелательно – искали компанию для времяпрепровождения.

– А ты с кем из дачников общаешься? – спросила Юлька Глашку.

– Ни с кем. Все такие глупые... – отмахнулась та.

– А как ты – одна, что ли? – удивилась Натусик.

– Да я не так часто и приезжаю. И потом, я езжу отдыхать, а не тратить время на глупые беседы...

Подружки удивились этому заявлению, но Глашка как-то быстро перевела разговор на другую тему.

Они пару раз из конца в конец прошли по асфальтированной части улицы. И натолкнулись на Аркашу с Васьком.

– О, девчонки! – тут же заголосили они. – Вы идете на дискотеку?

– А что? – Глашка презрительно смерила их взглядом.

– Как это – что? А с кем мы плясать будем?

– Друг с другом. – Глаша решительно обошла их, направляясь дальше.

Юлька с Натусиком растерянно пошли за ней.

– Глашка, а ты что так на парней наехала? – не выдержала Юлька.

– А зачем с деревней разговаривать? Вам что, интересно с конюхами общаться?

Юлька, конечно, и сама какую-то неделю назад вопила, что ей, такой высокодуховной и умной, нечего делать с конюхами и пастухами, но тут ей стало как-то неловко: ни за что ни про что обидели парней... В конце концов они ведь не виноваты, что родились в Ольховке.

Натусик поддержала подругу:

– Да брось ты, Глашка, выпендриваться! Мы же приехали хорошо провести время – зачем нам с кем-то ругаться? Ты ведь сама говорила, что Аркаша стихи пишет – значит, он не глупый.

– Он пишет глупые стихи, – не сдавалась Глашка. – Подождите, я вас с кем-нибудь из приезжих познакомлю. В прошлом году сюда на недельку такой парень приезжал, такой парень... Мы с ним купаться ходили, – и она кокетливо повела плечиком.

За разговорами они снова поравнялись с клубом и обнаружили, что дискотека уже началась.

Помещение клуба больше походило на кинозал. Только ряды кресел стояли по периметру стен, а на сцене возвышался стол с музыкальным центром, рядом с которым лежали диски. В обычное время зал освещался лампами на потолке, но сейчас они были выключены, а, чтобы в темноте было хоть что-то видно, на стенах мерцали новогодние гирлянды, а на столе стоял ночник, на котором висела, делая свет неярким, чья-то синяя футболка.

Диджеем, если так можно его назвать, был уже известный всем Васек. Он сидел за столом на сцене и сосредоточенно копался в дисках. Играла музыка, но танцевать никто не спешил. Все просто сновали туда-сюда: входили, выходили, с кем-то встречались, здоровались, снова расходились, кому-то звонили. Поэтому девчонкам ничего не оставалось, как сесть на кресла в уголке и наблюдать за происходящим. Танцевать они не решались.

– К восьми собираются малолетки, – просветила Глашка. – Тут где-то ходит завклубом тетя Женя. Она строго следит, чтобы не пили ни водку, ни пиво и не курили в клубе. А потом, часам к одиннадцати, собираются те, кому уже есть восемнадцать, кто постарше. Приходит тетя Женя и собирает со всех по тридцать рублей. И уходит, оставляя ключи Ваську. Ему хоть и нет восемнадцати, но она ему доверяет. Он ответственный. И тут-то все и начинается! Тут же все достают водку и закуску и начинают зажигать. Тут такое, такое происходит!.. В прошлом году я с родителями приезжала, и они тоже запрещали мне гулять ночью. А в этом году наконец-то я свободна! Позже появится Игорек, и мы останемся на ночь.

– Ах, как я хочу остаться на ночь! – не выдержала Натусик. – Я не хочу быть малолеткой!

Юльке тоже изо всех сил хотелось увидеть, что начинается после одиннадцати.

– А помнишь, ты говорила, что можно в окно? – напомнила Юлька.

– Ну... – замялась Натусик. – Видишь ли, бабушка без нас спать не ляжет. Может, мы потом попробуем – в окно?.. Сразу как-то неудобно. Лето ведь длинное...

Последнее замечание Юльку утешило. Ведь и правда, они еще не знали, что тут происходит до одиннадцати, а уже мечтали гулять всю ночь.

Между тем зал уже наполнился, свободных кресел почти не осталось. И тут кто-то, тронув Юльку за локоть, спросил:

– Девушка, а рядом с вами не занято?

Юлька подняла глаза и...