Слава. Наследник - Евгений Щепетнов

«Я никогда не сплю… впадаю в забытье, когда мне нечем заняться. А теперь… теперь я буду смотреть!»

«Смотри, смотри… а я пока отдохну», – вздохнул Слава и, встав с кресла, предложил:

– Лер, пойдем с тобой побудем наедине? Поболтаем? Я так по тебе соскучился…

– Фы пойти совокупляться? – с интересом осведомился Гена. – Или… как ето у фас насыфается… А! Вспомнил! Сайметесь сексом?

– Гена, у нас неприлично задавать такие вопросы, – назидательно сказала Лера, хватаясь за широченную ладонь мужа. – Это интимное дело! Нельзя говорить вслух такие слова.

– Пофему? – недоуменно спросил Гена. – Сколько у фас узлофностей! Надия, мы ф табой идти заниматься секс?

– А что, прямо сейчас? – деловито осведомилась девушка.

– Паччемму и нэт?

– И правда, почему и нет? – радостно взвигнула та и чмокнула Гену прямо в губы.

Тот задумчиво потрогал то место, куда угодили ее пухлые губки, и спросил псионически исчезающего в дверях Славу: – «Она чего, хотела меня укусить? Пробовала на вкус?»

«Пробовала… да не распробовала, – хмыкнул Слава. – Делай все, что она скажет. Потом мне расскажешь, что она от тебя требовала. А я тебе скажу: надо тебе это или нет».

«Хорошо. Подчиняюсь старшему командиру. Пофли, Натия! Путем заниматься секс!»

– Слав, как хорошо! – Лера потянулась так, что ее соски уставились в потолок, и закинула руки за голову. – Интересно, что там Надия с Геной делают?

– Что делают? Насилует она несчастного ящера, – ухмыльнулся Слава.

– А ты откуда знаешь? Подглядываешь! Через Шарги?! Ах ты извращенец… я тоже хочу поглядеть!

– Нечего! Ты так возбудишься, что тебя потом не оттянешь от меня, – хмыкнул Слава и поймал руку, намеревавшуюся звонко хлопнуть его по бедру. – Тише, тише! Успокойся! Нормально там все у них. Гена спокойно лежит, а Надия усердно трудится. И Гене это нравится. Он мне уже сообщил, что наш способ размножения гораздо приятнее, чем тот, которым пользовались его соплеменники.

– Это чем же? – настороженно поинтересовалась Лера. – Неужто у них женщина после всего съедала своего сексуального партнера?

– Брось свои садистские мечты, – засмеялся Слава. – Не достанется тебе комиссарского тела! Нет. У них не было такого… как бы это сказать… культа секса, что ли. Такого острого удовлетворения. Они занимались сексом лишь для размножения, почти не испытывая наслаждения. Потому ему все это в диковинку, и он в восторге. Впрочем, как и Надия.

– Что, первый раз и в восторге? – подозрительно спросила Лера. – Или у нее не первый раз? Ты что, уже с девчонкой…

– Да нет! – досадливо помотал головой Слава. – Она сама справилась. На основе наглядных пособий из симулятора. Наделала себе игрушек и развлекалась. Разве она тебе ничего не говорила?

– Не-а… – подняла брови Лера. – Смотри-ка, вроде болтушка, а скрытная. А как быть с тем, что она якобы тебя ждала? Типа подарить тебе девственность, бла-бла-бла?

– Да я сам не пойму. Какие-то нюансы их верований, что ли… С мужчиной же она не была? Нет. Значит, девственница. А то, что уже потренировалась, как надо, это никого не волнует. Не понимаю, но, впрочем… что-то в этом есть. Вот ты, когда с Хагрой была, считала, что мне не изменяешь, так? Вот. И она считает, что с этими игрушками совсем даже мне не изменила. Человеческий ум изворотлив в придумках, особенно женский.

– Если ты намекаешь, что я могла бы с Надией… так вот, с полной ответственностью заявляю… Ну чего ты пристал с глупыми вопросами! Ну тебя! Иди ко мне! Дай, я тебе помогу… Я так по тебе соскучилась…

Через полчаса партнеры, расслабленные и вспотевшие, лежали рядом и дремали. Потом Лера встрепенулась и, поднявшись на локте, спросила, внимательно вглядываясь в лицо мужа:

– Я красивее Надии?

– Красивее, – пробормотал Слава, пошлепав губами в полусне.

– Не врешь?

– Не вру. Ты самая красивая на свете! Супермодель. Тыща супермоделей. Спи. Я не спал уже сутки. Мне бы слегка выспаться, а завтра… завтра нам предстоит путешествие домой.

– Ты узнал дорогу?! Славка, ты узнал?! – Лера вскочила на Славу и затрясла его за плечи. – Да проснись ты, дундук эдакий! Узнал и молчал! Я тебя сейчас загрызу! Ох, как я хочу увидеть своих маму, папу, Колю… Наташку хочу увидеть – соскучилась по ней. И Сильмару. И Олега. И пилотов наших – как они там?

– Всех, всех увидишь. Слезь с меня, дай поспать. Мы с тобой сегодня уже пять раз! Если не слезешь – будет шестой.

– И хорошо! Пусть будет. Так ты знаешь дорогу?

– Почти. Надеюсь, что знаю. Мы полетим на планете.

– Как на планете? Не на Шаргионе?

– Нет. На всей планете. Фактически это громадный звездолет. И мы прилетим как оружие возмездия. Вундерваффе. Хватит уже миндальничать с этими зелеными, хватит им фигней страдать. Мы им кое-что поотрываем и скакать, как зайцев, заставим! Я зол, очень зол. Зачем они поранили Шарги? Зачем воровали людей с Земли? Отольются кошке мышкины слезки.

– Класс! Слушай, а нельзя прямо сейчас полететь?

– Лер, отстань, а? Ну дай поспать мужу! Сейчас я тебя снасильничаю, а потом буду спать. Нечего было на мне скакать, я же не железный!

Минут пятнадцать в каюте не было слышно ничего, кроме вздохов кровати и стонов… потом дыхание влюбленных успокоилось, и они наконец-то уснули счастливым сном. Лера улыбалась – ей снилось что-то хорошее, и она крепко держала Славу за руку, как будто он мог куда-то исчезнуть. Славе не снилось ничего – он за эти дни так намотался, что не до снов. Оле-Лукойе в этот раз его пожалел и раскрыл над ним черный зонтик, оградив от всех снов вообще, – пусть отдыхает.

В соседней каюте спали Гена и Надия – девушка вконец заездила партнера, высушив его досуха, но заездившись и сама, и теперь парочка спала, обнявшись, спокойным сном. Надия угнездилась головой на его животе, поперек кровати – так, как застал ее сон. Гена же заснул с изумленной улыбкой, держа свою широкую ладонь на упругой груди девушки, чему она была несказанно рада.

Шаргион летал по всей планете. Он опускался под воду существом, похожим на помесь щуки и ящерицы, взмывал в небо крылатыми тварями, разговаривающими на ломаном языке зеленых, залезал в песок и ожидал там добычу в теле песчаного жежера и наслаждался вместе с ним вкусом свежего мяса, перемалываемого могучими челюстями, напоминающими мясорубку. Он был счастлив, как никто другой.

Что он видел, кроме космического пространства, колючего света звезд и жарких объятий сытного солнца, обдувающего ветром радиации его тело? Не попробовав, не узнаешь, что ты можешь иметь. И что ты потерял. И Шаргион решил: он теперь дома. И еще – он попросит Славу, чтобы тот оставил ему способность соединяться с другими существами этой планеты навсегда. Без этой способности он точно будет неполноценным.