Карлуша на Луне - Борис Карлов

Тайный министр почти готов признать свою некомпетентность. — Министру Пропаганды и Связи представляется возможность вступить в тайное общество

— Говорите, Фокс, говорите, — мягко, но настойчиво предложил Пупс, прохаживаясь взад-вперед по кабинету. — На этот раз вы будете говорить, а я буду слушать. Сидеть! — прикрикнул он на Тайного министра, который сделал попытку подняться с кресла, в которое Пупс усадил его насильно.

— Похоже, что они уже здесь, в Давилоне, ваше сиятельство. Последние двое суток мы прочёсывали пригороды Клушки, бросили туда все силы…

— Похвальное усердие, господин Фокс, особенно если учесть, что интересующая нас компания преспокойно села в самолёт и вылетела в Давилон, не правда ли?

— Увы, это так. В списках пассажиров вчерашнего дневного рейса восемь вымышленных имен. Это они, ваше сиятельство. Мы никак не ожидали от них такой дерзости.

— Чего же вы от них ожидали? Слёз и раскаяния?

— Мы предполагали, что они на время где-нибудь затаятся. Совершенно непонятно, почему они пошли на такой риск, приехав сюда.

— А я думаю, на это все-таки были причины?

— Я не решаюсь сказать вашему сиятельству… Возможно, они… возможно…

— Говорите!

— Возможно, они хотят расправиться с вами, ваше сиятельство?..

Пупс вздрогнул.

— Вы так полагаете? Что же, в таком случае я прикажу удвоить, нет, утроить мою личную охрану. Но может быть, для большей уверенности заменить также и нерадивого Тайного министра?

— Я целиком во власти вашего сиятельства.

— Я над этим подумаю. Идите работайте. И докладывайте мне о своих действиях через каждые два часа, понятно? Пригласите сюда министра Пропаганды и Связи, он дожидается в приёмной.

Фокс вскочил с кресла, поклонился и поспешно вышел.

Пупс уселся на его место, спиной к дверям, так чтобы его не было видно. Будучи довольно-таки яркой личностью, он питал слабость к театральным эффектам.

Буравчик появился в кабинете и стал недоуменно оглядываться по сторонам, не понимая, куда мог подеваться хозяин.

— Беда не приходит одна, — раздался вдруг страшный голос ниоткуда, кресло резко развернулось, и Пупс вскочил на ноги. — Прошу вас, присаживайтесь, господин Буравчик, — пропел он уже своим нормальным сладким голосом.

— С вашего позволения я постою, ваше сиятельство.

— Хорошо, как вам угодно. Итак, беда не приходит одна: локаторы показывают, что на поверхности Луны совершили посадку две ракеты.

— Именно так, ваше сиятельство. Ракеты с Большой Земли; их начали отслеживать ещё с половины пути.

— Как вы думаете, зачем они здесь?

— Возможно, просто визит вежливости?

— А если не так? А если они всё знают?

— Как можно, ваше сиятельство, как они могут знать?

Пупс вынул из ящика стола бумагу:

— Вот объяснения господина Джулио о его последнем телефонном разговоре с Осликом, нашим гномом, осуществившим диверсию на ракете «Космических поставок». Этот Ослик ни с того ни с сего вдруг взбеленился и отказался с нами сотрудничать. Наверняка он сидел там, возле радиостанции, не сложа руки. Кажется, в прошлом этот Ослик был связан с земными гномами?

— Возможно, это так. Но господин Джулио не подчиняется моему ведомству, будет лучше, если этим делом займется господин Фокс.

— Речь идет не о вашем ведомстве, господин министр Связи, а о спасении нашего государства. Или вы специально хотите меня разозлить?

— Простите, я все понял. Я уже думал об этом деле, и если ваше сиятельство позволит мне высказать своё мнение…

— Позволяю.

— Допустим, что это не простой визит вежливости, а нечто вроде межпланетной инспекции с целью грубого вмешательства в наши внутренние дела.

Пупс удовлетворённо кивнул: министр Пропаганды, как всегда, великолепно выбирал выражения, придавая словам желательный оттенок.

— Что же, — продолжал Буравчик, — в таком случае мы проявим всё возможное гостеприимство. Мы предоставим землянам лучшие апартаменты, прислугу и… наши лучшие угощения, — закончил Буравчик свою мысль, интонационно выделив последние три слова.

— Ага! — воскликнул Пупс. — Я, кажется, вас понимаю!

— За едой мы расскажем дорогим гостям о прекрасной жизни на нашей планете, мы проведём их по улицам, и они смогут сами расспросить наших граждан обо всём, и наши граждане с удовольствием поведают гостям о своей счастливой жизни. И земляне отправятся к себе домой, унося тёплые воспоминания о нашем гостеприимном и счастливом народе.

— Браво, господин Буравчик. Вы — профессионал высокого класса. Но если они потребуют личной встречи с этим Осликом?