Тайна пропавшего ожерелья - Энид Блайтон

— А что ты ему наговорил? — спросила Дэйзи.

— Ну что зовут его Теофилус и что у него много племянников, а из них самый умный — Эрн.

Тут все засмеялись, потому что мистер Гун терпеть не мог Эрна.

— Еще я сказал, что в руках у него будет много денег.

— Угу! Жалованье каждую неделю! — ухмыльнулся Пип.

— Но самый смак был, когда я уставился на его ладонь вот так! — Тут Фатти внезапно сжал руку Дэйзи так, что она подпрыгнула от неожиданности, а он поднес ее ладонь к глазам и вперился в нее. — А! Я видеть здесь очень странная вещь, — сказал Фатти, снова изображая иностранку. — Я вижу толстый мальчик. Большой толстый мальчик!

Тут опять все начали корчиться от смеха.

— Ну, Фатти! — сказала наконец Бетси. — Ты же увидел на ладони Гуна самого себя! А что он сказал?

— Словно бы растерялся, — ответил Фатти своим голосом. — И сказал: «Что? Эта жаба? Говорите, говорите».

— И ты ему наговорил? — усмехаясь, спросил Ларри.

— Ну, конечно. Я сказал; «Берегитесь этого толстого мальчика. Тут какая-то тайна. Толстый мальчик и тайна тут вместе». — Фатти замолчал и обвел друзей смеющимся взглядом. — А Гун сразу насторожился, можете мне поверить. Он сказал: «Что-о! Тайна! Ну, продолжайте же. Какая тайна?»

— И что ты ответил? — Бетси давилась от смеха.

— Я ответил: «Эта тайна я не знаю. Она придет. Но берегитесь этого большого, толстого мальчика».

— Ах, Фатти, ну почему меня там не было? — простонала Бетси, и все ее поддержали. Хоть бы одним глазком увидеть, как Фатти гадает мистеру Гуну по руке.

— Это все? — спросила Дэйзи. — Ну, расскажи еще раз!

— Нет. Не сейчас, — с сожалением сказал Фатти. — Нам еще надо выслушать Ларри. А времени мало. Короче говоря, в результате этого неподражаемого гадания Гун выложил мне десять шиллингов за билет Дэйзи, как овечка. Он даже сказал, что, если я буду гадать на благотворительном базаре, он заглянет в мою палатку узнать, не стала ли тайна яснее.

— Да уж! Утро ты провел замечательно! — заметил Ларри, а Фатти протянул ликующей Дэйзи ее деньги. — А теперь моя очередь.

— Ну рассказывай же! — сказала Дэйзи. — Видел бы ты его, Фатти, когда он переоделся мойщиком окон. Нашел где-то грязный синий комбинезон, нахлобучил на голову жуткую кепку, которая висит в сарае с незапамятных времен, и весь перемазался — и руки, и лицо, и шею! Честное слово, я бы его не наняла мыть окна. Вид у него был как у трубочиста.

— Отлично! — одобрил Фатти, улыбаясь Ларри. — Ну так расскажи, что было дальше.

— Ну, я оделся в комбинезон, взял старое ведро, губку и пошел.

— Куда? — спросил Фатти.

— Я не забыл, что дом нужно выбрать одноэтажный, чтобы обойтись без лестницы, — ответил Ларри. — Ну и попробовал припомнить коттедж, у которого все окна на первом этаже. Потом думаю: мы же видели такой рядом с «Под сенью», помните? Ну куда мы проводили француза, которого приняли за Фатти.

— Ага! — сказал Фатти. — Припоминаю. Ты молодец! В Холли-Лейн. Небольшой домишко с запущенным садом. Стоит в глубине участка.

— Верно! Ну и память же у тебя, Фатти! Ничего не упускаешь! — удивился Ларри. — Я с ведром и губкой подхожу по дорожке к двери и стучусь.

— А там кто-нибудь был?

— Сначала мне показалось, что нет, — ответил Ларри. — И я постучал еще раз, как мог громче. И тут внутри кто-то сказал: «Войдите!» Я открыл дверь и крикнул: «Мойщик окон! Можно начинать?» А он крикнул в ответ: «Да!»

— Но кто это был? Ты не видел? — спросил Фатти.

— Нет, — ответил Ларри. — Но я зачерпнул воды из бочки снаружи и взялся за окна с задней стороны. Их было два. В комнате за ними я никого не увидел. Обставлена она бедно: узкая кровать, тумбочка и стул. Пока я протирал эти окна, наружная дверь хлопнула, и кто-то прошел по дорожке к калитке. Но я его — или ее — не видел.

— И, значит, дом остался пустым? — спросил Фатти.

— Так мне сперва показалось. Но когда я перешел к окнам на фасаде, то увидел, что в той комнате кто-то был, — сказал Ларри. — Тут и начались странности.

Все насторожились, а Фатти спросил:

— Какие странности?

— Ну сначала я никого внутри не заметил и решил поскорее домыть окна и уйти. Честно говоря, я чувствовал себя немножко глупо. И тут вдруг вижу, что кто-то лежит на полу!

— На полу? Упал и ушибся? — спросил Пип.

— Нет, — ответил Ларри. — Он ползал от стула к стулу и ощупывал их — сначала один, затем другой — и что-то все время бормотал.

— Но зачем?! — воскликнул Фатти. — И кто он был такой?

— Не знаю. С виду дряхлый старик, — ответил Ларри. — В пижаме и халате, а на голове что-то вроде ночного колпака. Он ощупывал стулья снизу, пока не добрался до нужного. Во всяком случае, кивнул и засмеялся.

— Очень странно! А дальше что он сделал? — спросил Фатти.

— Пополз по полу к креслу на колесах и кое-как взобрался на него. Колпак свалился, и оказалось, что он совсем лысый, бедняга. Сидел он возле печурки и очень скоро заснул.

— А он тебя не видел? — спросила Бетси.

— Нет. По-моему, он совсем слепой, — сказал Ларри. — Стулья он ощупывал так, словно их не видел. Странно, правда?

— Да, очень! — отозвался Пип. — Но вот для чего он их ощупывал? Может, спрятал что-нибудь в обивку? Деньги, например?

— Не исключено. Опасается грабителей и припрятал сбережения в необычный тайник, считая его надежным, — сказал Фатти. — Да, история странная, Ларри, и хорошо, что это был ты, а не настоящий мойщик. Нечестный тип наверняка догадался бы, что старик проверяет, целы ли его денежки.

— Я снял комбинезон за кустами, обтер губкой лицо и руки и отправился домой, — закончил Ларри. — Нет, куда приятнее расследовать настоящую тайну, чем упражняться в слежке, переодеваниях и мытье окон. Ну какой от всего этого толк?

Но Ларри ошибался. Очень ошибался. Толк был. И большой. Во всяком случае, это навело друзей на первоклассную тайну!