История о погасших огнях - Алессандро Гатти

– А зачем нам дракон? – растерянно спросил Юки.

– Доброе утро, братишка! Мы попросим у него немного слёз и снова зажжём свет в городе! – объяснила Глина.

– Точно, – подтвердил Клинкус. – Вот что я придумал.

– И как ты собираешься заманить в город дракона? – недоверчиво спросил Юки.

– Сделать приманку для драконов, – пожал плечами мальчик.

– Ого! – воскликнула Глина. – А что это?

– Модная игрушка для богачей Умграда, – ответил Клинкус. – Они в последнее время очень полюбили ходить на охоту на драконов. Мы в Мастерских много таких приманок делали. Кажется, они работают.

– А-а-а, ну тогда… – сказал Юки, глядя на сестру.

– Тогда нам надо срочно идти к королеве! – договорила за брата Глина.

– А школа? – спросил Юки. – Если я не приду, учительница напишет записку, и мама опять будет ругаться.

– Ну и что?! Есть дела и поважнее школы, – решительно заявила Глина.

Клинкус улыбнулся и стал ждать, когда брат и сестра закончат собираться. А потом вытянул руку на подоконник, чтобы они забрались к нему на плечи.

Как и все большие города, Листвянка утром напоминала муравейник. Древесные улицы и мосты, подвешенные между стволами, были заполнены пешеходами и повозками. Грибокулёры скользили то вверх, то вниз, а у лифтов толпились жители и в ожидании транспорта читали утренний номер «Листовки», отпечатанный на дубовом листе. В мастерских уже вовсю трудились плотники и канатчики, у которых всегда было много работы. То и дело мимо пробегали какие-то люди с воском и фитилём для изготовления свечей. Жители Листвянки, кажется, смирились с тем, что им придётся жить в темноте, которая со дня на день грозила опуститься на город.

Почтовое отделение и рынок Четырёх Пней были запружены людьми. У Клинкуса глаза разбежались: орехи, фундук, каштаны, мёд, ежевичное варенье, сушёные грибы, разные травы и великолепные ткани, сделанные из спрессованных листьев и лепестков ярких цветов. Судя по ценам, самым дорогим товаром в Листвянке были прозрачный берёзовый тюль, отливающий перламутром, и легчайший, очень тонкий и переливчатый шёлк из роз.

Клинкус старался двигаться как можно осторожнее, а жители Листвянки забывали о своих делах и останавливались, чтобы поглазеть на великана, разгуливавшего по улицам города. Одни тихо переговаривались между собой, другие вслух обсуждали новость:

– Да что вы говорите? А мы-то не знали ничего!

Дети, особенно те, которые никогда не видели живого миука, смотрели на него несколько испуганно.

– Мама, мама, что это? – закричал маленький мальчик, тыча в Клинкуса пальцем. – Это он? Это миук, который ест детей?

Мальчик громко расплакался, а его мама виновато улыбнулась Клинкусу и стала успокаивать малыша:

– Ну что ты! Не плачь! Господин Клинкус не ест детей. Смотри, какое у него доброе лицо!

Клинкус наклонился к малышу и широко улыбнулся. А потом вдруг замер, закрыл глаза и потянул ноздрями воздух:

– М-м-м, какой запах! Чем так вкусно пахнет?

– Это хрусченье! – мечтательно сказал Юки.

– А это кофейня Барсука-фундука, в которой готовят лучшее хрусченье в городе, – продолжила Глина, указывая на вывеску на ветке.

– Хрусченье… Никогда такого не ел, – признался Клинкус.

Юки и Глина свесились с плеч мальчика, чтобы заглянуть ему в глаза. Как мог жить на свете человек, который никогда не ел это объедение из жареного миндаля, орехов и мёда золотой акации?

– Это надо срочно исправить! – нашлась Глина.

Тут же соскользнув с плеча Клинкуса, она переместилась на кривую ветку, ведущую в кофейню Барсука-фундука. А через несколько минут выпрыгнула из двери, держа в руках большой красный пакет. Вернувшись на плечо Клинкуса, Глина распределила хрусченье:

– Одно мне, одно для Юки и… десять Клинкусу!

– Почему мне одно, а Клинкусу десять? – возмутился Юки.

– Да ты посмотри на него, – сказала Глина и усмехнулась. – Этому мальчику не меньше десяти надо съесть, чтобы распробовать. Какие же вы всё-таки огромные, миуки!

Клинкус положил хрусченье в рот и растаял в блаженной улыбке:

– Спасибо, Глина! В жизни не ел ничего вкуснее!

Он медленно смаковал листвянские печенья, растягивая удовольствие, пока Глина наконец не закричала:

– Может, пойдём уже?! Ты прям как Рилло, только и делаешь что ешь! Забыл, что мы торопимся?

Клинкус осторожно вскарабкался на нижнюю ветку и стал медленно забираться вверх по дереву, помня об обещании, которое он дал королеве.

Шаткие мосты и перекрученные канаты скрипели, но держались, а ветки деревьев в Большом лесу, к счастью, были очень крепкие.

– Далеко ещё? – спросил Клинкус, стараясь не зацепить рукавом каминную трубу.

– Ещё пара уровней, – ответила Глина.

12. В Королевском дворце

Королевский дворец был самым величественным строением в Листвянке. Возведённый на ветвях могучего дуба, он устремлялся вверх своими несчётными шпилями, башнями и островерхими крышами. Двадцать витражных окон из цветной смолы переливались на солнце, а штандарты из листьев с гербами всех семей города красиво развевались на ветру.

Много лет назад придворные ремесленники вырезали в высохшем вьющемся растении ступеньки винтовой лестницы, которая поднималась к главному входу дворца. По ней навстречу юным гостям спешил запыхавшийся советник Фалабас.

– Господин Кора, добрый день! – с лёгким поклоном поприветствовал гостей Фалабас. – Добрый день, ребята! Постойте-ка, а вы разве не должны быть в школе?

– Должны, господин советник, – признался Юки. – Но нам надо было проводить во дворец нашего друга.

– Он хочет сказать вам что-то очень важное, – поспешила добавить Глина.

– Вот как? И что же? – спросил Фалабас, потирая руки от нетерпения.

– Я вам сейчас всё объясню, господин советник, – ответил Клинкус, поудобнее устраиваясь на ветке, от чего вся лестница вместе с советником качнулась в сторону. – Ой, простите. Вот зачем я пришёл. Вчера вечером Юки и Глина рассказали мне о вашей проблеме со светом… И мне кажется… В общем, я могу сделать приманку, чтобы завлечь дракона в город. Если дракон клюнет, можно будет попробовать выдавить из него пару слезинок и…