Улица Пратер - Жужа Кантор

— Теперь у нас хоть обещание есть. Это уж вещь!

— Что от него толку! Хуже, чем вообще ничего!

— И на что нам их грамота? Лучше бы передали благодарность по школьному радио. Что ж тут такого, чтобы от всех в тайне держать?

Такие разговоры я просто не мог слышать и потому ушел в другой конец коридора. Ничего себе, хорошенькая компания! И их-то еще так полюбила моя бабушка!

Больше они не получат от меня никакого приказа. Хватит!

Я твердо решил порвать с «пингвинами» и раз и навсегда покончить с этим моим тайным командованием. Но близился день рождения бабушки, и врач разрешил ей встать и испечь пирог. Она несколько раз спрашивала меня:

— Ты передал своим друзьям, что я приглашаю их на свой день рождения в гости?

— Передал, но не знаю, смогут ли они. Теперь нам так много задают уроков!

— Раньше же они приходили.

На это я уже ничего не ответил. Что я мог ответить? Наступила тишина.

Дедушка допоздна играл в своем клубе в шахматы. Я даже радио не стал включать. К чему? Тускло мерцала лампа. Я подумал о семье Шаки: там всегда людно и всегда шумно и весело. А у нас не так. Я посмотрел на бабушку. Печально опустив голову, она уснула в кресле. А на полу у ее ног — бумажка. Упала с колен. Я поднял ее. На бумажке — список продуктов, нужных для торта.

На следующий день она действительно дала мне денег на покупки.

— Я знаю, Миши, — сказала она, — что ты любишь торт с орехами. Испеку для тебя торт — большой, как мельничный жернов. Так что, если хочешь, пригласи и «пингвинов».

Дул сильный ветер. Но я никогда не мерзну: даром, что ли, на мне шарф, купленный бабушкой? Что бы такое и мне купить ей в подарок на ее день рождения?

Над этим я думал все время, даже на уроках. И на перемене я стоял один и задумчиво глядел в окно, как вдруг ко мне подходит Жужа Хоронская.

— Ну, а ты что стоишь скучаешь?

— Откуда ты взяла, что я скучаю!

— По тебе вижу, вот уже который день. Если у тебя что неладно, расскажи.

— Все у меня ладно, — сказал я и покраснел до ушей.

Так мы и стояли друг против друга, не говоря больше ни слова. И вдруг я вижу, подходят к нам и остальные «пингвины». Окружили нас, и Клавора своим басом принялся расспрашивать:

— Над чем голову ломаешь, Мишенька?

— А тебе что за дело?

— А ну, ребята, давайте сами угадаем! — воскликнула Сиди. — Хорошо? Ты, наверное, думаешь о дне рождения твоей бабушки. Не знаешь, что купить ей в подарок?

Я прямо остолбенел. Откуда это они знают?

— Прошлый раз твоя бабушка сама говорила нам, что скоро у нее день рождения.

Верно, вспомнил я, она говорила. И тогда же пригласила всех их в гости. Ну хорошо, тогда спрошу и я их напрямик:

— А вы придете к ней завтра вечером?

— Конечно, — кивнул головой малыш Тот. — Да мы наверняка и приказ об этом получим.

— А если не получите?

— Получим, — захохотал Таши. — Как пить дать!

— Железно, — кивком подтвердил Йошка Зеке. — До сих пор почти всегда ко времени приказы поступали. У нас в этом деле порядок. Это уж точно. Наградами у нас, правда, не швыряются, но порядок есть. Знают, что делают. И уж такой день рождения они никак не могут забыть. А придет приказ, придем и мы.

На этом наша беседа и оборвалась, потому что позвонили на урок.

После занятий я купил все необходимое для торта, а вечером написал очередной приказ для «пингвинов». Что мне еще оставалось делать? Они же сами его ждали. А бабушка ждала их. Еще раз пусть «пингвины» придут без всяких грамот. А там конец, больше я приказов не пишу. Скоро ведь и бабушка поправится, сможет выходить на прогулки и не будет больше такой одинокой.

На этот раз я написал очень короткий приказ. Принести только букет гвоздик, и ничего больше. Приветственное слово скажет Жужи Хоронская. Она пусть и цветы вручит. Казалось бы, короткий приказ, а пришлось четырежды переписывать. Все не получалось. Один раз орфографическую ошибку сделал, потом грязно получилось.

«Дурной знак, — подумал я. — Не люблю я такие предзнаменования».

Раньше, бывало, у меня все приказы с первого раза получались.

На другой день я купил в подарок бабушке маленькую коробочку конфет. Узенькая такая коробочка: вишни с ромом. На большее у меня не было денег. И на эту-то покупку сколько пришлось копить. Но бабушка любит ромовые конфеты.

Засунул я коробку в карман и пошел к Таши отдать приказ. А у них на улице как раз чинили тротуар, до половины уже расковыряли. Я два раза споткнулся о вывороченный булыжник.

«Дурной знак, — подумал я. — Чертовски дурной! Того и гляди, растянешься».

Охотнее всего я повернул бы назад. Но ведь дома бабушка ждет «пингвинов».

Таши жил на четвертом этаже. Я поднялся. Не шел — полз, как улитка. Но зато, засунув приказ за дверную решетку и позвонив, я стрелой полетел по коридору к выходу. Наконец-то! Вот и парадное. Успел!

Но как быстро я ни мчался, в конце коридора меня настиг стук распахнувшейся двери и окрик:

— Стой! Наконец-то ты попался! Я тебя видел!

Сердце мое ушло в пятки. Словно в игре в палочку-выручалочку: