Коты-воители. Главная надежда - Эрин Хантер

- Ну что, видишь границы? - взмахнула хвостом Ежевичинка. - Может быть, ты чувствуешь их запах?

- Они же далеко, - возразил Воробей, не сводя глаз с лежавшей перед ним картины. Нет, здесь не было границ, разные территории плавно переходили друг в друга, за мягкими склонами долин темнели леса, блестели тропы, проложенные реками и ручьями.

- Так видит ваш дом Звездное племя, - тихо сказала Ежевичинка. - Нам открыта его красота, его щедрость и просторы. Мы не видим, какому племени принадлежит тот или другой камень, то или иное дерево. Не ищите несуществующие границы…

- … защищайте единственный рубеж, за который стоит стоять насмерть, - повторил Воробей ее слова, продолжая разглядывать отражение огромного зеленого мира. - Но что это за рубеж?

Ежевичинка дотронулась кончиком хвоста до его щеки, мягко заставила поднять глаза.

- Единственная настоящая граница пролегает между днем и ночью, между жизнью и смертью, между надеждой и поражением.

Несколько мгновений Воробей молча смотрел на нее, потом не выдержал.

- Вы там, в Звездном племени, вообще с головой дружите? - прошипел он. - Напомнить тебе, кто все последнее время натравливал одно племя на другое? Кто велел нам разорвать все связи с соседями и надеяться только на своих соплеменников? Или это не вы требовали, чтобы даже целители забыли свой древний закон и перестали оказывать помощь друг другу? Оглянись по сторонам, разве ты не видишь, что в ночь полулуния никто, кроме меня, не пришел сюда? Вы рассорили нас, сделали врагами, а теперь вдруг называете наши границы несуществующими и призываете стать единым племенем! Может, завтра вы попросите, чтобы мы дружно отрастили себе крылья или утопились в озере? Признайся, может, вы просто сумасшедшие?

Ежевичинка съежилась под градом его обвинений, нервно переступила с лапы на лапу. Потом, не поднимая глаз, тихо призналась:

- Мы… мы больше не видим вас…

Она с тоской посмотрела на озеро, покачала головой.

- Мы очутились в полной тьме, у нас теперь всегда ночь… Мы напуганы и не знаем, что делать.

Воробей распушил хвост, презрительно скривил губы.

- И чем же я могу вам помочь?

- Открой им глаза!

- Кому? Нашим племенам?

- Звездному племени!

- С какой стати? - ощетинился Воробей. - Почему ты сама не можешь это сделать?

- Потому что я бессильна! - со слезами в голосе прошептала Ежевичинка. - Я не избранница, в моих лапах нет силы звезд! - Устало сгорбившись, она отвернулась и побрела по петляющей тропке прочь от озера. - Воробей, молю тебя! Заставь их понять, что четыре племени должны сражаться вместе - или их ждет гибель!

- Стой! - мяукнул ей вслед Воробей. - Как я могу убедить их в этом?

Ежевичинка обернулась.

- Ты уже знаешь ответ на свой вопрос.

Ее голос эхом облетел темные склоны, прошелестел над озером.

- Трое должны стать четырьмя, чтобы спасти племена воителей!

Воробей смотрел ей вслед, пока белая фигурка Ежевичинки не растаяла в темноте. Тогда он опять повернулся к озеру.

Гладь воды снова сделалась черной, теперь в ней отражалось только мерцающее звездами небо. Он поморгал, торопясь проснуться, и овраг исчез. Впервые за долгое время Воробей обрадовался своей вернувшейся слепоте.

И тут сбоку от него что-то мелькнуло.

«Я не слеп! Я все еще сплю!»

Вокруг него сновали тени. Вокруг высились деревья. Стояла кромешная тьма.

- Ты даже не увидишь, как мы придем… - раздался свистящий шепот у него над ухом.

Воробей отпрянул. Чьи-то бока прижимались к нему со всех сторон. Содрогаясь от ужаса, он резко обернулся, до рези в глазах всматриваясь в темноту. Кругом кишели тени, но он не мог разглядеть их.

- А потом ты умрешь… - пообещал другой голос, раскатистый и низкий, как ворчание приближающейся грозы. - Твоя смерть будет долгой… и мучительной…

Воробей обернулся, уставившись за деревья.

- Никто тебя не спасет!

«Кажется… я узнаю этот голос!»

Воробей судорожно втянул в себя воздух, попробовал его на язык. Да, он уже встречался с этим котом раньше, в Сумрачном лесу, когда был там вместе со Щербатой!

- Звездолом?

Тень застыла. Янтарные глаза полыхнули совсем рядом с Воробьем. Призрак с шипением отпрянул.

- Стра-аашно? - вкрадчиво спросил он.

- Нет! - вскинул голову Воробей. - Мы готовы к битве!

- Да неужели? - В янтарных глазах заплясала насмешка. - Слепец, ты даже не представляешь, как ты прав! Некоторые из твоих соплеменников готовы куда больше, чем ты думаешь… И намного больше, чем тебе хотелось бы!

- О чем ты? - похолодел Воробей. Он не понимал, к чему клонит Звездолом, но сердце у него сжалось от непонятного страха.

- А ты послушай!

Воробей насторожил уши.

- Стройся! - раздался громкий окрик из-за деревьев. - Выпустить когти! Приготовиться к атаке!

- Они тренируются, - проурчал Звездолом, сладко щуря глаза.

- Какой прием будем использовать? - раздалось из темноты, и шерсть у Воробья встала дыбом. Он узнал голос Пестроцветик.

- Пожалуй, попробуем хват за глотку.

Это был Березовик!

- Только не цель прямо в горло, - прозвучал злобный голос Ветерка из племени Ветра. - Так смерть наступит слишком быстро. Не забывайте, что мы должны вселять ужас в сердца своих врагов, чтобы смерть казалась им избавлением!

- Правильно, - пробасил Звездоцап. - Если порвать кота в клочья на глазах его товарищей, у них поубавится охоты бросаться в бой.

- Сначала устраши, потом распотроши!

- Складно сказано, Метелица! - засмеялся Жукоус из Речного племени.

Земля ушла из-под лап у Воробья. Все было намного хуже, чем он думал.

«Скольких котов мы слепо отдали Тьме! - в ужасе подумал Воробей. - Скольких воителей мы недосчитаемся в последней битве!»

Ежевичинка была права - чтобы сокрушить мощь объединенного Сумрачного леса, четырем племенам воителей придется объединиться и сражаться вместе.

Мимо опять сновали тени, чьи-то бока то и дело задевали Воробья. Лапы стучали по земле, слышались вопли и визг. Они приближались!

Воробей выпустил когти, приготовившись к нападению. Первым из-за деревьев выскочил Коршун. За его спиной следовала целая армия - сильные мускулистые коты, играя мышцами, выходили на поляну. В темноте Воробей видел их глаза, горящие застарелой ненавистью и жаждой крови. Здесь были коты из всех племен - как живые, так и давно умершие - и все они, оскалив клыки, набросились на Воробья.