Спаситель и сын. Сезон 4 - Мари-Од Мюрай

– Здесь темно, – произнес хорошо знакомый ей голос. – Fiat lux!^[11]

Спаситель щелкнул выключателем, и приемная осветилась.

– Марго не придет?

Сестры Карре вот уже несколько недель приходили на консультацию вместе, выбрав совместную терапию.

– У нее есть кое-какие дела, – объяснила Бландина и спустила ноги.

– Значит, присоединится позже? Ну, тогда ваш выход, мисс!

Театральное приглашение пришло Спасителю на ум по наитию, Бландина всегда готова была что-то выкинуть.

– У вас бывает так, чтобы пришел убийца и сказал: я убил? – спросила Бландина, готовя почву для дальнейшего разговора.

– Не часто, – дурашливым тоном ответил Спаситель.

– Если я признаюсь вам в преступлении, вы поклянетесь, что никому не скажете?

Спаситель выпрямился в кресле, почувствовав, что ему немного не по себе. Два месяца тому назад Жово в этом самом кабинете сказал ему: «Если я скажу, что пришил троих, не проболтаетесь?»

– В преступлении, – повторил он, не давая ответа.

– В общем, так вышло, что я воспользовалась маминой картой Visa и купила себе кое-что по интернету.

– Понятно.

– Что тебе понятно?

– Что тебя надо выслушать.

– Я же не виновата, что она ничего не хочет покупать для моих Пуллипов, – сердито продолжала Бландина.

Пуллипы – это очень дорогие коллекционные куклы, с которыми Бландина снимала ролики, пользующиеся феноменальной популярностью на Ютубе. У нее был даже свой фан-клуб.

– Мне нужен был новый wig^[12] для Кимико. Старый уже dead^[13].

– Короче говоря, ты, значит, стащила у мамы карту, чтобы купить своей кукле парик?

– Мне он был необходим, – настойчиво повторила Бландина.

– А для тебя есть разница между «мне необходим парик» и «мне очень хочется получить парик»?

– Что это меняет?

– Я голоден, я краду хлеб. Это желание или необходимость?

Бландина подняла глаза к потолку.

– Само собой, я не умру с голоду, если у меня не будет парика.

– И все же сказала, что он тебе необходим.

– Ладно, ляпнула глупость.

– Не факт.

– Что не факт? – рассердилась Бландина.

– Возможно, для тебя это и правда необходимость.

Месяц за месяцем разведенные родители Бландины ссорились, мать называла отца самовлюбленным эгоистом, а он ее – депрессивной манипуляторшей. Недавно месье Карре обратился к судье по семейным делам с требованием оградить двух его дочерей от вредного влияния матери. В результате на зимних каникулах девочки отказались видеться с отцом.

– Так что же тебе необходимо, Бландина? – продолжал докапываться Спаситель.

– Мои две ноги, – выпалила она, думая его поддеть.

Да, ей были необходимы отец и мать, чтобы шагать уверенно. Спаситель искал извинение ее поступку и, вполне возможно, предложил бы ей именно такое истолкование возникшего у нее образа, но удар молотка в дверь сообщил им о приходе Марго. Однако она, хоть и опоздала уже на десять минут, не прошла прямо в кабинет, а уселась в приемной. Спаситель поднялся, чтобы пойти за ней. Бландина вцепилась ему в рукав и попросила:

– Ни слова! Ни единого слова!

– Могила.

Спаситель приоткрыл дверь в приемную и неприятно удивился, увидев, что Марго сидит и спокойно набивает на мобильнике эсэмэску.

– Сегодня мы не спешим, – заметил он, раздосадованный ее необязательностью.

– Да. Бландина меня предупредила, что вы сегодня опоздаете.

– Неужели? Как интересно!

Марго тут же сообразила, что Бландина ей наврала.

– Так она здесь?! – воскликнула она, соскочив со стула. – Я так и думала. Хочет, чтобы ей больше досталось вашего времени. Да я ей сейчас глаза выцарапаю!

– Ну нет, – сказал Спаситель, загородив дверь.

– Но вы же не на ее стороне? – возмутилась Марго.

– Нет. И отправлю Бландину в приемную, когда мы будем с тобой работать. Но никакого насилия под моей крышей. Выцарапаешь ей глаза на улице, договорились?

Расставив точки над i, Спаситель пропустил Марго в кабинет. Бландина встала с кресла и загородилась им от сестры.

– Брысь, – распорядилась Марго.

Бландина снова умоляюще взглянула на Спасителя.

– Be a good girl!^[14] – мягко сказал Спаситель.

Марго, сместив младшую с трона, уселась в кресло сама.

– Не сомневаюсь, она наговорила обо мне гадостей.

– Как ты себя чувствуешь?

– Если скажу «хорошо», вы загордитесь своей психотерапией.

– Значит, хорошо?

Марго учится в предпоследнем классе, ей 15 лет, она красивая, умная, очень одаренная девочка, отличная наездница, играет на виолончели, но… Все бросила и дважды пыталась покончить с собой.

Сейчас она улыбалась.

– Можете радоваться, я наконец заинтересовалась серьезными вещами.

– То есть?

– Не поняли? А между прочим, вы мне сами сказали, цитирую: «Школа – это не только учеба, а еще и общение, подруги, мальчики».

– Теперь понял! Ты записалась в клуб филателистов!

Марго рассмеялась. Своими поддразниваниями Спаситель ее только раззадорил.

Глаза Спасителя тоже смеялись.

– Я понял, – сказал он. – Он учится в твоем классе?

– Не-е-ет, – возразила Марго. – Не так все просто. Он в выпускном и на меня даже не смотрит.

Однако неблагоприятные обстоятельства, похоже, нисколько ее не огорчали.

– Он приятель брата моей ближайшей подруги. Я давно его знаю, но никогда не обращала внимания. У него вид был немного того, прямо скажем, дебиловатый, и к тому же от него воняло. Мы с подругой смеялись, что после него хоть святых выноси.

– Так-так-так.

– Со всеми моими историями, – Марго подразумевала свои две ПС и больницу, где она лежала, – я совсем потеряла его из виду, и тут мы случайно встретились… – Марго изобразила крайнее изумление. – Я его едва узнала! Переменился полностью. Даже голос! Не знаю, что произошло, но была гусеница – вылетела бабочка! А глаза! Раньше я не замечала, какие у него глаза. И тоже, как вы, ходит в белой рубашке. НИ ОДИН мальчик в его возрасте не носит белых рубашек. А он… настоящий мужчина.