Пламя Яхве. Сексуальность в Библии - Ричард Дэвидсон

Тамара Эшкенази приводит важные данные (из элефантинских папирусов и Книг Ездры – Неемии), что после вавилонского плена, с гибелью монархии, у евреев наметилась тенденция к возвращению гендерного паритета.^[1092] Эшкенази показывает, что в еврейской общине Элефантина (V век до н. э.) женщины могли разводиться с мужьями, покупать и продавать, наследовать имущество даже при наличии сыновей и подниматься от рабства к официальным ролям в храме. В Книгах Ездры и Неемии мы находим намеки на тенденцию к гендерному паритету в тогдашнем Иерусалиме: возможное упоминание женщины-писца (Ездр 2:55; Неем 7:57); клан, взявший семейное имя матери, а не отца (Ездр 2:61; Неем 7:63); не только певцы, но и певицы (Ездр 2:65; Неем 7:67); потомки возможной известной принцессы, Шеломит (Ездр 8:10 MT; 1 Пар 3:19); женщины, вместе с мужчинами чинившие городские стены (Неем 3:12); пророчица Ноадия (Неем 6:14); религиозный эгалитаризм, при котором женщины были в конгрегации, внимавшей чтению Торы (Неем 8:2–4).

В то же время при мидо-персидском монархическом режиме сохранилось угнетение женщин тоталитарными и сексистскими структурами. Например, Книга Есфирь упоминает о царском указе, который предписывал женщинам повиноваться своим мужьям (Есф 1:17–22), а также о сексуальной эксплуатации молодых девиц на царском конкурсе красоты (Есф 2).^[1093]

Как отмечает Мейерс, статус женщин в Израиле радикально снизился лишь после ветхозаветных времен. «Наложение греко-римской мысли и греко-римских культурных форм на библейский мир» внесло «в семитский мир дуалистическое мышление, такие полярности, как тело и душа, зло и добро, мужское и женское». От этого женщина пострадала, ибо «женское начало стало ассоциироваться с телом и злом»; «когда дом утратил свою значимость, возможности женщины уменьшились, и она стала увязываться с отрицательными сторонами жизни».^[1094]