Семиярусная гора - Томас Мертон

В это самое время и пришла новость из Англии.

Среди писем, которые я обнаружил в полдень Великой Субботы под салфеткой в трапезной, было письмо от Джона-Пола. Я прочел его в Светлый Понедельник, в нем говорилось, что он женился, как и задумывал, и вместе с женой ездил ненадолго на Английские Озера. Потом его перевели на другую базу, и он участвует в боях.

Я понял, что раз или два он где-то что-то бомбил, но писал он об этом так скупо, что даже цензору было нечего вырезать. Было заметно, что в его отношении к войне и своему в ней участию произошла огромная перемена. Он не хотел о ней говорить. Ему было нечего сказать. И по тому, как он писал, что не хочет говорить о ней, было понятно, что он очень сильно переживал.

Теперь Джон-Пол оказался лицом к лицу с миром, который он и я помогали строить.

В полдень Светлого Понедельника я сел писать ему письмо и подбодрить, насколько это было в моих силах.

Я окончил письмо во вторник Светлой Седмицы. Мы собрались на хорах перед общей мессой, когда вошел отец наставник и сделал мне знак «Настоятель».

Я пошел в кабинет настоятеля. Нетрудно было угадать, в чем дело.

Проходя мимо Пьеты в углу галереи, я погрузил свою волю и чувства в рану на боку мертвого Христа.

Преподобный отец сделал мне знак войти, я опустился на колени у его стола, получил благословение, поцеловал кольцо, и он прочел мне телеграмму, в которой говорилось, что 17 апреля в воздушном бою сержант Дж.-П. Мертон, мой брат, пропал без вести.

До их пор не понимаю, почему им понадобилось столько времени, чтобы послать телеграмму. 17 апреля было уже десять дней назад – в конце Страстной седмицы.

Спустя еще несколько дней пришло письменное подтверждение, и наконец, спустя несколько недель, я узнал, что Джон-Пол действительно погиб.

Случилось все так. В ночь пятницы шестнадцатого, на которую приходился праздник Богоматери Скорбящей, он и его экипаж вылетели на своем бомбардировщике, имея целью Мангейм^[518]. Мне так и не удалось выяснить, произошло ли крушение на прямом или обратном пути, но самолет упал в Северном море. Джон-Пол был серьезно ранен при крушении, но ему удавалось держаться на плаву, он даже пытался поддерживать пилота, который был уже мертв. Его товарищам удалось спустить на воду резиновую спасательную шлюпку и втащить его внутрь.

Он очень серьезно пострадал: возможно, была сломана шея. Он лежал на дне шлюпки и бредил.

Его мучила жажда. Он все время просил пить. Но у них не было воды. Бак с водой разбился при падении, вся вода вытекла.

Это длилось не очень долго. Он промучился три часа и умер. Что-то вроде трех часов жажды Христа, Который любил его и умер за него много веков назад и вновь приносил Себя в жертву, и в тот самый день тоже, на многих алтарях.

Его спутники страдали гораздо дольше, в конце концов их подобрали и доставили в безопасное место. Но это было спустя почти пять дней.

На четвертый день они похоронили Джона-Пола в море.