Профессия мама - Елена Патрикеева

В литературе по детской психологии пишут о том, что родитель должен контейнировать эмоции ребенка. Выступать в роли своеобразного контейнера. И тогда ребенок чувствует, что его принимают и в этих состояниях, они неразрушительны, и учится ими управлять, осваивая зрелые инструменты выражения. Но как же быть этим контейнером?

Мама (в первую очередь именно мама как человек, который заботится о ребенке) выступает зеркалом для детских эмоций. Она возвращает ребенку его чувства, называет и проговаривает то, что с ним происходит. Так мы делаем ситуацию понятной, снижаем тревогу.

Но суть контейнирования не столько в этом, сколько в преобразовании. В переводе разрушительного инструмента в конструктивный. За яростью ребенка всегда лежит ворох эмоций. И именно их мама помогает нащупать и выразить. В том числе мама помогает выражать и саму ярость.

• Для этого необходимо, чтобы мама была в контакте со своими чувствами. Чтобы понимала сама, что происходит с ней, какие чувства она испытывает (возвращаемся к заданию из прошлой главы).

• Благодаря этому она, во-первых, сможет просто выдерживать детские эмоции (не разрушаться, не впадать в ярость или в обиду сама, оставаться во взрослой позиции), а во-вторых, понимать, что происходит с ребенком (не интерпретировать его поведение сквозь призму своих эмоций и не приписывать ему «взрослые» мотивы).

С помощью контейнирования мама дает понять, что:

• чувство тебя не разрушит;

• с чувством можно что-то сделать (выразить/высказать/преобразовать);

• в конечном итоге его можно прожить.

Если ребенок такого опыта в детстве не получает (его чувства строго запрещают, стыдят за них, не принимают, мама выпадает в аффект от них), то, вырастая, человек начинает останавливать свои чувства на уровне диафрагмы. Ему кажется, что, если эмоцию выпустить, его просто разорвет. И тогда чувства остаются в теле. И мы имеем весь спектр психосоматики – от мышечных зажимов до нарушения функций отдельных органов и целых систем органов.

Нам как родителям необходимо помнить три вещи:

• кто здесь взрослый, а кто ребенок?

• это наша задача – обучить ребенка зрелым инструментам выражения эмоций. Потому что мир контейнировать не умеет;

• мы не сможем научить ребенка ничему, если сами не понимаем свои чувства и не умеем их выражать, останавливаем себя стыдом, виной и страхом.

Конечно, глобально мы работаем с первичными причинами нашей злости. Даже идем к психотерапевту за профессиональной помощью. Копаемся в своем прошлом, разбираем свои стратегии, знакомимся со своей тенью и прочее. Но вот наступает момент Х. Я уже все знаю, все понимаю, но новые способы реагирования еще не вошли в привычку. В стрессовой ситуации выскакивают привычные способы. Я испытываю вину, стыд, разочарование. Это истощает мои ресурсы, и воспользоваться новыми инструментами становится еще сложнее. Замкнутый круг.

Давайте обсудим конкретные способы, как поймать себя в моменте, как перевести энергию эмоции в конструктивное русло.

• Первейшее и основное – это сочувствие. Просто представьте: вы маленькая, вы не умеете обращаться со своими эмоциями, выражать их, говорить толком. Это непросто. Ребенок в истерике, а вы внутренне ему сочувствуете. Про себя (да и вслух) проговариваете: «Понимаю тебя, я бы тоже злилась и кричала, если бы не могла получить то, что очень хочу, бедный мой малыш». Сочувствие НЕ равно моментальное разрешение всего и вся.

• Замедление. Мы тренируем навык реагировать отсроченно. Если речь не о безопасности, конечно. Как только наступает критический момент, мы замедляемся: мы медленно дышим, медленно двигаемся, медленно говорим. Силой воли. Это точно такая же мышца, как любые другие, и требует тренировки.