Как увеличить личную силу - Валентин Валентинович Рыков

Выше по социальной лестнице располагаются люди, умеющие ценить и то, чего нельзя потрогать. Им не надо пересчитывать суммы в тушки бройлеров или килограммы гречки, чтобы понимать количество. Они ходят к психологам и не разделяют мнения, что те принимают только "больных на голову". И они дарят девушкам цветы, невзирая на тот факт, что букеты нельзя есть или использовать в хозяйстве. В профессиональном плане это работники сферы услуг. Парикмахеры и переводчики, врачи и репетиторы, водители и няни, торговцы и юристы. Всех их объединяет то, что они работают, но не производят никакого товара, который можно пощупать руками. Образование и более высокий порог входа в профессию, вкупе с более высокой оплатой труда, чем у рабочих, делают эту социальную прослойку элитнее предыдущей. Ближе к ее вершине располагаются руководители среднего звена. Они не только не пачкают рук машинным маслом, но даже не мараются непосредственным взаимодействием с клиентами. На вершине этой пирамиды находятся поставщики финансовых услуг.

Вкусы у представителей этого класса более утонченные, как и юмор. Им смешно не только когда кто-то наделал в штаны или неудачно совокупился. Им доступна ирония, игра слов, сочная метафора. Они читают, а иногда даже посещают театр и филармонию. У них не принято похваляться обладанием предметами, напротив, они часто живут на съемных квартирах, оформленных в стиле минимализма, и находят в этом прелесть. Для них гораздо важнее возможность купить все что угодно, вот об этом они говорят много и с удовольствием. Некоторые из них вообще очень много думают и говорят о деньгах, и это несколько утомляет.

Отсюда начинается непонятное. Дело в том, что мы подошли к черте, исторически отделяющей низшие сословия от высших. Как так — воскликнет добрая половина читателей — ну как же так?! Как владелец инвестиционного фонда, миллиардер, банкир, финансист может считаться представителем низшего сословия? Для многих это вообще образец, икона, что-то среднее между человеком и Богом. Увы, должен вас разочаровать: чуть более века назад финансистов брезгливо относили к буржуазии, презираемой дворянами ровно так же, как и крестьяне и немногочисленные тогда рабочие. Дворяне и сейчас их презирают, просто меньше это показывают. Что же такое было у дворян, что являлось предметом их самоидентификации и отсутствовало у буржуазии? У дворян была честь, что возносило их на недосягаемую для низших сословий высоту и давало объективное преимущество.

Низшие социальные слои не умеют ценить деньги как таковые. Для спокойствия им нужно непременно обратить их во что-то осязаемое. Так разбогатевший человек с психологией крестьянина обязательно накупит золота и недвижимости, иначе даже с миллионным счетом в банке он будет чувствовать себя нищим. Птицы более высокого полета уже способны видеть иную красоту, они часами могут любоваться графиками индексов и суммой личных средств на экране монитора. Но у них другая беда — они полагают деньги самой большой силой в мире. Когда им говорят, что есть вещи, которые нельзя купить, они улыбаются и считают собеседника дурачком или (в лучшем случае) идеалистом, верящим в привидения и карму. Тем самым отрезая себе путь в более высокие слои общества, а при значительном капитале и создавая для себя немалую опасность.

Одной из важных непродающихся штуковин, а заодно и дверью, открывающей путь наверх, как раз и является честь, в какой-то мере присутствующая у всех слоев общества, хотя бы в незначительных количествах. Крестьянину всегда немного стыдно на дно оптовой партии картофеля положить гниль, однако это чувство не лишит его сна и аппетита. Стыднее торговцу, нахваливающему свой товар в лицо постоянному покупателю, незаметно сунуть ему гнилую картофелину. Еще стыднее банкиру поступить непорядочно с клиентом — что подумают другие клиенты, коллеги?! Тут уже к стыду примешивается и страх, за такое можно серьезно поплатиться. Но все равно это еще не то. "То" будет тогда, когда для банкира его слово станет ценнее денег, и он наконец-то познакомится с вещами, которые невозможно купить. Когда банкир останется верным своему слову принципиально, несмотря ни на какие убытки и опасности для себя. Станет, образно говоря, самураем банковского дела, фанатично преданным своему клиенту. А самурай это уже следующая социальная ступень — аристократ.

Когда говорят о чести, обычно подразумевают какую-то абстрактную морально-этическую категорию с невнятными границами и функциями. Уверяю вас, это не так, честь имеет простой и понятный смысл. Честь — это то, за что можно отдать свою жизнь. За что может осознанно и добровольно отдать свою жизнь бомж? Да ни за что! Потому что все его цели и занятия в жизни направлены на обслуживание собственного тела. С прекращением жизни тела исчезнут и все его смыслы. А за что посчитает нужным пожертвовать своей жизнью крестьянин? За кабанчика, за капусту в погребе? Полностью аналогично дело обстоит и со всеми остальными, включая финансистов. Обладание деньгами теряет смысл, когда их владелец мертв.

Честь делает человека смертельно опасным, что дает ему весомое превосходство над теми, у кого чести нет. Защищая честь, он делается неуправляемым со стороны и идет до конца, его невозможно подкупить или запугать. Можно ли вообразить себе дуэль извозчика с ростовщиком? Сама постановка вопроса кажется смешной. Представители низших сословий способны лишь на драку за какую-нибудь собственность, и не более того. Также невозможны дуэли между дворянами и представителями иных сословий. Не долго думая, дворянин двинет в зубы зарвавшегося наглеца из черни и будет считать инцидент исчерпанным. Убить крестьянина для него все равно, что убить лошадь, он никогда не пойдет на такой шаг без крайней необходимости. (Что, в свою очередь, ярко показывает, кем дворяне считали крестьян.) Впрочем, в старые времена не лицемерили, как сейчас, и открыто признавали неравенство в обществе.

Казалось бы, не надо задирать дворянина, и он не будет опасен. Но нет, потому что он жаждет защищать не только свою честь, но и чужую. Это торговцы на рынке могут позволить себе любые выражения в адрес торговок. Для дворянина же нелестное высказывание о даме с большой вероятностью оканчивалось дуэлью. Вы думаете, почему в высшем обществе изъясняются столь изысканно? Да по той же причине, что и уголовники "фильтруют базар" — чтобы выжить. Почему японцы — самая вежливая нация в мире? Потому что в Европе процент дворянства колебался между единицей и двойкой, а самураев было десять процентов и более. В таких условиях при недостаточной вежливости можно было в секунду остаться без головы.

Но все это было раньше. В современном мире дворянский титул похож на дедушкину медаль, которой гордятся, но которая