Колыбельная для собаки - Лидия Капленкова

А, чёрт! Напялила обычную, повседневную. Стрелки часов взбесились и бежали наперегонки, кошка орала, я размазывала тушь по глазам, одновременно влезая в сапоги.

Кошка бежала за мной до двери, волоча по полу раздутое брюхо.

Развод накрывался медным тазом. Я представляла ехидные комментарии благоверного, прикидывая шансы загнать его ещё раз в заветное заведение.

Кошка вопила и жмурила счастливые глаза. Потомство медлило появляться на свет. Я ползала вокруг коробки в новых дорогущих колготках. Стрелки циферблата гнались друг за другом. Время вышло.

И вдруг показался первый котёнок! Кася переключилась с меня на новорождённого, я мигом вылетела за дверь и скатилась по лестнице.

Галопом домчалась до маршрутки, рысью – на пятый этаж к означенному кабинету.

Неземная красота потеряла актуальность – лишь бы успеть. Затормозила у дверей на полном скаку, стуча копытами. Поправила перекрученную юбку.

Благоверный не усмехался – он созерцал. Надеюсь, восхищённо.

Судья что-то зачитывала, я согласно кивала головой. В груди бухало, в голове стучало. Развод состоялся.

Дома меня встретила Кася. От двери повела показывать, что нарожала. Шесть штук полосатых котят. Прибавление в семье, безусловно – счастье. Особенно, в такой неординарный день.

Как мы раздавали, раздавали и раздавали котят

Это было давно, в 90-е годы. Жили у нас две кошки, которых подобрали взрослыми с улицы. В обычной квартире на третьем этаже панельного дома. Полосатая Кася и белая Белка. Гуляли самостоятельно на той же улице.

Два раза в год каждая из них осчастливливала нас потомством. В единственной на город ветеринарной клинике стерилизации не существовало.

Мы заранее оповещали всех родственников, соседей, друзей, одноклассников и знакомых о предстоящем событии. За несколько лет обеспечили новыми членами семьи всё ближайшее и дальнее окружение.

Ресурсы исчерпали полностью. Наконец, дошли до ситуации «что делать дальше».

Моя мама преподавала в институте. Некоторое время нам удалось продержаться на студентах. Но уповать на них не стоило, потому что большинство жили в общежитиях.

Кошки продолжали размножаться. Белыми котятами – Белка и полосато-коричневыми – Кася. В количестве не меньше трёх штук. Два раза в год каждая.

На птичий рынок? Там и без нас такого добра валом. Страшно, опять же.

Как раз тогда в нашем районе возник толчок или стихийный базар, которые везде по стране разрастались. Продавали всё и вся. Соседи посоветовали выйти туда с очередным потомством. Да кому они там нужны? Беспородные кошки.

Котята подрастали. Касины. Одного удалось пристроить. Осталось двое – шикарный пушистый коричневый кот и обыкновенная полосатая кошечка.

Погрузили их в коробку, и двинулась я с дочерьми в нелёгкий путь. На дороге, ведущей к толчку, потихоньку люди тоже раскладывали товар. Потоптались мы, осмотрелись вокруг и расположились в сторонке на травке со своим добром.

Были уверены, что если кто-то и заинтересуется, то пушистым котом. Кому нужна обычная кошка?

На нас налетела толпа. Малышей тискали, умилялись, спрашивали, сколько стоят. Какое там стоят – даром, конечно. Сказали, что даром нельзя – не приживутся. Хорошо, тогда – рубль.

Моментально забрали кошку. Мы не поняли. За котом обещали вернуться на обратном пути. Не с ним же по толчку таскаться. Вернуться не успели и очень потом расстроились, догнав нас по дороге назад. На кота образовалась очередь, и люди ещё спорили, кто первым подошёл.

Окрылённые успехом, мы заторопились домой с двумя символическими рублями в кармане.

С тех пор всё многочисленное кошачье потомство относили на толчок. И люди, увидев усатых-полосатых среди вещей и прочего товара – улыбались. Некоторые просто подходили погладить, приласкать.

Запомнился мужчина восточной наружности. Свернул к нам, поцокал языком, приценился. Сунул кошку обыкновенную под кожаную куртку – шик по тем временам:

– Дэржи рубель! Хароший кот вырастет! – я быстренько уточнила, что он ошибся, это кошка, пусть возьмёт другого. Мужчина с приобретением не расстался:

– Ышшо даже лучше! Бывай здорова! – хм… я всю жизнь считала, что люди предпочитают котов.

Как-то старшая дочка одна понесла последнего котёнка. Стояла-стояла, а неподалёку топтался мальчик такого же возраста, лет 13-и. Поглядывал искоса. Наконец, решительно подскочил, сунул рубль и прижал к себе котейку.

В другой раз были уже подросшие Белкины творения. Естественно, белые с чёрными пятнами. Несмело подошли две пожилые женщины, спросили цену. Узнав, что рубль, переглянулись, не поверили. Оказывается, у них была совсем старая кошка, а нового питомца не решались завести, потому что дорого запросят.

Мы ещё видели их, пока троллейбус не отъехал – тётушки сидели голова к голове, гладили пятнистого малыша, любовались.

Вообще, многие недоумевали, почему мы так дёшево продаём. А нас, в свою очередь, удивляло их удивление. Неужели только наши кошки постоянно размножались? Пристроить бы потомство, не до прибыли.

Однажды мы с дочерью поехали на птичий рынок и там, действительно, увидели настоящие цены. Люди тоже радовались нашему рублю. Как раз опять был пушистый шикарный кот и обычная полосатая кошка. Её сразу же выбрал военный.

Мы честно предлагали кота. Мальчик ему не нужен был – умерла любимая кошка, и мужчина надеялся найти точно такую же. Обыкновенную и полосатую.

Кота купила молодая пара с сыном лет пяти. Родители сияли от счастья, а мальчишка надулся и даже попытался замахнуться на котёнка. За него единственного мы переживали. Кота, не ребёнка.

Соседи по прилавку злобно на нас смотрели – ещё бы, сразу своих продали. Но они держали цены и довольно высокие. Тем более, для голодных 90-х годов. А тут мы с рублём. Странно, что люди вообще приходили за животными.

Почему-то у Каси всегда получались роскошные длинношёрстные мальчики и невзрачные девочки. И каждый раз кошечек расхватывали первыми.

Позже, через несколько лет, когда Белки с Касей не стало, работали мы с мужем на рынке. Однажды по рядам ходили девочки с двумя котятами в коробке. Шикарным пушистым серым котом и неприметной полосатой кошечкой. Мы сразу выбрали её. Девочки тоже удивились и честно предлагали красавца-кота. Так у нас появилась Майя и прожила 15,5 лет.

Кошка Зара. От слова «зараза»

История давняя, из моей молодости. Мы с мамой вышли прогулять овчарку на ночь глядя. Бродили по безлюдным улицам и вдруг услышали писк. Вроде бы, котёнок плакал.

Где – не поняли. Фонари горели через один-два и разглядеть в темноте пищащую кроху не получалось.

Да и зачем нам котёнок? Хватало своих двух кошек, которые регулярно размножались. У соседей тоже полный набор кошаков проживал.

Пошли мы дальше. Когда возвращались, малыш уже не плакал – рыдал. Да что мы, не люди? Спохватились, что овчарка найдёт в два счёта. Она нашла. Тыкалась носом в угол под лестницей, где ничего не было видно.

Я нагнулась, пошарила, выловила невесомое тельце. Чёрный котенок разевал крошечный розовый рот, шипел и захлёбывался криком. Ну ладно, где двое, там и трое.

Жили в одноэтажном доме в самом центре города. Маленький дворик на девять квартир. Кошки гуляли сами по себе и, к сожалению, часто пропадали. Что наши, что соседские.

Новое приобретение оказалось женского пола. Назвали Зарой.

Стерилизации в то время не только не существовало – о ней даже не подозревали. Как ни странно, всех котят удавалось раздать.

Итак – Зара. Такого вредного существа у нас ещё не было. Первым делом подросшая дама оккупировала обеденный стол, хотя за всю мою жизнь ни одна кошка подобного себе не позволяла. Сначала, конечно, пытались, но быстро понимали, что к чему.

Зара на столе возлежала. Всегда. Никакие спихивания и шлепки не помогали. Чёрная пантера желала обитать именно здесь, среди тарелок. Щурила жёлтые глаза, шипела. Закрывали её в комнате, чтобы поесть.

Потом настало время рожать котят. Зара оказалась хорошей мамой, даже чересчур.

Первым делом решила перепрятать потомство в надёжное место. Мы обнаружили пустую коробку. Перевернули весь дом, Зара наблюдала.

Чудом услышали шорох в кухонном столе, где за дверцами хранили сыпучие продукты. Открыли –