Stars - Лена Ленина

О том, что звезды – это дырки, о том, кто не хочет сбривать усы, о том, кто падал из окна, о том, почему истина не в вине, а также о том, чьих песен Пугачева спела больше, чем песен других авторов.

Мы только что прошли сквозь толпу сгрудившихся у входа в отель чудаков с фотоаппаратами, и мне было по-детски приятно, что в Монако у меня просили автографы чаще, чем у усатого парня напротив. Мы сидим в самом красивом княжестве на Земле, после роскошного ужина в трехзвездочном по Мишленовскому гастрономическому справочнику ресторане, в одном из до такой степени роскошных отелей, что кажется, на reception владельцы приняли на работу как минимум графиню. Нас только двое, и никто не помешает мне предвкушать удовольствие от мудрости и опыта. Начинающие звездульки пьют, как им это и положено по рангу и убеждению, только воду, а звезды пьют то что хотят и плюют на количество градусов.

Игорь Николаев дал себя уговорить включить его интервью в книгу о мировых звездах, и я решила спросить у него, а что же такое настоящая звезда.

– Мне бы не хотелось об этом говорить. – Под проницательным взглядом Игоря я ощущала себя картофелиной, с которой снимают кожуру. – Там, где звезда, там и кумир. Я не думаю, что есть звезды вообще. Есть известные люди, которые прославились благодаря своей профессии. И Маяковский, который говорил: «Если звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно», – сам в какой-то степени был звездой своего времени и пал жертвой своей собственной звездности. Поэтому быть «звездой» – это скорее бремя, чем радость в жизни. Если говорить о радостях жизни, то у людей таких профессий, как нефтяники и газовики, их гораздо больше, чем у не слишком богатых и в то же время ранимых и амбициозных публичных людей. Это слово «star» скорее относится к старому Голливуду времен Мэри Пикфорд, Чарли Чаплина и Мэрилин Монро, когда в мире было мало людей такого формата. Когда мы говорим о звездах, то говорим о пропорции огромного, бесконечного черного неба и маленьких светящихся точек, называемых звездами. По определению звезд меньше, чем черного неба, поэтому кажется, что звезда – это нечто более уникальное, чем глубокое черное, бездонное небо. Кто-то считает, что звезды – это просто дырки в этом черном холсте, вход в другое измерение, откуда изливается нереальный ослепительный свет. И поскольку на этом черном холсте дырки нанесены очень тонкими иголочками, нас свет звезд не убивает, мы только видим их свечение. Поэтому я не думаю, что к нам, грешным, это слово имеет какое-то отношение. У нас, русских, любовь народа носит, к счастью, постоянный характер. Даже если тебя забудет подавляющая масса людей, то все равно останется несколько твоих поклонников, которые будут тебя любить и помнить, хранить твои фотокарточки и старые пластмассовые пластинки в своих чешских гарнитурах. И это классно. Хотя если ты не совсем покойник, то можешь еще песни новые сочинять, не для того, чтобы удивить народ новыми песнями, а чтобы показать, что ты еще жив и здоров.

– Вернемся к Вашему высказыванию по поводу редкости звезд уровня Мэрилин Монро и Чарли Чаплина. – Я всегда готова полемизировать с умным человеком. – Мне бы хотелось возразить. Население планеты существенно увеличилось, и поэтому естественно, что звезд стало больше. И от этого они не стали менее достижимыми и менее желанными, чем звезды прошлого времени. И так же как и те звезды подвергались жесточайшей критике современности, так и те звезды, которых мы не хотим считать таковыми сегодня, последующее поколение будет считать такими же мифами и легендами, как Мэрилин Монро.

– Принято считать, что звезда – это продукт индустрии. Для меня же звезды – это совершенно другие люди. Для меня звезда – это мой отец, который писал хорошие стихи, жил честной и праведной жизнью, при жизни выпустил пять поэтических сборников, страдал, радовался, любил. Звезда – это, например, тот, кто сочиняет гениальную музыку, как Чайковский. Это даже не звезда, это сверх этого понятия. Звезда – это мелкое слово, которое используется, чтобы охарактеризовать человека, который работает в публичном бизнесе. Мне больше нравятся другие люди, более замкнутые, которые творят в одиночестве, не показывая себя, чем те люди, которые это делают публично. Хотя Чайковский и был публичным человеком, дирижировал симфоническим оркестром в консерватории, которая потом стала носить его имя, но тем не менее внутренняя работа над собой была гораздо сильнее, чем внешняя. То есть человек делал себя своими сочинениями, а не созиданием своего образа в средствах массовой информации.

– Давайте поговорим о создании образа в СМИ. Мне кажется, что Вы достаточно умело лавируете в потоке информации, очень грамотно выстраиваете свой имидж, наверное, тоже в какой-то степени манипулируете прессой, так же как и она пытается это делать с Вами.

– Я всегда говорил, что мой имидж – это отсутствие имиджа. Если Вы считаете имиджем мои усы, которые я никогда не стригу, то это скорее абсолютное его отсутствие, поскольку я усы никогда не сбривал, за исключением принятия присяги в армии. Я храню эти фотографии, и когда у меня возникает желание их сбрить или режиссер настойчиво рекомендует мне поменять так называемый имидж, я достаю эту чудесную черно-белую фотографию, на которой я стою с автоматом, и желание мгновенно пропадает. Бывают статьи, в которых пишут, что если Игорь Николаев думает, что его прическа «а-ля пожилой спаниель» его украшает, то он ошибается. Такие статьи проходят мимо внимания как моего, так и моей публики, потому что не в этом дело. Когда человек заходит в консерваторию и у него остается пятнадцать минут до концерта, который не является концертом поп – или рок-музыки, то он должен вести себя соответствующим образом, при этом не сильно скрипя креслом. Он смотрит по сторонам, видит портреты Баха, Моцарта, Римского-Корсакова, Шостаковича, Прокофьева, кого-то он узнает, кого-то, может быть, и не знает, но при этом он знает, что запомнил этого человека именно таким. Значит, этот человек, чей портрет висит в консерватории, не зная, что такое имидж, является носителем некого имиджа, зафиксировавшегося в веках. Если это Чайковский – значит, это бородка и седые волосы, как будто он родился с седыми волосами. А я думаю, что он без бородки родился. Но тем не менее его имидж такой, а не иной. Когда-то для одного клипа я все-таки отрастил так называемую эспаньолку. Когда я приехал домой, жена на меня презрительно посмотрела и сказала: «Что ты отрастил за...» Дальше следует слово, которое невозможно опубликовать. Я не мнительный, и полклипа было уже снято, пришлось так сниматься и дальше. Я понимаю, что это тот самый балласт, мешок песка на воздушном шаре. И сколько бы раз он ни облетел вокруг Земли, гелий остывает и воздушный шар начинает падать. Тогда, чтобы шар продолжал полет, нужно сбрасывать мешки с песком, которые до некоторых пор лежали в корзине воздушного шара.