Миражи советского. Очерки современного кино - Антон Долин

Скоро «Танки» проедутся своими тяжелыми гусеницами и по вам. Искушение уклониться от такого удовольствия велико, но постарайтесь всё-таки посмотреть этот фильм. Впечатление будет гарантированно сильным. Более откровенного автопортрета людей, управляющих сегодня Россией (по меньшей мере российской культурой), представить себе невозможно.

Некоторое время назад в нашей стране был осуществлен открытый акт цензуры — отмена проката британской комедии «Смерть Сталина». Ратовавшие за этот радикальный жест органы власти, по сути, открыто признались: да, мы сталинисты. Ничем, кроме иррационально сильного пиетета к вождю — в пресс-релизе к «Танкам» это слово пишется с большой буквы, — запрет безобидной картины объяснить было невозможно. Как это — «смерть Сталина»? Он разве не вечно живой?

Вот и доказательство. «Танки» — фильм, рабочим названием которого была формула «Увидеть Сталина». Он сделан командой под руководством режиссера Кима Дружинина, известного по ленте «28 панфиловцев», и при активном содействии министра культуры Владимира Мединского. «Это очень правильное кино», — сказал министр о картине, в титрах которой значатся и он сам, на правах автора идеи, и лелеемое им Российское военно-историческое общество. Сюжет картины — пробег двух опытных образцов новейших танков Т-34 из Харькова в Москву в 1940 году. Конечная точка путешествия — Красная площадь, где конструктора Михаила Кошкина и его команду встречает лично Сталин. Лицо его светло и спокойно. «Это будет ласточка наших бронетанковых сил», — произносит он со значением. На этом фильм победно завершается. Простите за спойлер.

Как и в фильмах сталинской эпохи, вождь народов — не главный и не эпизодический герой. Он — эдакая универсальная точка отсчета, величественный монумент самому себе, нерасчленимый на элементы знак. Бог из машины, благословляющий на бой другие машины. Не только танки, но и ведущие их люди здесь — хорошо отлаженные автоматы, готовые служить родине и начальству.

«Танки» сообщают о многом — не только о любви авторов к Сталину. Например, о концепции истории, дорогой сердцу и уму Владимира Мединского. Из всех режиссеров, снимающих военно-патриотическое кино, он выбрал для покровительства именно Дружинина. А всё потому, что тот имеет дело не с осмыслением фактов, а с построением «правильных», по определению самого министра, мифов. «28 панфиловцев» были первым тому доказательством, «Танки» подтверждают гипотезу.

Кошкин действительно перегонял танки в Москву из Харькова. Разумеется, тогда всё прошло бессобытийно и скучно. Не то что в фильме Дружинина. Еще на заводе немецко-фашистские диверсанты начинают охоту на доблестных танкистов. Откручивают вентиль на баллоне, чтобы спровоцировать взрыв. Готовят группу захвата: бритоголовые, накачанные, с каменными лицами, вооруженные до зубов — не наши, ясно сразу, хотя по-русски говорят без акцента. Кто они? Те самые враги народа, о которых мы не вспоминали с детских лет, когда читали «Судьбу барабанщика» и «Бронзовую птицу».

Неслучайно выбран 1940 год. Войны в СССР еще нет, но война идет всегда. Разумеется, коварные фашисты строят козни против товарища Сталина даже в годы пакта о ненападении. В секретном кабинете сидит немецкий генерал и приказывает неведомой белокурой валькирии: до Красной площади танки дойти не должны! Не сомневайтесь, противостояние подкупленных заграницей злодеев с Россией — мы же только защищаемся, это общеизвестно — продолжается веками, и несть ему конца. Когда один из предателей пытается убедить Кошкина перейти на его сторону, он щеголяет аргументами то ли из пропаганды сталинских времен, то ли из сегодняшней: по его словам, в Европе «чистые города, воспитанные люди». Ну и зарплаты повыше. Герой с негодованием отказывается, ведь он служит народу.