Дохулиарды. Не тратить меньше, а зарабатывать больше - Лилия Нилова

Записалась. Так и пришла в Art of living. Это было через полгода после того, как я эмигрировала – в марте 2018 года. Там и начала ближе знакомиться с американцами.

Это был курс с основами учения гуру Шри Шри Рави Шанкара. Нас обучали, как правильно дышать, что дыхание помогает управлять стрессом, а жизнь длится от первого вдоха до последнего выдоха. Все эмоции связаны с дыханием. Все знают: когда человек напряжен, ему надо выдохнуть, расслабиться. При испуге – задержать дыхание и т. д.

Нам преподавали дыхательную технику, я стала выполнять ее регулярно. Что-то вроде активной медитации: сидеть с закрытыми глазами, концентрироваться на своем дыхании… вот и все. Нам велели повторять эти упражнения еще 40 дней после окончания курса. У меня с дисциплиной все хорошо – я послушно делала, что сказали. После этого сходила еще на курс медитации, а потом – на курс молчания, куда хотела изначально.

На курсе молчания надо… молчать. Кто бы мог подумать, да? Но все оказалось не так просто. Сначала надо разговаривать со всей группой, потом входить в медитацию и делать в этом состоянии всякие вещи. В том числе помогать комьюнити убираться, готовить – потому что кормят учеников прямо на курсе.

Был случай: сижу на кухне, надо резать овощи. Одна девушка делает это неправильно – не так, как показали. А я не могу ее поправить – положено молчать! Внутри меня все кипит. И потом вдруг приходит осознание: «Окей, она режет неправильно морковку и что? Она из-за этого не сварится, что ли? Зачем ты драматизируешь?» Тогда-то я и поняла, для чего мы здесь.

То есть на протяжении курса человек, по сути, находится в долгой медитации, не разговаривая ни с кем. Не соблюдает никакие социальные нормы, не здоровается при встрече и так далее. Для меня это стало очень большим подспорьем. В обычной жизни я разговариваю очень много, иногда по 12 часов. Веду тренинги, курсы, прямые эфиры, публично выступаю… Курс молчания после всего этого – просто тотальная перезагрузка.

После первого раза я решила, что хочу посещать эти занятия на постоянной основе. Сейчас прохожу примерно три курса молчания в год. И регулярно медитирую.

В связи с пресловутым коронавирусом я в начале 2020 года выпала из графика медитации. Стала делать ее не ежедневно, а через раз, иногда – два дня делаю, потом день пропуска… В итоге быстро стала тем человеком, которым была до медитации – с паническими состояниями, со злостью, с агрессией, истериками, эмоциями и т. д. И тогда просто сказала себе: «Лиля, надо вернуть медитацию, дыхательную практику. Потому что без этого ты текущую ситуацию переживешь весьма стремно».

На момент написания этих строк я медитирую ежедневно уже две недели подряд. И уже чувствую разницу – стала спокойней, у меня нормализовался сон: ложусь в 10 вечера, встаю в 7 утра. Это важно – особенно когда надо в условиях карантина выстроить свой распорядок дня, рацион и остальную жизнь. Поэтому спасибо медитации, спасибо Калифорнии, спасибо гуру, моим друзьям, которые меня привели к этому! Сейчас это важная часть моей жизни.

Разумеется, в США я не только медитировала. В основном, конечно, работала. Без этого – никак. В Штатах моя карета превратилась в тыкву. В России я была, такая: «Привет, я Лиля, зарабатываю 2 миллиона в месяц», и все: «О май гад!» Когда приезжала куда-то, все сначала видели мой «Рендж Ровер», потом брендовую сумку, потом меня. Вот они, замашки бедных в прошлом девочек. Дешевый понт дороже денег!

А что в Америке? «Привет, теперь твоя квартира стоит в 10 раз дороже. Привет, теперь поход в магазин обойдется в 8 раз дороже!» Если в России я пришла в ресторан и нормально поела на 1500 рублей, то в США это 40 баксов минимум. А сходить в какое-то приличное заведение с друзьями, которые пьют вино, отпраздновать что-то вчетвером – 800–1000 долларов. В России за те же деньги можно свадьбу сыграть, еще и на двойника Стаса Михайлова останется.

То есть, первое, с чем я столкнулась – нужно больше денег. Да, у меня оставались какие-то накопления – около 150 тысяч долларов. И все равно требовалось больше: заплатить адвокату, за квартиру и так далее. Каждый шаг стоил денег.

К тому же я первое время пила алкоголь. Вы же помните главу про трезвость – как стала социальным алкоголиком и закладывала за воротник 26 дней из тридцати в месяц. Понятно, что не упивалась в слюни, но все равно. Я же была тусовщица: прихожу на вечеринку – там пью, потом с подружками поехала в бар – выпила еще. И каждый вечер такой: 2–3 места, я в каждом выпила, где-то – по нескольку напитков.

Чем кончилось, я уже рассказала. Стала оздоровлять рацион и бороться со своим женским алкоголизмом. Кстати, мне говорили, что в Америке все толстые. Возможно, но не в Калифорнии. Тут много людей, которые хотят работать в киноиндустрии. Повсюду – типичная американская красота: загорелая, подтянутая девчонка с белыми волосами до попы, с ресницами, глазищами и прочими атрибутами. Я концентрировалась на этих образах и осознавала, что толстовата. Мне захотелось стать стройнее! Если в России я была «Лиля, которая похудела», то в Америке – «Лиля в размере XL». Они же не видели меня «до» – что раньше я была еще толще.

Один друг мне рассказал, как скорректировать рацион. Я попробовала и начала снова снижать вес.

А что касается работы – ее по-прежнему было до фига и больше. Я готова была продавать все, что не приколочено. Запускала курсы. Был отработанный уже «Миллион интенсив», по-прежнему – про бизнес. Курсы «Нейроконтент», «Генератор продаж». Курс про любовь, про деньги, про «Инстаграм». Летом мы запустили курс «Тело в голове» вместе с моим другом Алексом, на тему снижения веса – и за 2018 год только на нем заработали больше миллиона долларов.

Около года потребовалось мне на то, чтобы выстроить свой режим так, чтобы был баланс между работой, личной жизнью и отдыхом. Потому что разница с Москвой во времени – 10–11 часов, в зависимости от времени года. (В Америке до сих пор переводят часы.) То есть, я работала ночами: начинала в 9–10, заканчивала в 3, а уснуть невозможно – я же на взводе, уроки записывала, прямые эфиры проводила!

Так что я долгое время была Лиля-зомби. И перестроиться требовалось не только мне, но и всей моей команде. Совещания мы проводили не утром и не днем, а сугубо в то время, когда удобно мне. Пришлось еще и научиться управлять людьми с разницей во времени. И мы росли, несмотря ни на что! Через 6 месяцев у меня уже был миллион долларов на счете.

Я очень хотела дом в Америке и купила его вместе со своим партнером Алексом. Потом продала свою долю. Поняла, что это не моя мечта – не хочу заниматься недвижимостью. Мне интересно делать то, что я делаю!

Это тоже был большой трансформационный шаг: в мае 2019 года я приняла решение, что не хочу больше никаких совместных проектов. Желаю двигаться дальше самостоятельно! Конечно, Алекс меня сильно поддерживал в первое время. На этом фоне у меня возникло ощущение, что я сама ничего не могу.

У нас были созависимые отношения: Алекс зависел от меня в плане маркетинга и бизнеса, а я от него – на уровне каких-то бытовых и бюрократических вещей, которые он помогал мне делать. Разрыва с партнером не было – была сепарация.