Клан Сопрано - Мэтт Золлер Сайтц

Сценаристы: Роберт Грин и Митчелл Берджесс

Режиссер: Джон Паттерсон

Бойцовая собака

«Нет». — доктор Мелфи

«Работник месяца» — первая «скачи-или-умри» серия в «Клане Сопрано», начиная с «Веселого дома». Именно в этой серии огромную травму получает доктор Дженифер Мелфи — главная героиня, к которой криминальный мир фильма как минимум хорошо относится. У нее есть возможность использовать темную силу Тони, чтобы отомстить, и ей дается время подумать об этом. Она озвучивает свое решение одним словом: «Нет». За этим словом, которое она произносит в одиночестве, следует первый в фильме резкий переход к темноте^[172] — один из самых сильных моментов в сериале, потому что «нет» — это то слово, которое не принимает мужчина, насилующий Мелфи на парковке здания, где расположен ее кабинет, и которое не уважают другие мужчины в ее жизни, включая мужа и сына.

Использование сцены насилия, чтобы «поднять ставки» в телешоу или просто встряхнуть зрителей, уже не раз подвергалось правильной критике. В «Игре престолов» (Game of Thrones), «Сынах анархии» (Sons of Anarchy), «Мире Дикого Запада» (Westworld), «Безумцах» (Mad Men), «Аббатстве Даунтон» (Downton Abby) и «Настоящей крови» (True Blood) широко использовался этот прием с разной степенью чувствительности. Однако сексуальное насилие с 1970 года стало особенностью теледрам: вновь открытое восхищение брутальностью начало переливаться из мира театра на малый экран; и оно стало весьма обычным в 1980-х годах — для большинства мыльных опер (идущих как в ночное, так и в дневное время) и сериалов о полицейских и преступлениях. К самым известным можно отнести две части эпизода сериала «Охотник» (Hunter) на NBC, в котором главную героиню, детектива Ди Ди Маккол (Стефани Крамер), насилует дипломат. История заканчивается тем, что ее партнер Хантер (Фред Драйер) убивает насильника прямо в его квартире^[173]. Эпизод хвалили за то, что нападение было представлено в жесткой, но не в возбуждающей манере, хотя самосуд, который совершает офицер полиции, все же оставляет неприятный осадок.

«Клан Сопрано», вразрез с общепринятыми правилами традиционного ТВ, подводит нас к мысли о том, что здесь бы пригодился Хантер, и даже осторожно представляет вмешательство Тони как нечто желательное и кажущееся неизбежным. Напавшего на Мелфи Джисуса Росси (Марио Полит) быстро хватают, но потом отпускают; полиция выглядит равнодушной и некомпетентной. Сын доктора Мелфи и ее бывший муж настроены к насильнику крайне негативно и хотят сами с ним расправиться, но ясно, что они не способны на это. Это подтверждает видеоряд: переход камеры со сжатых кулаков Ричарда (не соответствует тому действию, которое он хотел бы совершить), к полену, которое раскалывает сильный удар топора Тони (наглядная демонстрация силы, которая вроде бы и необходима в этот момент). Тот факт, что Росси оказался на свободе, а его портрет висит на стене закусочной, куда часто захаживает Мелфи, так унизителен, что вполне оправдывает отчаяние сына Мелфи Джейсона: «Ты знаешь, весь мир — это просто гребаный сортир! Гребаный сортир, и все!» И как же зрители получат удовлетворение? А они его и не получат, или в любом случае не получат сейчас; однако то, что насильник продолжает находиться среди людей и, возможно, еще появится, обещает какое-нибудь традиционное для телевидения разрешение ситуации по ходу сюжета^[174].

Ужас ситуации Мелфи усиливается беспомощностью и бесполезностью мужчин в этой серии. Вместо того чтобы заботиться о ее интересах, они легко отвлекаются на собственные сожаления о мужской несостоятельности (или, как в случае с гангстерами, на жажду «уважения»). Мелфи только что начала снова жить с Ричардом, но согласие между ними улетучивается, поскольку он снова неадекватно воспринимает обвинения в адрес итало-американцев; и они оба вместе с Джейсоном злятся на свою собственную беспомощность.

Итак, Ричард ненадолго возвращается, а затем снова уходит, когда из-за изнасилования Мелфи вот-вот готова отказаться от Тони как от пациента. «Ричард был прав, — говорит она Эллиоту. — Я была очарована социопатом. Почему я его не послушалась?» А затем она получает второй шанс^[175], потому что, по иронии, Тони помогает ей почувствовать себя в бо́льшей безопасности, чем когда-либо с Ричардом.

Что касается мира гангстеров^[176], то здесь Ральфи пренебрегает приказами Тони не втягивать Джеки Младшего в криминал и берет его с собой на разборку. Словно горькая насмешка звучит угроза Ральфи изнасиловать супругу жертвы. Он обещает, что Джеки будет «трахать» его жену, пока та «не начнет стонать», — фраза, которая заключает в себе намек на то, что женщина в середине процесса изнасилования «получит удовольствие», как это происходит с Сьюзан Джордж в фильме Сэма Пекинпа «Соломенные псы» (Straw Dogs, 1971 г.).

Между тем русские гангстеры избивают Дженис за то, что та украла ножной протез Светланы, но Тони, ее брат, ничего не предпринимает: он не хочет начинать войну и видит в этом избиении достойное наказание для жадной сестрицы^[177]. Не похоже, что Тони — тот самый верный ротвейлер, который по команде набрасывается на плохих людей, как это, кажется, представляет себе Мелфи. В любом случае для босса гангстеров, который гордится своей способностью интуитивно чувствовать насилие, Тони, похоже, невнимательно относится к ранам Мелфи, явно полученным не в результате автомобильной аварии.