Мир в 2050 году - Дэниел Франклин

Индустриализация рынков развивающихся стран шла нога в ногу с глобализацией. Их промышленные товары захватывали заморские рынки, их доля в мировой торговле стабильно расширялась. Так как их экономика продолжит расти и развиваться в грядущие десятилетия, хочется предположить, что и их доля в мировом экспорте предпримет дальнейший рост.

Однако страны торгуют друг с другом только из-за того, что их экономики не похожи. Классический пример – Португалия, обменивавшая свое вино на британское сукно, – стал возможным лишь из-за разницы в климатических условиях двух стран. Китай покупает высокотехнологичные компоненты и продает кропотливо собранные устройства, так как обладает множеством работников с ловкими пальцами, а также достаточными запасами капитала и ноу-хау.

По мере того как развивающиеся экономики попытаются догнать экономику США, Европы и Японии, они переймут у них некоторые внутренние черты. Это ослабит мотивацию к торговле. Если трудовые ресурсы в Китае станут такими же дефицитными, как в США, то для Америки не будет никакого смысла покупать в Китае трудоемкие товары.

Но если торговля товарами и будет замедляться, то торговля финансовыми активами, напротив, имеет значительный потенциал к расширению. Через 30 лет после того, как Ван Агтмаэль приступил к формированию фонда акций третьих стран, совокупная ценность фондовых рынков развивающихся стран составила около 14 трлн долларов (то есть 31 % объема всех фондовых рынков мира). К 2030 г., по данным Goldman Sachs, этот показатель может вырасти до 80 трлн долларов (то есть до 55 % общей капитализации глобального рынка).

Для того чтобы достичь этого уровня, фондовым рынкам развивающихся стран нужно расти в среднем более чем на 9 % в год. Это в два раза быстрее, чем темпы роста зрелых рынков, однако медленнее темпов роста рынка развивающихся стран за последние 20 лет (когда рост составлял совершенно сумасшедшие 16 % в год).

Однако это не означает, что каждый владелец акций компаний, торгующихся на рынках развивающихся стран, сможет получать 9 % прироста на свои инвестиции. Из 66 трлн долларов прироста ценности фондовых рынков развивающихся стран за следующие 20 лет около 40 % придется на новые компании, выходящие на рынок и постепенно повышающие свою капитализацию. Уже торгующиеся на рынках акции вырастут, однако значительно меньшими темпами – примерно на 7 % в год.

На акции компаний, котирующиеся на рынках развивающихся стран, сейчас приходится всего около 6 % портфельных инвестиций в развитом мире. По мнению Goldman Sachs, за следующие 20 лет институциональные инвесторы из ведущих стран купят финансовые активы компаний из развивающихся стран еще на 4 трлн долларов и их доля в портфелях возрастет до 18 %.

Разумеется, капитал имеет свойство перетекать в двух направлениях. Вследствие больших объемов внутренних сбережений развивающиеся рынки уже превратились в экспортеров капитала, инвестируя в другие страны мира больше, чем те инвестируют в них. Китай в этой системе играет особую роль: излишек внутренних сбережений в стране, отражающийся в профиците ее текущего счета, вырос за период с 2006 по 2010 г. почти на $1,7 трлн долларов.

Эта бережливость отчасти отражает демографическую ситуацию, складывающуюся в Китае. В стране сейчас достаточно много людей работоспособного возраста по сравнению с количеством иждивенцев (детей и стариков). Это создает возможность для формирования сбережений: из-за быстрого старения населения инвесторам имеет смысл откладывать деньги сейчас, не дожидаясь дня, когда китайские работники начнут в массовом порядке выходить на пенсию.

По мере повышения среднего возраста жителей Китая будет снижаться и объем накоплений. Китай перестанет активно вкладываться в иностранные активы, а может быть, даже начнет избавляться от них. По состоянию на сегодня на каждого жителя Китая в возрасте свыше 65 лет приходится 7,9 человека работоспособного возраста (то есть возраста от 20 до 64 лет). К 2050 г. этот показатель составит 2,2. Ни в одной стране мира еще не наблюдалось такого количества иждивенцев по возрасту на одного работающего. Даже в сегодняшней Японии, стране с самым старым населением в мире, на каждого пенсионера приходится 2,6 работника.

Таким образом, Китай начнет испытывать нехватку рабочей силы. Население страны будет очень благодарно своим родителям и прародителям за сегодняшние накопления. Именно они позволят Китаю иметь значительный объем внутреннего физического капитала, а также впечатляющий портфель активов за рубежом. Дополнительный капитал внутри страны позволит компенсировать нехватку персонала повышением общей производительности труда, а иностранные активы – рассчитываться за импортные товары и услуги. За счет этого высвободится часть трудовых ресурсов, работающих в настоящее время в отраслях, ориентированных на экспорт, и сможет сконцентрироваться на делах внутри страны, например на заботе о стариках.

В следующие четыре десятилетия развивающаяся экономика будет процветать, взрослеть, а затем и замедляться. Даже такие невероятно бедные страны, как Бангладеш, смогут рассчитывать на уровень жизни, примерно соответствующий уровню жизни Колумбии (см. табл. 11.1). В других же странах доходы на душу населения примерно сравняются с нынешними доходами жителей стран Персидского залива. Все развивающиеся рынки, за исключением Нигерии, превратятся в общества с более пожилым населением, более образованным, чем многие нынешние европейские общества (при условии, что рост продолжительности школьного образования сопроводится повышением его качества). Экономика Нигерии станет единственной, растущей быстрее чем на 6 % в год. Рост в Китае составит около 2,5 %.