Мода и гении - Ольга Хорошилова

Артист никуда не рвался и ни к чему не призывал. Он не был лозунгом. Он был истинным произведением искусства, у которого, как известно, лишь две задачи — позировать и вставать в позу. И это Криспу удавалось великолепно.

УАЙЛЬДИАНЦЫ СЕГОДНЯ

Имя Оскара Уайльда вновь зазвучало на протестных митингах и в либеральной студенческой прессе в 1967 году, когда разразился скандал с группой Rolling Stones. Ее фронтмена Мика Джаггера и гитариста Кита Ричардса арестовали по обвинению в употреблении наркотиков. Приговор суда, конечно, обжаловали, Ричардса оправдали, срок Джаггера заменили на условный, но общественность негодовала. «Роллинги» сочинили достойный ответ истеблишменту — в том же году записали песню We Love You и сняли клип, в котором своеобразно представили суд над Оскаром Уайльдом.

Драматурга изображал Джаггер, судью — Кит Ричардс. Роль Бози сыграла подруга Джаггера Марианна Фейтфул. Дирекция программы Top of the Pops отказалась показывать клип якобы потому, что он посвящен аморальной истории взаимоотношений Уайльда и Альфреда Дугласа, а также содержит скрытую пропаганду наркотических средств.

В 1970-е годы афоризмами и поэзией Уайльда вдохновлялись глэм-рокеры Марк Болан и Дэвид Боуи. Последний, между прочим, превратил тоскливые рок-концерты в шоу, как некогда Уайльд обратил свои тихие лекции в перформансы. И если Уайльд выбрал для американских выступлений маску короля эстетов, то Боуи в 1972 году отправился в мировое турне в образе андрогинного Зигги Стардаста. Во время концерта он много раз менял костюмы и грим, один эпатажнее другого. Неудивительно, что некоторые зрители в буквальном смысле теряли рассудок от ярких инсталляций, звука и баснословных эротичных нарядов артиста.

В 1980-е фигура Уайльда заинтересовала композиторов новой волны, работавших на стыке мягкого рока и электроники. Самым верным его последователем был и остается Стивен Моррисси, в то время фронтмен группы The Smiths. Практически в каждой его композиции слышны известные афоризмы короля эстетов. Чем яростнее была гомофобия в тэтчеровской Британии, тем чаще Моррисси цитировал Уайльда, превращая песни в пощечины английской чопорности. Драматургу он посвятил композиции Cemetery Gates, Oscillate Wildly, Paint a Vulgar Picture. В 1988 году предстал на обложке известной музыкальной газеты NME в образе обнаженного святого Себастьяна, будто скопированного с картины Гвидо Рени (которую так любил Уайльд).

В течение 1980–2000-х он множество раз позировал с книгами писателя в руках или возлежал среди них, обернувшись в зеленое боа. Портреты драматурга украшали сцену во время концертов. И даже документальный фильм о певце, снятый в 2002 году, был назван в подражание известной пьесе — «Как важно быть Моррисси».

Нил Теннант, солист британского дуэта Pet Shop Boys, — главный уайльдианец современной поп-музыки. Ироничный эстет, модник, блистательный интеллектуал, коллекционер рваного авангарда (в его доме в Челси соседствуют работы Дэмиена Хёрста и Ханны Глюкштайн). К тому же Нил — тонкий знаток творчества Уайльда. Цитирует его бесконечно — и в песнях, и в интервью. В клипе DJ Culture он сыграл драматурга в сцене суда. Теннант любит со сдержанной иронией описывать свой юношеский опыт общения с королем эстетов во время спиритического сеанса. Говорит, что уже тогда почувствовал духовную связь с писателем, которую ощущает до сих пор и которая сквозит в его движениях, словах и текстах песен, отнюдь не всегда бравурных. Именно через композиции Pet Shop Boys и знакомство с Нилом я начала открывать для себя Оскара Уайльда.

Группа Pet Shop Boys: Нил Теннант (справа) и Крис Лоу (слева).

Открытка 1980-х гг. с автографом Нила Теннанта. Коллекция Ольги Хорошиловой

Ольга Хорошилова и Нил Теннант.

Санкт-Петербург, 1998 г.

Английский модельер Джон Гальяно буквально живет по «Заветам молодого поколения». В течение 15 лет работы в модном доме Dior он доказывал, что «скука — совершеннолетие серьезности». Его коллекции были буффонадами, бурлесками, напитанными юмором, сексом и декадансом самой высокой пробы. Гальяно предлагал модницам носить искусство. Себя, понятно, считал бесценным work of art и в конце показов Dior появлялся на подиуме в новом экстравагантном амплуа: флибустьера XVII века, испорченного маркиза эпохи Бурбонов, американского хиппи, парижского буржуа и гашишиста. В 2000 году он представил коллекцию, посвященную английскому декадансу и «Портрету Дориана Грея». По традиции в завершение шоу вышел сам в образе лорда Генри — в цилиндре, искусной визитной тройке, с зеленой гвоздикой в петлице. В личной библиотеке кутюрье были книги об Уайльде, которые легли в основу этой и некоторых других коллекций. Одна из них теперь в моем собрании.

Критики иногда ругали модельера за эти его уайльдовские качества — эксгибиционизм, эгоизм. И получали от Гальяно ответ — новый образ, новую изящную коду показа. Этим он воплощал афоризм: «Полюбить самого себя — вот начало романа, который продлится всю жизнь». В 2011 году за высказывания националистического характера Джона Гальяно уволили из Dior и парадоксальным образом из John Galliano. Но, кажется, он не слишком об этом жалел, просто потому, что «преступление никогда не бывает вульгарным, но вульгарность — всегда преступление». Понимая это, он, теперь арт-директор Maison Margiela, легко балансирует на грани между высоким искусством и китчем, талантливо избегая вульгарностей.

На современном британском телевидении главный уайльдианец — Стивен Фрай. Балагур и острослов, известный журналист, писатель, драматург, ведущий телеканала BBC. И еще он — артист. В начале 1990-х сыграл роль слуги Дживса в сериале «Дживс и Вустер» по мотивам романов Вудхауса. В изысканно одетом, статном и невероятно ироничном великане угадывались уайльдовские черты, не говоря об объективном внешнем сходстве Фрая с драматургом. Неудивительно, что режиссер Брайан Гилберт выбрал его на роль Уайльда в одноименном биографическом фильме 1997 года. Фрай сыграл писателя на пределе возможностей, аккуратно имитируя жесты, походку, речь. Несмотря на толику бутафорности, кино получилось удачным.

Актера избрали почетным попечителем Общества Оскара Уайльда. В этом качестве он много пишет и выступает. Не так давно его пригласили в Филадельфийский университет прочесть лекцию о драматурге. Фрай закончил ее в стиле Уайльда — красивой историей. Как-то раз он проезжал в такси мимо Эмпайр-стейт-билдинга в Нью-Йорке. И заметил, что рядом с этим величественным небоскребом все кажется выше — и дома, и прохожие. Но чем дальше Фрай отъезжал, тем выше становилось здание, росло буквально на глазах, а дома и люди вокруг быстро уменьшались и в конце концов превратились в лилипутов. «Точно так же с Оскаром Уайльдом, — подытожил Фрай. — Чем дальше он от нас, тем значительнее становится, а люди, его окружавшие, теперь кажутся нам ничтожными пигмеями». Кажется, лучше о драматурге никто не сказал.